Чтение онлайн

Сил рыдать не осталась. Я прижала ребенка к себе, чтобы он чувствовал мое тепло, и покачивалась, закрыв глаза. Тупая, ноющая боль плескалась внутри. Сиплого дыхания малыша уже не было слышно. Оставалось только смириться с тем, что смерть опять победила. Она всегда побеждает. Жизнь так хрупка, а мы безжалостно топчем ее ногами…

Я вздрогнула и проснулась, лежа на полу рядом с древом Офель. Вокруг расплывался тихий свет. Подкидыш был в моих руках. Пора отнести его для погребения. Я села и… Громкий писк изгнал тишину из храма.

— Ты жив?! — я вскочила и поднесла малыша к древу — там светлее. Глазки разного цвета открыты, ручки с перепонками машут во все стороны, как у обычных младенцев. А ротик чмокает, пытаясь найти рядом мамину грудь. — Голодный! Прости, маленький! — обратный путь тоже проделала бегом, ворвалась на кухню с орущим в голос детенышем, напугала заспанного молочника, переворошила ящики, нашла бутылки с соской — из них мы с Цетой недавно выкармливали больных поросят. И вот уже мой подкидыш, жадно присосавшись, начал кушать.

— Да неужто? — настоятельница подошла к нам. — Выжил?

— Он сильный! — я гордо улыбнулась сквозь слезы.

— Теперь-то что плакать, детка! — она рассмеялась. — Что ж, добро пожаловать в этот мир, маленький поросеночек!

— Ему нужно имя, Цета.

— Давай назовем его Сар. С древнего языка переводится как чудо!

— Тебе подходит. — Я погладила серую шейку. — Малыш Сар! Малыш рос, но так медленно, что я обеспокоилась. Цета развеяла все страхи, пояснив, что полукровки чаще всего развиваются не как простые дети, а скачками. Они как будто проходят определенную стадию и сразу переходят в следующую. Как бабочки, что вылупляются из куколок.

Однажды так и произошло. Я, как всегда в последнее время, работала в госпитале, ухаживая за больными, а когда вернулась в комнату, обнаружила в колыбели не кроху младенца, которому недавно меняла пеленки, а ребенка на вид в несколько лет. Если бы не разные глаза, рожки и перепонки, ни за что бы не поверила, что это он же!

Второй скачок произошел довольно скоро — подкидыш превратился в настоящего мальчугана ростом мне до колен. Что весьма шустро бегал. Гоняясь за ним по территории храма, я снова обеспокоилась — на этот раз, что он развивается слишком быстро, и еще раз пожаловалась настоятельнице. Та вновь заверила, что все нормально, рост скоро замедлится.

— Сар! — надеясь, что снизится и скорость его бега, крикнула я, вновь бросаясь вдогонку за сорванцом, что с удовольствием улепетывал, оглядываясь. Ему это нравилось. «Сарванец»! — Сар, погоди, поймаю!

— Не поймаешь! — мальчуган расхохотался и с размаху врезался в ноги Аматара. — Ай, ты чего такой твердый? — он снизу вверх посмотрел на среднего брата-дракона.

— Извини, малыш. Ушибся?

— Да он лбом стену прошибить может! — пренебрежительно фыркнула я, подхватив Сара на руки. — Попался! Теперь пойдем есть!

— Не хочу!

— Надо! Вон уже небо светлый лик показывает, видишь? — я ткнула пальцем в луну, что выплывала на небосвод.

— Ладно, уговорила.

— Одолжение он мне сделал, надо же!

— Ага! — разноцветные глаза хитро блеснули из-под белой челки. — Дашь булочку за это?

— Бессовестный! — но перед этой мордашкой не устоять.

— Богиня Офель! — потрясенно пробормотал Аматар, глядя на ребенка. — Он выжил?!

Я все поняла и поставила малыша на ноги:

— Сар, беги домой, можешь съесть две булочки.

— Целых две? — восхитился сорванец. — Я опять заболел?

— Ты хочешь или нет? Тогда беги! — когда белая шевелюра скрылась за поворотом, мой взгляд остановился на бледном лице дракона. — Так это ты его оставил на ступенях? Выкинул, как мусор?

— Риэра, ты не понимаешь.

— Как можно так поступить с сыном? Ты прав, не понимаю!

— Он не мой сын. — Аматар вздохнул.

— Да? — я остыла. — Прости.

— Но я принес его к храму.

— Ничего не понимаю! — гнев вновь завладел мной.

— Давай поговорим. Не здесь.

— Ну конечно, это же позор, что дракон в таком замешан!

— Риэра, пожалуйста!

— Хорошо. — Проворчала я.

Мы спустились под горку и вышли к реке. Сиреневые воды мягкими волнами ласкали сияющее серебро песка. Веяло прохладой. Мне нравилось здесь купаться, когда выплывала темная луна. Иногда брала с собой Сара, но тогда приходилось не плавать, а следить, чтобы этот лягушонок не наелся песка, закусив пойманной рыбой, и не перебудил всех в округе своими воплями. Воду он любит — сказывается кровь аек, водного народа.

— Говори. — Я повернулась лицом к Аматару. — Как ты, кстати, узнал, что Сар именно тот подкидыш?

— По родовой вязи на лице. — Ответил дракон. — Она проявляется, едва видимая, когда на кожу падает свет луны. У Владык суши — под светлой, у Владык воды — под темной луной. Вот, смотри сама, — его руки легли на мою талию и осторожно притянули меня к себе.

— Даааа, — зачарованно протянула я, разглядывая тонкие сияющие паутинки на его лице, что наливались светом и исчезали, словно в такт ударам сердца. Красиво! А вот блеск в глазах принца мне не понравился. Как и его губы, что начали приближаться к моим. — Так кто его отец? — отойдя на шаг, спросила я.

— Мой брат. — Аматар вновь вздохнул. Видимо, обниматься ему нравилось, а обсуждать Сара — не очень.

— Правящий принц Алатар?!

— Нет, что ты. Младший брат, Асатар.

— Уже легче. — Проворчала я. — Он вообще знает о малыше?

— Знал. Но думал, что он умер.

— Тогда нужно рассказать, что его сын жив. — Я кивнула сама себе. И пусть только попробует сказать, что это не мое дело! — Где его можно найти?

Глава 6 Люмьер

Саяна

Я поставила люльку со спящими наследниками на диван, сама села рядом, сложила руки на коленях и уставилась на Горана: