Дразнящий аромат
Шрифт:
– Энди! – закричал Лукас. – Энди, где ты?
Ответа не было. Перед Лукасом стояла непростая задача – влезть в шкуру перепуганной девочки, поставить себя на ее место. Какого черта она вообще убежала с палубы? И куда ее понесло? Наверняка она хотела вернуться к себе в каюту, чтобы забрать что-то ценное. Типичная человеческая реакция: достать из горящего дома деньги или какую-то памятную безделушку.
Но перепуганная малышка попала не на ту палубу, видимо, испугалась еще сильнее, растерялась… а в таких случаях дети обычно стараются спрятаться. Значит, она где-то скрывается – может, под трапом, а может, в одной из кают.
Лукас ощупью двинулся вдоль по коридору, уповая на то, что Маршаллу удалось хотя бы найти девочку, прежде чем рвануло во второй раз. Это был самый важный вопрос: где находились Маршалл и девочка, когда прогремел второй взрыв.
– Энди! – снова закричал Лукас. Ему вторило жуткое эхо, однако ответа он так и не услышал.
Но вдруг – на пределе возможного – он уловил какой-то слабый звук. Лукас замер и весь обратился в слух. Вот он, снова – звонкий, отрывистый! Собачий лай?
Но лай внезапно перекрыл душераздирающий, оглушительный скрежет металла – зловещее напоминание о том, что корабль доживает последние минуты.
Проклятие, ему нужно время! Ему так не хватает времени!
– Эй! – закричал он, как только скрежет затих. – Если вы не можете отвечать, стучите по переборкам!
И снова он услышал лай, а затем – безошибочно – отчаянный, торопливый стук по металлу. Где-то впереди. Или внизу, на следующей палубе? Десятикратно усилившееся эхо и скрежет умирающего корабля не позволяли ему определить точно.
Лукас побежал вперед и в темноте чуть не свалился в каюту по левому борту. Дверь в нее была распахнута, и он с большим трудом обогнул эту дыру, где зловеще плескалась холодная вода. Судя по всему, левый борт уже полностью опустился под воду.
Обливаясь потом, нащупывая перед собой путь, Лукас упорно двигался вперед. Внезапно стук и лай стали намного громче.
– Стучите, стучите! Я иду!
– Помогите!
Детский голос! Тоненький детский голосок, прерывающийся от ужаса.
– Помогите мне, пожалуйста!
Лукасу пришлось задержаться на секунду, чтобы перевести дыхание и преодолеть новый приступ цепенящего, отупляющего страха.
– У меня нет времени на это дерьмо! – яростно пробормотал он.
– Он ранен! – кричала девочка. – Я не могу его поднять!
Кажется, ему повезло: она кричала где-то прямо под ним. Лукас пробрался к следующей каюте. Совершенно очевидно, что Маршалл не в состоянии ему ответить… если только она не имеет в виду собаку. Но вряд ли раненая псина могла бы так разоряться.
Наконец, когда он добрался до закрытой двери в соседнюю каюту, стуки, крик и отчаянный лай стали слышны совершенно отчетливо.
Лукас с трудом дотянулся до дверной ручки и дернул что было сил. Дверь с грохотом откинулась в сторону. Девочка взвизгнула, заглушив собачий лай.
– Привет всем! – объявил Лукас как можно спокойнее. От изнеможения он еле дышал.
– Вытащите меня! – От ужаса девочка визжала так, что резало уши. – Помогите!
Прежде всего следовало прекратить эту истерику, и Лукас как ни в чем не бывало поинтересовался:
– Как тебя зовут, милая?
– Рэ… Рейчел… Рейчел Уильямс!
В каюте царила кромешная тьма, так что Лукас с превеликим трудом различил два смутно темневших силуэта. Один большой и один маленький. Большой оставался совершенно неподвижным. При виде этой неподвижности у Лукаса похолодело в груди.
– А я Лукас, Рейчел. А как зовут твою собаку? – Моментально оценив положение, он расстегнул ремень.
– Бини. – Девочка все еще всхлипывала, и ее голос дрожал от страха, но говорила она намного спокойнее. – Он тоже боится!
– Мы все тут боимся, Рейчел!
– Этому парню совсем плохо, – сказала Рейчел. – Его зовут Энди. И здесь полно воды!
– Энди, это Холл! Ты можешь мне ответить?
– Очнись! – Девочка, по-видимому, встряхнула Энди. – За нами пришли… теперь ты должен очнуться!
Послышался сдавленный стон, затем кряхтенье.
– Капитан?
– Куда тебя ранило?
– Нога ни к черту… а может, и рука. Девочка… она цела. Мы почти добрались до палубы, когда рвануло… и я упал. Простите, сэр! Простите!
Лукас скрипнул зубами.
– Ты ни в чем не виноват, Энди! А теперь, Рейчел, я спущу вам свой ремень. Я хочу, чтобы ты поймала его конец и держалась за него крепко-крепко. Представь, будто это веревка, а ты скалолаз. И я вытащу тебя наверх. О’кей?
– О’кей.
– Энди, тебе придется немного ее подтолкнуть.
– Я справлюсь, сэр.
– Хорошо. Тебя вылечат, Энди. Я вытащу тебя отсюда.
Он уже говорил это раньше. И пять человек так и остались на дне озера Мичиган.
Но больше этого не случится.
– Ну, Рейчел, твоя очередь! – Голос Энди охрип от боли, однако он старался говорить весело, чтобы подбодрить ребенка. – Готова?
– Ага.
– Держись крепко! – еще раз предупредил Лукас. – Сейчас я потащу тебя вверх.
Он собрался с силами и потянул. Боль острым ножом вонзилась под ребра, но Лукас сумел ее преодолеть. Он заставил себя полностью сосредоточиться на главном: извлечь девочку из этого черного жуткого провала.
– Опирайся на стену! – прохрипел Энди, стараясь перекричать истошно лаявшую собаку. – Вот умница! Из тебя выйдет отличный скалолаз!
– Я уже лезу, – сообщила Рейчел. В проеме показалось ее лицо. Множество мелких темных кудряшек и широко расставленные глаза. Ярко-желтая куртка.
Вскрикнув от боли, Энди вытолкнул Рейчел наверх, и Лукас поймал ее за руку и подтащил к себе. Тонкие ручки обвились вокруг его шеи, заплаканная щечка прижалась к лицу.
Из-под куртки послышался полузадушенный возмущенный визг. Лукас опустил глаза и увидел, как наружу высунулась щенячья мордочка. На песике был красный ошейник.