Чтение онлайн

«Черт, задолбала, ведьма. Уж шестой день идет этих издевательств. А этот ушастый эльф все нежится во снах, когда я тут пашу, как конь! Когда он собирается проснуться? Не жив, не мертв. Бесит!» — проходя мимо лестницы, гневно бросила взгляд на второй этаж.

Тишина. Глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться.

— Так, надо бы повязки поменять. А то что мои старания тут впустую пропадут, если он помрет от грязных тряпок, получив заражение? — пробубнила себе под нос и направилась наверх.

*Хлоп.*

Старуха ушла. «Чтоб ее под снегом кто-нибудь закопал, за такие каверзы.»

Показав, как ухаживать за раной, Дарёна полностью перекинула на меня заботу о дроу. Оттого я каждый божий день по нескольку часов крутилась у кровати. Хоть дырка почти затянулась, темного все-равно продолжали беспокоить кошмары и, что меня несколько волновало, он не просыпался. Странный какой-то. Хоть и счастливчик. В суровых условиях получить хлипкую помощь, да еще стараться дышать уж седьмой день, не каждый может. Здоровье хоть куда! Рейстлину еще на первое утро строго приказала охранять ушастика и не подпускать к нему того белобрысого крысокота. Сия зверюга знатно портила мне жизнь: то нечаянно, но вредно, ведро с пшеном уронит на пол, то еду во время готовки стянет, а потом я слушаю возмущения и ругань со стороны хозяйки, а эта рожа сидит и потешается на лавке за мой счет. Нужно было не в снег, а в пруд его закинуть, была б вероятность, что он там коньки отбросит и в будущем мешать не станет.

Подойдя вплотную к изголовью кровати, заметила, что эльф снова стонет. Виверн сидел у него на груди и заботливо ласкал хвостиком. Что, больше не видит в нем угрозы? Нагнувшись, перебрала пальцами серебристые локоны, убрав с лица, а потом платком вытерла со лба капельки выступившего холодного пота.

— Все спишь да спишь… Не стыдно, темный? Разумеется, ты там герой и спаситель мой и я готова потерпеть пару дней таких “пыток”. Но, @ать, не неделю же! Я тебе долг вернула, оказав помощь. Так что, квиты. Хватит из себя полумертвого корчить… — настойчиво подергала мужское плечо.

Ноль реакции. Раздраженно отошла к окну. За стеклом простирался вид на снежную равнину, усеянную спиральными деревьями.

— Вдох — выдох. Спокойно, Валер. Еще не вечер. А у тебя терпение, как у танка, мощное. Подождешь еще пару дней. — слегка отпустило, а после: — Черт, если б не его навыки боя, которые могут мне пригодиться в выживании в этом незнакомом месте, хрен бы я с ним возилась и с этой дрянной каргой!

Договорив, опешила. «Я это вслух сказала?» Покосилась на кровать. Дроу лишь перевернулся на другой бок, слабо поскуливая. Хорошо. Обождем.

***

Чуть позже я продолжила бытовую работу рабыни. Накинув подаренный бабулькой плащ, вышла во двор и осмотрелась в поисках вил для сена.

Итак, первым, что бросилось в глаза, оказался загон для скота, который располагался немного поодаль от дома, слева. Вроде бы там шуршали коровы и гуси, разумеется, мутировавшие. Вторым предстал небольшой каменный колодец в середине двора с летним умывальником. Приставленные какие-то бочки к дому, возможно, с водой. Веревки для белья справа от загона. И длинный добротный деревянный сарай, поделенный на три части, подле забора: в первом отсеке, сложены бревна, во втором, всякий хлам для огорода и в третьем, стог сена. За ним простирались огородные “поля”, ныне покрытые снегом. Заметила теплицу. Любопытно, какие-такие травки выращивает в ней Дарёна?

Спустя пару минут, я, найдя вилы, стояла с уверенным видом, готовая хапнуть порцию сена и потащить ее в загоны.

*Шух*

Пройдя калитку загона, аккуратно направилась к кормежке. На середине остановилась. Огляделась. Все чисто. Не спеша, продолжила путь. Мало ли, вдруг, кто кинется, боязно что-то. Впереди обзор перекрыла трава, так что шла вслепую.

*Чмяк.* — “Что за…?” Остановилась. Перекинула сено в стойло и посмотрела под ноги…

— Ёперный театр! Что за невезение!? Вот почему вы срёте, где прошлись-то? — разлетелась гневная тирада на всю округу, так как наступила я… в гумус! — Чтоб на вас черти катались верхом, ироды!

Ругалась довольно громко, вот только из-за этого мне пришлось резко прерваться. Перестав вытирать сапог об принесенную траву, краем глаза уловила движение слева.

«А?» — развернулась, чтоб уставиться на…

— ДА ЧТО ЖЕ СЕГОДНЯ ЗА ДЕНЬ-ТО?!

На меня, со скоростью бронепоезда, несся бык высотой как две я, плюс лысый хвост Леньки!

Нервно дернулся глаз.

— А-а-а-а! Пшел прочь! — завизжала не своим голосом и пустилась наутек.

Быстро добежав до забора, даже не стала возиться с калиткой, взяла да перемахнула через него, не ожидая от себя такой прыти. Слава Богу, эта рогатая скотина затормозила, не решаясь ломать ограждение… не то худо мне было б.

— Ох, кажется пронесло… — испуганно прошептала одними губами. Минуту спустя отдышалась и только после повернулась в направление дома. Ступила пару шагов. Глядь, а к порогу вальяжно прется именно та самая злющая цыпа, зовущаяся Зырькой. Предпоследнее задание…

— Кудых, кудых. — тупые глаза вопросительно уставились на меня.

— Чего тебе? — раздраженно спросила, передернув плечами от холода.

— …–

— Что язык в горло провалился? Ах, точно, ты же не говоришь, только драться умеешь! — нахально выдала я.

Не знаю, как она поняла, но после моих слов курица прищурилась и злобно так… ухмыльнулась. «Э-э-э… А как можно клюв так изогнуть?!»

— Ла-а-а-адно проехали… Дарёна попросила тебя вымыть, я уже и воду приготовила. Коль меня понимаешь, то ступай к порогу дома и жди там. — сказав, пошла за тазиком с водой.

Выйдя из хаты, удивилась. Курица мирно стояла прямо под дверью, ожидая. «Что-то всё слишком просто. Уж не замышляет ли, чего недоброго?»

Ставлю таз на пол.

— Залазь. — ткнула пальцем в воду.

Залезла. Я недоверчиво потянулась за тряпкой и медленно присела возле нее. Спокойная, как танк, эта цыпа.

И только решила прикоснуться мокрой тканью до ее перьев на спине, так она как…ТЯПНЕТ меня за руку, как ЗАБЬЕТСЯ в тазу, голося на всю Ивановскую!!! Отдернула пострадавшую конечность, матерясь на бешеную цыпу от всей души, хотела кинуть тряпку ей в морду, как раз, она со всего маха сиганула на меня и лапами принялась драть волосы!

— Долбанная, зверюга-а, а ну слезь! Как поймаю, будешь у меня в супе вариться! Помяни мое слово! — рычала, пытаясь отодрать ее от себя!