Чтение онлайн

Казалось бы — кабель, проводная связь, анахронизм в век микроэлектроники и спутников, но… Но в случае воздушного или наземного ядерного удара средней мощности — скажем, килотонн сто-двести — все системы радиосвязи, в том числе и космической, на территории в несколько тысяч квадратных километров мгновенно и надолго выходят из строя. Вот так — вспышка с высвобождением огромного количества энергии, часть которой рассеивается в атмосфере, и войска, включая ракетные части стратегического назначения, практически остаются без связи, без управления.

Что значит потерять управление войсками — а управлять было чем! — хорошо представляли и в Политбюро, и в Генштабе. Урок, полученный от гитлеровцев в сорок первом году, для руководства страны и армии не прошел даром. Глубокий анализ результатов начального периода войны, проведенный аналитической группой Генерального Штаба Советской армии, показал, что именно из-за этого, из-за потери управления, а не от нехватки техники, оружия, или красноармейцев, гитлеровская армия за несколько месяцев практически беспрепятственно захватила половину европейской части Союза… В общем, кабель не был дурью высоких армейских начальников. Очень нужная вещь в оборонном хозяйстве.

Распад СССР и крах социализма на одной шестой части суши в девяносто первом году породили много удивительных явлений. Насаждаемый десятилетиями принцип «Все вокруг народное, все вокруг мое» сыграл со страной злую шутку. Бурно расцвела торговля вся и всем. Кто к чему имел доступ, тот тем и торговал. Кто «сидел» на газе и нефти — стал продавать газ и нефть, просто сменили одну вывеску на другую, переименовали госпредприятие в АО и прибыль стали класть не в общий карман страны, а в свой собственный. Лесники стали лес продавать, металлурги — металл. Процесс пошел повсеместно. Некоторые генералы и адмиралы стали толкать налево корабли, самолеты, танки, пушки… Иной раз до того входя в раж, что забывали о подчиненных, которых хоть иногда кормить следовало, чтобы защитники Отечества не умирали от дистрофии.

Те из младших офицеров и солдат, кто не желал безропотно принимать свою участь — героическую смерть от хронического недоедания в мирное время, по примеру начальства тоже потащили все, что плохо лежит. И вот тут выяснилось, что стратегический рокадный бронированный кабель лежал плохо.

Он лежал на глубине нескольких метров, но был уложен не в сыру землю, а в специальную асбоцементную трубу. И уложен кусками по километру, и через каждый километр — в лесу ли глухом, в поле, в болоте — стояли бетонные «кубики» со стальным люком, кабельные колодцы. Люки, конечно, были закрыты на замки, и даже какая-то система сигнализации имелась в наличии. Сложная, в общем, конструкция. Но ведь и народ у нас непростой: для солдата-умельца или для прапорщика-мастера «золотые руки» вскрыть люк колодца и закоротить сигнальную цепь — пара пустяков. А дальше — дело техники.

Вскрывались два смежных колодца. Затем кусок кабеля стратегического назначения — именно его, а не оперативного, который постоянно был задействован и проложен вместе с рокадным четырехсотпарником — аккуратно с двух сторон обрезали; одним концом цепляли к какому-нибудь подходящему мощному тягачу или даже танку — в армии, слава Богу, с техникой пока еще проблем особых нет — и быстро, поскольку лежал в трубе, вытаскивали на поверхность. После чего, на том же тягаче, или на другом подходящем военном транспортном средстве расчлененный на короткие отрезки кабель переправлялся к месту продажи.

Свинец и медь… До ста баксов за тонну выручали умельцы. Если учесть, что погонный метр такого кабеля весит более пятидесяти килограммов, то километровый кусок тянул на… астрономическую сумму! Несколько тысяч долларов за одну «операцию» — навар неплохой.

Так как стратегический кабель — это не просто шланг с пучком проводов, а элемент чрезвычайно сложной системы, первый же украденный кусок вывел из строя значительный участок этой системы. К несчастью, обнаружилось это не сразу. В застойные времена проверочный сигнал по кабелю проходил несколько раз в сутки, позже с нарастанием вселенского хаоса, бывало, что система и по несколько дней не проверялась.

Бардак-с… Да никто и не спорит!

В общем, в один прекрасный день сигнал по системе не прошел. Хватились, стали тестировать фрагменты и всю линию… Поврежденный участок нашли очень быстро, переключили, заменили, но к этому времени военные умельцы-энтузиасты не успокоились и в темпе утащили еще несколько кусков. Западная стратегическая рокадная кабельная система управления войсками была выведена из строя полностью.

В Генеральном Штабе среди лампасных военачальников случилась легкая истерика, и даже как бы паника началась. Маршалы фужерами стали пить валерьянку на коньяке, ординарные генералы судорожно нюхали с ногтя большого пальца валидол. Ну, а всякие там полковники-штабисты и подполковники-связисты, те — в запой, и просто пачками с ума сходили.

О ЧП доложили президенту, по совместительству занимающему должность Верховного главнокомандующего.

Президент сначала не придал этому большого значения: «Ну, кабель и кабель. Пусть новый положат…». Но когда советники, умно поблескивая очками, разъяснили ему суть проблемы, Верховный не на шутку разъярился, мгновенно уволил в отставку нескольких генералов и десятка два не успевших сойти с ума полковников. Под горячую руку хотел было и Думу разогнать, но потом как бы слегка остыл.

Оставшимся генералам, военным контрразведчикам и эфэсбэшникам президент сурово приказал для расследования преступления и поимки злодеев немедленно создать специальную группу. Короче: «…виновных найти и наказать. Об исполнении доложить!»

Такую группу «каэры» сей момент создали, быстро поймали и посадили до суда на «губу» несколько особо опасных военных преступников. А одного пьяного прапора, тащившего домой со службы моток какого-то провода, даже чуть не расстреляли на месте. К счастью, обошлось.

Об успешно раскрытом преступлении доложили наверх, по команде. Ожидали наград и благодарностей. И не ошиблись: из администрации президента привезли благодарности, денежные премии, руководителям операции вручили ордена, а исполнителям — медали.

Украденные куски кабеля связисты заменили новыми, систему восстановили в полном объеме, но… Не прошло и месяца, как все повторилось!

К тому же во время суда над злоумышленниками выяснилось, что они не очень-то и виновны, точнее — как бы и совсем не виновны. Дело разваливалось…

Армейские особисты, они же контрразведчики, или — на армейском жаргоне — «каэры», и в прежние-то, застойные времена не отличались лихостью, исключая годы войны, когда ГУКР «СМЕРШ» работало похлеще энкавэдэшников, — а сейчас, в эпоху неразберихи и полного бардака, и вовсе сникли. По новым временам — демократия, мать ее… — их старые добрые методы типа «Кто с тобой еще работает?» как-то не проходили. Нет, разумеется, в процессе расследования подозреваемые во всем сознавались, но… в судах, не без помощи проныр-адвокатов, дело почти всегда разваливалось и почему-то частенько заходило в тупик.