Древо миров
Шрифт:
— Существо, — пискнул дух-ящерка себе под нос, — хуже нет, когда элементала существом обзывают. Ладно, дайте с госпожой Ишшу повидаться…
Следуя указаниям отвеса в руках гнома, они спустились по винтовой лестнице, свернули на боковую галерею, миновали дюжину шестигранных комнат, после чего лезвие кинжала вдруг поднялось вверх, и пришлось карабкаться по крутым ступеням двумя этажами выше.
— Если середина этой сферы везде, то почему не здесь? — ворчал гном. — И почему она то внизу, то вверху? Временами кажется, что мы шагаем вверх тормашками, да отчего — то не падаем. Ну, если кое-кто шутить задумал и других с толку сбил, я этого кой — кого на один камешек положу, да другим прихлопну… Славная выйдет котлетка!
Однако угрозы гнома оказались пустыми. Сколько раз пришлось сворачивать, спускаться, подниматься и даже возвращаться обратно — никто не считал, но в конце концов они достигли огромного круглого помещения, вдоль стен которого бежала металлическая полоска-балкончик шириной локтей в десять. На нее выходили сотни галерей, и балкончик этот, не имевший перил, висел над глубокой шахтой, прикрытой сверху серебристым куполом. Далеко внизу полыхали багровые сполохи, жаркий воздух поднимался к сферическому потолку, улетая в многочисленные отверстия, — в этом мареве висевший в центре предмет, похожий на цветок лотоса с сомкнутыми лепестками, казался призрачным, и трудно было понять, велик ли он, как купол храма, или не больше головы ребенка.
— Еще одна пропасть, — желчно заключил дядюшка Гнуб, хотя жерло шахты и так все отлично видели, — и что-то ни моста не видать, ни стражи. Если нам, конечно, нужно попасть в это вареное яйцо, чего мне бы совсем не хотелось.
— Внутри этого архелакового бутона — дверь, — сказал Мидгар, вглядываясь в неясные контуры, — надо найти способ открыть лепестки.
— И перелететь на ту сторону, — хмыкнул Гнуб. — Был у нас один с крыльями, да и тот их спалил. И Аскилта доблестный задачку решить не поможет — никаких парящих дисков тут нет.
— А если веревку бросить? — предложил юнец, весьма польщенный упоминанием своего имени.
— Она у тебя есть? Или портки свои распустишь?
— Что скажешь, брат? — Вождь ругов вопросительно взглянул на Ярла.
Тот молча к чему-то прислушивался. Балкон под ногами слегка подрагивал, временами снопы искр вырывались из шахты, едва не задевая людей.
— Вот он, — сказал Ярл.
Никто не успел спросить, о чем он говорит: трубный рев вознесся к сверкающему куполу, металлическая полоса под ногами заходила ходуном. Грянула тяжелая поступь, и с дальней галереи сошло на балкон существо столь зловещего вида, что кровь застыла бы в жилах и самого отъявленного храбреца.
— Астарт! — разом выкликнули имя чудовища Мидгар и Аскилта.
Страж горы Меру разом походил на дракона, лошадь и целый выводок попугаев: бухая огромными ногами, оканчивающимися тройными копытами, он волочил за собой тяжелый, утыканный шипами хвост и разевал семь клювов — по клюву на каждой голове; в отличие от птичьих они были снабжены здоровенными желтыми клыками, с которых обильно текла слюна.
Чем ближе подходил Астарт, тем больше вырастала его уродливая фигура, так что, в конце концов, стало совсем непонятно, как чудовище вообще может держаться на узком металлическом карнизе.
Железная Рука приготовил меч, но на сей раз даже бесстрашный рыцарь медлил, понимая, что монстру достаточно будет лишь слегка двинуть хвостом, чтобы смахнуть его в пропасть, как песчинку.
Мидгар что-то бормотал, загибая пальцы.
— У него семь голов, — сказал он Ярлу, — на каждой — по одному глазу, значит, тоже семь. Ты разгадал тайну железного стража, постигни же суть Астарта! Торопись, брат, иначе мы погибнем в двух шагах от цели.
Ярл сгорбился и провел ладонью по лицу, словно смахивая пот. Губы его шевелились, но слова были едва слышны в грохоте шагов чудовища.
— Гептада, священное число закона… Семь духов перед Троном… ключевые слова: «звуки», «удача», «случай» и то, что ведет вещи к их концу…
— Точно, — тяжко вздохнул гном, — конец нам, чую.
— Тройное духовное тело и четырехсоставная материальная форма, — продолжал бормотать Ярл, двинувшись навстречу монстру. — Три и четыре дают семь… Шесть граней, север, запад, юг, восток, верх, низ и седьмая точка — суть единица. Я нужен тебе один, Страж Закона, возьми меня!
Астарт не заставил себя упрашивать: он был уже в двух шагах от руга и, вытянув уродливые лапы, схватил Ярла поперек груди. Ярл закричал. Страж Закона вытянул шеи, оказавшиеся по-змеиному тонкими, и семь черных зрачков уставились в глаза младшего сына Таркиная. Тело руга мучительно изогнулось, на губах показалась пена…
Астарт поднял птичьи головы, разинул клювы и торжествующий рев сотряс архелаковый купол. Хвост чудовища, перекинутый вперед, дробно стучал по балкону, отрезая путь кинувшимся выручать побратима рыцарю и вождю ругов. Их клинки разом опустились, но не смогли пробить покрытую роговыми пластинами кожу.
Монстр вздыбил хвост, готовясь смахнуть воинов в бездну…
За спинами Дагеклана и Мидгара что-то громко хлопнуло, раздался короткий свист, потом дико завопил юный Аскилта:
— Попал! Я попал, бычьи яйца ему в каждую глотку!
Астарт уже валился в пропасть: лошадиные ноги подломились, лапы выпустили свою жертву — кампанарий и руг подхватили обмякшее тело Ярла, успев заметить, что из семи арбалетных стрел шесть торчали над клювами чудовища. Дукарий Аскилта Эвмолп умудрился совершить выстрел, за который в любом регулярном войске удостоился бы трехдневного отпуска и десятка золотых на питейные расходы. Единственным уцелевшим глазом еще живой Страж мог теперь наблюдать стремительно несущееся навстречу дно пропасти…
Когда отчаянный рев Астарта затих в огненных глубинах, рыцарь не преминул выразить юноше свое восхищение. Узнав, что арбалет вовсе не заговорен, Аскилта немедленно впал в гордыню и заявил, что не то еще вытворял, швыряя камни по витражным стеклам и гранитным изваяниям в Городе, а однажды умудрился отколотить голову бюсту самого Мажика, за что потом в яму с холодной водой посадили совсем другого отрока… Дагеклан только махнул рукой — добродетели юного ругорума не шли ни в какое сравнение с его бесшабашной храбростью.