Чтение онлайн

Она глубоко втянула воздух. – Этим утром, когда я смотрела в магический камень на броды реки Катрак, я ничего не увидела: затуманенные, обрывочные образы, леса на десять миль вокруг. Они близко. И она пошлет впереди драконов. – Эктор глянул на небо, словно ожидая увидеть, как оно заполнилось изрыгающим пламя войском.

– Пошлите-ка лучше за всеми Ежами, что готовы у Поликарпа.

Пока Гарет внимательно разбирался с посланиями совета, Дженни под подозрительными и осуждающими взглядами войск начертила круги силы вокруг Ежа на плац-параде. Она призвала все силы, что могла, из земли, и из подводных узоров – из речных течений и точных соединений камней в холмах – из движения невидимых звезд. Эти заклинания человеческой и драконьей силы она сплела с заклятьями гномов мисс Мэб, и наложила и на сами машины, и затем на свирепые, колючие острия отравленных гарпунов.

– Я всегда ненавидела заклинания смерти, – сказала Дженни, распрямляя ноющую спину и отбрасывая в сторону завитки волос. Закат окрасил медью воздух вокруг них, а ядовитый дым обжигал ноздри; в подсознании, глухо, как невидимая река, шумела злость угрюмых солдат, которые таскали дрова для этого бесконечного кипячения. – Похоже, чем тем старше я становлюсь, тем больше это ненавижу. И вот, – она указала на кучу железных стрел, – и вот я здесь, и опять занимаюсь этим.

Когда она говорила, ее руки дрожали. За последний час она дважды отходила на песчаную равнину за Гаретовыми редутами, чтобы начертить собственные круги силы и втянуть в себя и в свои заклинания больше силы и магии, в которой она нуждалась. Мэб творила свою магию без пауз всю вторую половину дня. Дженни не могла даже представить, как она это делает.

Колдунья-карлица уселась на маленький бочонок и немного наклонила голову, глядя на женщину и закрывая бледно-голубые глаза от солнца округлой рукой. – Ибо ты любишь, – сказала она просто. Ее рука была меньше, чем у Дженни, меньше даже, чем у Адрика, но крепка и сильна, как у рудокопа. Обе женщины убрали все драгоценности, расплели длинные волосы и переоделись для работы в грубые полушерстяные рубашки, которые потом можно будет сжечь. Видневшиеся из-под подола обнаженные ноги женщины-гнома были похожи на цельный кусок скалы.

– Чем старше становишься ты, тем более возрастает твоя любовь: к этому Джону, к детям., к Гарету; к твоей сестре и ее семье, ко всему этому миру. И раз твоя любовь возрастает, возрастает она и ко всем женщинам и мужчинам, к гномам и китам, к мышам и даже к драконам. – Мисс Мэб отложила в сторону гарпун, который держала на коленях и потянулась за следующим. Они торчали вокруг двух женщин, как колосья с черными верхушками и лезвиями – это была слизь от погружения в ядовитый раствор.

Голос Дженни задрожал, когда она вспомнила Джона между стенами огня, черное жало стрелы, не дрогнувшее в его руках. Когда он целился в их сына. – А можно иначе?

Широкий рот Мэб изогнулся в подобии улыбки. – Да, дитя, – сказала она.-Но не женщине на пятом десятке, стоящей на этом перепутье. Время бесконечно, – сказала она. – Любовь бесконечна. – И подняв глаза, она улыбнулась и взмахнула рукой, когда Джон бесцеремонно пересек песчаные поля смерти с двумя глиняными кружками лимонада в руках.

Драконы спустились с неба в самый глухой час ночи.

Зная, что и маги, и драконы могут видеть в темноте, Гарет оставил своих людей на страже на всю ночь. Склонившись над вонючими гарпунами, промокшая от пота Дженни в глубине разума услышала голос Моркелеба Они идут, колдунья, а через минуту увидела на фоне звезд его черный парящий силуэт.

– Они подходят, – сказала она совершенно спокойным тоном. Мисс Мэб подняла взгляд. Дженни уже поворачивалась к ближайшему носильщику дров. – Они подходят. Драконы. Сейчас. Вели Его Высочеству поднять по тревоге лагерь.

Парень уставился на нее, раскрыв рот. – Что?

– Скажи Его Высочеству – пора. Я иду.

– Что? – Потом он обернулся кругом, зажав кулаком рот от потрясения и ужаса. – Грондова борода!

Над кольцом дыма кошмаром из сияющих костей завис Моркелеб.

– Увейн! – Молодой солдат схватил ближайший гарпун – Мэб раздраженно вырвала его из рук.

– Да не этот!

– – Передай Его Высочеству! – повторила Дженни и дала юноше пинка. – Давай! Беги!

Не говоря ни слова, Мэб передала ей гарпун и набросила на два следующих кожаную петлю. Вокруг уже бегали люди, крича и хватаясь за оружие; крики «Драконы! Драконы!» дробили черный воздух. Появление Моркелеба, подумала Дженни, хотя бы поднимет лагерь.

Потом из тьмы вытянулся темный коготь, смыкаясь на ее запястье.

Посмотри на северо-восток, сказал Моркелеб, когда они поднялись и круг дыма и огня вокруг котлов съежился до красной головки горящего цветка, окруженного крохотными огоньками света. Вдоль края Хребта.

И Дженни увидела.

Их было семеро, семь драконов, которые держались вблизи от очертаний гор, пользуясь тенями. С помощью ясного и на далеком расстоянии зрения драконов она видела их, даже во мраке зная их цвета и музыку их имен: Сентуивир, голубой и золотистый, Нимр, с голубизной по голубому, Энисмирдал, лютиково-желтый, Хаггинаршилдим, зеленый и розовый. Трое остальных были еще слишком молоды, чтобы их имена входили в списки, но она узнала белого с малиновым птенца, на котором ехал Блайед, когда атаковал лагерь в лесах Вира. Двое других, еще моложе, были отмечены великолепием всех цветов радуги, но еще не начали видоизменяться и преобразовываться в соответствии с внутренней музыкой своих сердец. Даже на таком расстоянии ей казалось, что она видит их глаза, и глаза эти были темны, как присыпанное пылью разбитое стекло.

Верхом на Нимре ехал Ян. Это знание пронзило ее, как копье.

Не думай, что мальчик на спине Голубого дракона – твой сын, колдунья, сказал Моркелеб. Это только демон, который носит его тело.

Если дом сгорел, сказала Дженни – ее гарпун покоился вертикально на бедре, а два других отягощали плечи – у путешественника не будет дома, куда вернуться.

Для дальнейших слов и дальнейших размышлений времени не было. Она сомкнула свои разум и сердце с драконьими, сплавляя железо и золото их объединенной мощи, и так они атаковали.

Дженни набросила на них заклинания маскировки, незаметности и невидимости. Но Сентуивир и остальные распались на группы и напали на Моркелеба со всех сторон, они явно их видели. Молодняк отступил – Дженни заинтересовало, что за волшебника нашла Роклис, чтобы Карадок получил седьмого наездника – давая одолеть Моркелеба более крупным и сильным драконам – Сентуивиру, Нимру и Энисмирдалу. Сентуивир был больше черного дракона, но Моркелеб – быстрее и подвижнее. Моркелеб плюнул огнем в наездников, заставляя звездных птиц отступить и изменить направление, чтобы защитить их, а сам сделал петлю и поднырнул, чтобы разорвать и вспороть животы, там, где блестящие чешуйки не были защищены никакими шипами.