Чтение онлайн

— Вот спасибо! Чем я могу отблагодарить тебя? Правда непорченой и сухой древесины у меня нет. Но как только кто-то из этих жадных корягоделов таки продадут мне куб свежих досок, смогу сделать тебе что угодно.

— Сделай пожалуйста кровать, достойную того, чтоб на ней спала красивая колдунья из знатного рода. — Сказал Альбертли.

— Сделаю в лучшем виде! Из древесины тинары, резную, покрытую лаком из масла горного артаписа. Если материалы доставят быстро, то через пару недель заходи. — Сказал столяр с улыбкой. — Не буду же я для колдуньи делать кровать из простого подпорника! Попрошу нанести руны на кровать, чтобы она служила вам веками! Я же знаю ваши потребности. — Подмигнул столяр.

— А сейчас есть какая-нибудь кровать? Временная.

— Увы, все продал. — Развёл руками столяр. — Если бы не продал, её бы съели.

Альбертли уходил слегка расстроенный, видимо придется две недели спать на диване.

***

Когда маг проходил по площади перед ратушей, его поймал за рукав старейшина. Единственный человек в деревеньке, который относился к нему как к равному, или даже скорее как к знакомому, который моложе его. И старческим дребезжащим голосом заговорил:

— Привет, Альбертли. Ты слыхал? Иван таки попал в золотой купол. — Сказал он с осуждением в голосе.

— Неужели?! — Маг был искренне удивлен, ошарашен и немного опечален предстоящим выговором. Дело в том что он, как официальный маг этой деревеньки, должен был сопроводить мальчика. Так повелось. Магические способности — доминантная аллея, и она передаётся по наследству. Если в семье простых людей родился ребёнок с магическими способностями, обычно косо смотрят именно на мага живущего поблизости. Но Иван был копией своего папаши, поэтому к Альбертли и не приходили с вилами, факелами и пустыми сундуками под откупные.

— Да! Ты представляешь! Сам дошел! — Продолжал старейшина пока Альбертли раздумывал.

— Неужели… — Вновь растерянно ответил маг, по инерции. Значит помимо осуждения в деревне он сполна получит когда объявится в академии. Там тоже будут недовольны что мальчишка пришёл сам. Каким бы добрым не был мир Полактоса, подобное путешествие это не то, чем должен заниматься ребёнок в… а сколько лет Ивану?

— Да, но я не за тем. Кто та магиня в фиолетовом, что шарилась по деревне? Ты должен знать. — Спросил старейшина с ухмылкой.

— Нууу, это моя… знакомая. — Сказал Альбертли.

— Да? О-о-о-о, ну повезло тебе. И ей наверное. — Ухмыльнулся старейшина.

— А что?

— Да ты бы видел, какая толпа мужиков на нее пялилась. Такой красоты тут давно не ведали, и магиня вдобавок. Вот я и подумал, не к тебе ли это… — Старейшина кашлянул, затем почесал подбородок и внезапно резко сменил тон. — В общем ты поосторожнее, чую произойдет что-то скоро. Я ведь маг слабый, да и не маг почти, так, предсказатель. Но вся деревня у меня здесь, в моем сердце, и ежели что плохое, ох чую. И в сердце колит, и душа так и трепыхается. Ох не проста она, эта магиня. Да и земля тряслась сегодня, говорят ручей обмелел.

— А, ручей, это я… — Засмущался Альбертли. А сердце… Да это у вас просто с сердцем плохо. Вы вартульки свежие запарьте, попейте. Помогает. — Отмахнулся Альбертли. — Или к Плутону за лекарствами зайдите.

— Ой не учил бы ты меня, я различаю, что мое сердце, а что сердце села трепыхается. — С обидой нахмурился старейшина.

Этот разговор не выбил из колеи Альбертли, но посеял сомнение. В конце концов, мало ли что могло быть с сердцем у старика, но с другой стороны… Нельзя просто взять и отмахнуться от старика с экстрасенсорикой.

***

— Какой красивый сад! — Издали закричала Анника.

Когда Альбертли вернулся, Анника стояла у небольшого, по пояс, заборчика вокруг сада. Недалеко от того места, где он был разрушен. Тут была ровная, песчаная дорожка, которая заворачивала в сад и терялась там. Растения переплелись между собой, превратившись в сплошную цветущую стену, словно джунгли. Это зрелище казалось каким-то невероятным, на верху этой стены из растений лежал снег, но от них поднимался пар. Сад казался чем-то нереальным, кусок джунглей выдрали из экватора и закинули в снега. У забора росли относительно безопасные растения.

— Э нет! Не заходи туда. Это очень опасно! — Прокричал ей в ответ маг.

— Почему? — Анника отстранилась от изгороди.

Альбертли подошёл к изгороди и посмотрел на лениво шевелящиеся ветки. — Мой прадед был садоводом. Он выращивал очень редкие растения, на которых ставил опыты. Растения менялись таким образом, что некоторые становились крайне опасны или вовсе плотоядны, — Альбертли показал пальцем на лозу которая медленно выползла из-за заборчика к ноге Анники.

— Твой дед был злодеем? — Ответила Анника прижимая лозу каблуком.

— Мой прадед был ученым, который занимался наукой, невзирая на методы и последствия. — Пожал плечами Альбертли. — Он хотел вывести растения способные самостоятельно справляться с вредителями. Поначалу так и было, они успешно уничтожали вредителей и пускали их на компост. Но постепенно переопылялись все и теперь в компост могут пойти даже люди. Помимо этой гадости он вывел много целебных растений. А эти… Он очень любил их, и у него не поднималась рука их уничтожить. Правда за века без суровой руки и специальной подкормки, цветочки подросли и озлобились… По идее, если удобрять их азотом, подрезать шипы и клыки, они перестанут кидаться на людей.

— Так почему растения не уничтожили? Ты бы мог уничтожить их очень быстро. Пара дней и здесь получится развести нормальный сад. — Анника подняла бровь.

— Ну, как тебе сказать, это не так просто. — Улыбка Альбертли удивила Аннику.

Она попыталась магией отрезать лозу, которая упорно ползла к её ноге. За ней ползло ещё несколько, зрелище жуткое. Это выглядело будто лоза просто покачивается на ветру, но с каждым движением она была всё ближе. Удар отсекающей магии не возымел на лозу ожидаемого воздействия, на лозе появилась зарубка. Лоза мягко, но решительно обвилась вокруг её ступни, Анника попыталась дёрнутся и поняла что лоза крепкая как плетёный канат. Она применила несколько мощных заклинаний и наконец применив огненные чары, пережгла растение, отпрыгнула от забора на пару шагов назад.