Друг
Шрифт:
Он был до того счастлив, что от первого же бокала вина у него отчаянно закружилась голова.
– Довольно, - сказала Милена.
– Видно, ты один из тех, кто пьянеет от одной рюмки. А я не люблю пьяных. Идем отсюда.
– Ты не думай, не думай, - лепетал Джиджи.
– Вот увидишь. Я буду пай-мальчик.
Он постарался стряхнуть с себя дремоту - ведь сейчас решается его судьба.
Милена готовила кофе на встроенной в стенной шкаф плитке. Джиджи лежал на большой кровати и лихорадочно перебирал в памяти все виденные на экране любовные сцены.
– Кофе готово, милый.
Она протянула ему чашечку горячего кофе... Ну, конечно, теперь она каждое утро будет подавать ему кофе прямо в постель. Милена включила видеофон, и в комнату ворвалась совершенно невероятная, бешеная музыка.
– Нет, Милена, прошу тебя, танго или фокстрот.
Милена послушно переключила видеофон, и полилась сладкая, тягучая мелодия. Джиджи зажмурил глаза, простер к Милене руки и упал на колени.
– О моя Джульетта...
Милена испуганно вскрикнула, словно укололась о булавку. Джиджи открыл глаза и увидел, что она стоит полуголая и глядит на него с недоумением и страхом. Джиджи коснулся ладонью ее бедра.
– Милена, о Милена...
Кажется, говорил он один, а Милена задремала под его нежные речи.
– Открой же глаза, любимая.
Милена приоткрыла слипшиеся от сна веки и спросила:
– Который час?
– Какое это имеет значение?
– Разве ты завтра не работаешь?
– Да, но я не хочу сейчас об этом думать. Мне дорога каждая минута блаженства.
– Ты очень милый. Но я устала.
– Ты права. Я гнусный эгоист.
Он встал, поспешно оделся, несколько раз поцеловал ее на прощанье и направился к двери. Стоя на пороге, он посылал ей последние воздушные поцелуи и никак не мог уйти.
– Послушай, дорогуша, ты позабыл кое-что, - сказапа Милена и выразительно прищелкнула пальцами.
– Денег не вижу.
– Ты хочешь, чтобы я дал тебе денег?
– Послушай, Джиджи, комедия и так изрядно затянулась. Плати, да поживей.
Джиджи в полнейшей растерянности впился в нее взглядом. На миг у него зародилась надежда - одиночество и нищета толкнули Милену на порочный путь. Но он спасет ее.
– Да, но я хочу на тебе жениться. Разве робот тебе об этом не говорил?
– Какой еще робот? Жениться?! Очень мне нужен муж, который зарабатывает жалкие гроши! Мой дорогой, когда я поднакоплю денег, то выйду замуж за богатого синьора. И тогда прощайте город и эти чертовы купола. Были бы деньги, а как они заработаны, никого не касается,
– Значит, ты обыкновенная шлюха?
– Это уж мое дело. Плати и выметайся,
На сей раз Джиджи приплелся к роботу подавленный, убитый горем.
– Как же ты сразу не догадался, Джиджи? Ведь я не давал тебе этого адреса.
– Но ты сказал, что ее зовут Милена.
– Ну и что же? Милена порядочная девушка, она регулярно ходит в церковь. А вот ты в последнее время туда и носу не кажешь.
– Там все женщины уродки.
– Неправда. И потом, в церковь ходят, чтобы молиться богу, а не глазеть на женщин.
– Богу не до нас. Он видит лишь тех, кто живет за куполами, а нас даже не замечает.
– Не кощунствуй. Ты не понимаешь великого смысла религии. Попытайся разобраться.
– Не в состоянии. Стоит мне включить магнитофон, и через пять минут я засыпаю. Предпочитаю кино.
– Тогда ходи на религиозные фильмы.
– Они слишком мрачные. Святые, бедняги, всегда умирают, и ангелы не успевают их спасти. Хоть бы уж финал был повеселее.
– Ты глубоко заблуждаешься, Джиджи. Они все попадают в рай. Разве это так уж печально?
– А ты уверен, что он существует?
– Конечно, после смерти праведников ждет рай.
– Э, не все ли равно, куда ты попадешь после смерти. Вот если б я встретил Милену, то еще мог тебе поверить. Боюсь, что я и Милену увижу после смерти. Верно, ее и на свете-то не существует.
– Нет, существует. Но ты просто не ищешь. Тебе не хватает упорства. И потом, если ты хочешь ей понравиться, тебе надо иметь хобби.
– У меня есть хобби, - поспешно ответил Джиджи.
– Я коллекционирую спичечные коробки. А на выборах голосую за партию разумных.
– Молчи, ты не должен никому говорить, за кого голосуешь. Это тайна, охраняемая законом. И вообще, что касается политики...
– Я не занимаюсь политикой. Она меня не интересует, - перебил его Джиджи.
Но он солгал. Лет пятнадцать назад он познакомился со студентами, которые занимались политикой, да еще как активно. Сидя в траттории, они громко доказывали, что, если бы все объединились и проголосовали против, от системы ничего бы не осталось.
– А фотоэлементы?
– спросил тогда Джиджи.
– При чем здесь фотоэлементы?
– удивились студенты.
– Как при чем? Разве парамагнитные подслушивающие устройства и фотоэлементы не установлены повсюду, даже в туалете?
Тут студенты, словно по команде, расхохотались.
– Знаешь, во сколько все это обошлось бы правительству?
– Знаю. Но у промышленников и хозяев куполов денег хоть отбавляй. Вот мне, например, вмонтировали в ухо лластинку.
– В ней указаны твои данные, место и год рождения. И больше ничего.
– Неправда. Робот контролирует каждый мой шаг.
– Сказка для малых деток. А ты и поверил, глупец. Вы, обыватели, убеждены, что роботы-шпионы везде и повсюду. На самом же деле они существуют лишь в вашем воображении.
Студенты так были в этом уверены, что вели себя крайне неосторожно. И, понятно, очень плохо кончили.
Когда он, Джиджи, узнал об этом, то сразу же помчался на митинг и выступил в защиту свободы и демократии. И его не тронули. С тех пор он не занимался политикой. Так что робот зря намекает...