Чтение онлайн

– Ты никогда не говорил об аномалиях, – простонал царь.

– Зачем мне было утруждать ваше величество непознаваемым, когда столь многое нам доступно?

Варвары уже приближались; царь с учеными подошли к коням, намереваясь ускакать во спасение своих жизней.

– Это конец света, – печально произнес царь, садясь на коня.

– Отнюдь нет, сир, – возразил ученый, забираясь на другого коня. – Великое горе – потерять царство. Но пусть утешит вас, что в ваше царствование началось беспрецедентное в истории Атлантиды событие.

– Какое же? – спросил царь.

– Мы присвоили белому веществу временное название «лед», – ответил ученый. – И, если я не ошибаюсь, мы стали свидетелями начала первого на Земле ледникового периода.

– Тоже мне утешение, – фыркнул царь и ускакал искать новое царство с более благоприятным климатом.

Есть во Вселенной планета Аталла. И на ней – громадная гора Санито, у подножия которой, в долинах, где климат умеренный и благоприятный, процветают различные цивилизации. Вершина же Санито закована в вечные льды, а по склонам то и дело сходят лавины. Склоны эти не просто круты – они почти отвесны, и среди голых скал там зияют бездонные пропасти.

Ни один человек не бывал на вершине Санито. Она считается неприступной. Даже холмы в ее предгорьях словно бросают вызов альпинистам. Однако, как гласит легенда, некогда одному святому удалось-таки на эту гору подняться, ибо святость этого человека за долгие годы достигла уровня божественности – а все благодаря усиленной и однонаправленной концентрации всех его духовных сил.

Этот новоявленный бог, до своего вознесения на Санито известный среди местного населения под именем Шельмо, вырубил в гранитной щеке горы пещеру, сделал себе ложе из ледяных глыб и сплел из лишайников коврик для медитации. Ничего более ему не требовалось – ведь он научился вырабатывать вполне достаточно энергии и внутреннего тепла для своей жизнедеятельности.

Шельмо решил провести на вершине Санито несколько тысячелетий и как следует попрактиковаться в применении однонаправленной концентрации, хотя и без того неплохо владел этим мастерством, и оно даже принесло ему титул бога. Но достигнутые результаты его не удовлетворяли. Он полагал, что может еще отточить свое умение.

Проходили века. Возникали и исчезали цивилизации, но Шельмо было не до того: для достижения по-настоящему полноценной концентрации времени требуется чрезвычайно много. С другой стороны, Шельмо понимал, что, возможно, проявляет некоторый эгоизм по отношению к живущим по соседству народам – нужно же ему, богу, как-то присматривать за людьми, а он забывает о них, все свое время без остатка посвятив любимому занятию. Но потом Шельмо рассудил здраво: во-первых, богам закон не писан, а во-вторых, времени впереди еще более чем достаточно и вполне можно успеть проявить себя как высоконравственное божество – разумеется, когда ему удастся полностью овладеть наконец мастерством однонаправленной концентрации.

Для бога, желающего ото всего отрешиться, гора Санито была местом поистине идеальным. Рев бурь и грохот лавин создавали отличный звуковой фон, а клубящиеся белые облака и темные тучи являли собой отличный объект для медитаций. И расположена пещера Шельмо была так высоко, что людские молитвы редко достигали его ушей. Заглушенные воем ветров и толщей снегов, они казались Шельмо скорее печальными стонами или вздохами, не имевшими к нему отношения.

Однако даже богам не дано вечно оставаться в стороне от мирских дрязг. Какое-то время, конечно, можно продержаться, но в итоге тебя все-таки достанут земными проблемами.

И вот как-то раз человек из нижнего мира застал-таки Шельмо врасплох, взобравшись на неприступную вершину и отыскав его пещеру. (Но Шельмо, разумеется, никакого удивления по этому поводу не выказал – боги ведь никогда не удивляются. И все же это было для него неожиданно.)

Человек пал перед божеством ниц и принялся возносить ему длиннющую молитву.

– Да-да, спасибо большое, – прервал его Шельмо. – Скажи лучше, как ты сюда попал? Ведь считается, что взобраться на Санито не может никто, кроме богов. Ты случайно не бог в человечьем обличье?

– Нет, – сказал человек. – Я обыкновенный человек. И зовут меня Дэн. Мне помогли подняться на такую высоту как мои собственные добродетели и благочестие, так и молитвы людей, которые там, внизу, поклоняются тебе.

– Ясно, – промолвил Шельмо. – Не хочешь ли присесть с дороги? Вот и подходящая ледяная глыба. Надеюсь, ты достаточно хорошо владеешь терморегуляцией?

– Да, конечно! – отвечал Дэн. – Ведь это один из самых легких шагов на пути к высшей духовности.

– Ты прав, – согласился Шельмо. – Ну, рассказывай, зачем ко мне пожаловал?

Дэн поудобнее уселся на ледяную глыбу, поправил одежду и сказал:

– Господи, мы, твои верующие, молим тебя о помощи! Без твоего вмешательства мы вскоре будем уничтожены, стерты с лица Аталлы.

– Да? И что же у вас случилось? – спросил Шельмо. – Надеюсь, что-то серьезное? Я не люблю, когда меня отвлекают по пустякам.

– Все дело в проклятых стальных крабах! – воскликнул Дэн. – Самопрограммирующиеся механические вампиры тоже, конечно, не подарок. Да и медные скорпионы со взрывающимися хвостами несколько поднадоели. Но основное – все-таки крабы. Эти чертовы автоматы научились сами себя воспроизводить! Мы один завод разрушим, так тут же появляется десяток новых! Чертовы твари заполонили наши дома, улицы, их полно даже в храмах! Они созданы как убийцы, и сейчас мы им явно проигрываем.

– А в мое время на Аталле ничего подобного не было, – заметил Шельмо. – Откуда же эти крабы взялись?

– Ну… – начал Дэн, – тебе ведь, наверное, известно, что сейчас на Аталле царит мир. Но еще в самом недавнем прошлом некоторые страны продолжали друг с другом воевать, тогда-то и были изобретены стальные крабы. А через некоторое время они вырвались из-под контроля людей и мгновенно распространились – сперва на территории той страны, где были созданы, а потом и по всему миру. Крабы размножались быстрее, чем их успевали уничтожать. Мы, разумеется, совершили большую глупость, но… теперь просто пропадаем! Господи, умоляю, яви свою милость, помоги нам! Сделай хоть что-нибудь!

Несмотря на добровольное отшельничество, Шельмо все-таки чувствовал себя чем-то обязанным этим людям – «его верующим», как они себя называли.

– Ну хорошо, я это улажу, – сказал он, – но сможете ли вы впоследствии сами о себе позаботиться, а меня оставить в покое?

– О, конечно! – воскликнул Дэн. – Мы абсолютно уверены, что человеческое общество способно управлять собою. Мы, люди, хотим сами ковать свою судьбу! Мы считаем оправданным отделение церкви от государства. Вот только… чертовы крабы, к сожалению, вырвались из-под контроля!