Чтение онлайн

И раздражающе обнаженным, когда он распахнул её холодильник из нержавеющей стали, достал оттуда бутылку апельсинового сока, наполнил два стакана и оставил их на кухонном островке. Его пребывающие в беспорядке после сна волосы лезли непослушными прядями ему в сонные глаза.

Ощущение, пронзившее В еду, такое же мягкое и невесомое как сахарная вата , выбило воздух из её легких, и она резко отвернулась от вида этого богатенького мальчика, так вальяжно перемещавшегося по кухне и готовившего ей завтрак.

Она кинулась в центр своей спальни, остановилась, огляделась по сторонам и задалась вопросом.

«Что, черт возьми, я делаю?»

Поступок зрелого взрослого человека заключался бы в том, чтобы войти с важным видом в свою кухню, присоединиться за завтраком к этому умопомрачительному мужчине, разделить первый и последний завтрак, а затем мысленно возвращаться к этому в течение дня.

Вместо этого Веда вихрем промчалась через спальню, скидывая одежду, справочники, а также многочисленные туалетные принадлежности, о которых только могла подумать, в черную спортивную сумку. Она застегнула молнию дрожащими пальцами, повесила сумку на плечо и побежала к двери патио.

Открыв её так тихо, как только могла, позволяя чириканью птиц и запаху дуба пробраться в дом, она вышла на улицу и робко закрыла за собой дверь.

Это был первый раз с тех пор, как она вернулась в Тенистую скалу и не пожалела об аренде квартиры, расположенной на нижнем этаже.

Это облегчило её чертов побег.

***

Гейдж зажмурился, когда смоченный слюной большой палец прошелся по его щеке. К раем глаза он видел, как она облизывала свой палец, так что уже знал, что она сделает это. До сих пор в мире не было ничего более успокаивающего, чем это действие.

– Селеста, Боже мой, – Дэвид Блэкуотер поморщился с противоположной стороны круглого обеденного стола патио. – Может, хватит нянчиться с ним как с младенцем?

Селеста Блэкуотер закончила что-то вытирать на его щеке, и, независимо от того, что это значило, она прикоснулась к щеке Гейджа, позволив пальцам задержаться на подбородке сына , когда они улыбнулись друг другу.

Не обращая внимания на мужа, Селеста погладила край челюсти Гейджа своим большим пальцем, пока её длинные чёрные волосы развивались от дуновения лёгкого ветерка.

– Ты выглядишь таким беспокойным сегодня, дорогой.

– Я в порядке, мама, – сказал Гейдж , проглатывая еще один кусочек своего ужина. Он выдавил улыбку семейному повару, когда тот неслышно подошел сзади и наполнил шампанским бокал Гейджа. Он всегда знал, когда необходимо наполнить бокал, не было надобности просить об этом.

– Селеста, ты дашь ему возможность немного отдышаться?

Селеста улыбнулась, не отрывая взгляда от Гейджа.

– Ты что-нибудь слышал, дорогой?

Гейдж улыбнулся и почувствовал, как она очертила его ямочки, прежде чем, наконец, отодвинулась , выпрямившись на своем стуле и поднимая вилку.

– Ты прав, Дэвид, – сказала она. – С какой стати я показываю Гейджу свою любовь и привязанность? Т ебе не приходило в голову, что именно я носила его в своей утробе девять месяцев и подарила ему жизнь. Ах, как неосмотрительно с моей стороны , – улыбка, которую она послала через стол, казалось, застыла на её лице.

Дэвид Блэкуотер оторвался от своей еды, откинулся назад на белое плетеное кресло за их обеденным столом на открытом воздухе , и положил руки на подлокотники. Панорамный семейный бассейн виднелся позади него (Прим.: Панорамный бассейн – тип бассейнов, границы которых сливаются с горизонтом, создавая впечатление бесконечного пространства из воды и неба ). Кроме того, зубчатые черные как смоль пики скал, благодаря которым Тенистая Скала и получила свое название, казалось, пронзали бесконечную гладь звёздного неба и исчезали на фоне мрачных очертаний моря. Круизный лайнер Блэкуотеров, намеревавшийся отправиться в плавание следующим вечером, размеренно покачивался вдалеке на волнах.

Почувствовав графитово-стальной пронзительный взгляд отца, впивающиеся ему в макушку, Гейдж оторвал взгляд от своей тарелки и встретился глазами с Дэвидом. Он поднес свой бокал шампанского к губам, смотря на яркую деталь его облика – невообразимые седые волосы, уложенные плавными волнами. О н помнил эту его прическу годами , в отличие от момента , когда отец в последний раз улыбался. Гейдж попытался вспомнить, когда в последний раз видел улыбающегося отца, и обнаружил, что уставился в никуда. Впервые в своей жизни он понял, что должен чувствовать человек, который потерял желание улыбаться.

– Когда вы, ребята, поняли, что любите друг друга? – спросил Гейдж.

Глаза Дэвида и Селесты одновременно расширились.

Гейдж поставил свой бокал, откинувшись на спинку стула, переводя свой взгляд то на мать , то на отца.

Селеста смотрела на него через стол большими зелеными глазами, её подстриженные ногти коснулись груди, которая словно молила о том, чтобы её высвободили из этого тесного платья от Кельвина Кляйна , обтягивающего фигуру. И зящные пальцы женщины скользнули вниз по ткани платья с леопардовым принтом и остановились на коленях.

Она улыбнулась, но эта улыбка не коснулась её глаз.

– Дэвид.

– Селеста, – Дэвид приподнял брови, его голос оставался столь же незаинтересованным, что и глаза.

– Твой сын задал тебе вопрос.

– Вы вообще любите друг друга? – спросил Гейдж , положив конец пассивно-агрессивному обмену взглядами, он уже мог чувствовать, как надвигается неминуемая буря.

– Конечно же, мы любим друг друга, дорогой.

– Когда вы поняли? Я имею в виду, папа вдвое старше. У вас, ребята, нет ничего общего. Вы даже не разговариваете друг с другом до того момента, пока у вас не остается другого выхода. Что это было? Что заставило вас двоих посмотреть друг на друга в один прекрасный день и подумать … да. Это тот человек, с которым я хочу провести остаток своей жизни.

Читая между строк невысказанные сомнения Гейджа , Дэвид ответил.

– Н ервничать – это нормально , сын. Я тоже был возбужден. Это не означает, что я не любил твою мать в тот день, когда женился на ней, также сильно как сейчас.

Селеста встретилась взглядом с Дэвидом через стол, легкая улыбка не стала шире, но она так же и не исчезла.

– Что, если я не люблю Скарлетт ? – прошептал Гейдж.

Дэвид сдвинулся. Он позволил безопасной тишине закончиться.

– Ты научишься любить её.