Чтение онлайн

– Да пошли вы, ублюдки траханые! – заорал капитан и шарахнул ногой в дверь, надеясь, что его услышат. Но его никто не услышал.

Делать было нечего – надо было выбираться. Первым делом он простукал стены и понял, что все они построены крепко, никаких скрытых дверей, замаскированных штукатуркой, нет, и просто так не выбраться. Решетки на окнах – они были приварены к мощным штырям, которые были вделаны в стену и выглядели очень солидно. Просто так не вырвать, не было видно никаких следов разрушения. Можно было подковырять гвоздями, рано или поздно это даст результат, потому что металл прочнее любой стены, но это долго. Поэтому начать надо с самого простого.

Двери. Света уже не хватало, по полу бежали густые, черные тени, но капитан успел осмотреть одну дверь за другой и понял, что дело плохо. Изнутри замка вообще не было, но дверь была заперта. Это значит, что с той стороны висит навесной замок, до которого ему не добраться. Он подергал двери… тяжелые, металлические, со временем они проседают под своей тяжестью, и ослабевают петли. Но, увы, тут ему не повезло. Двери прочно стояли в косяках, никакого люфта. Такие двери обычно стоят в складах, где хранят что-то ценное.

Черт бы все побрал…

Капитан прошел по полу, в нескольких местах – с силой подпрыгнул. И снова неудача. Ни в одном месте он не услышал по звуку, что под полом есть свободное пространство. Значит, и пол разбирать бесполезно.

Делать было нечего – по сломанной шведской стенке он подобрался к тому месту, в которое были вделаны решетки, к стальным штырям, торчащим из бетона. Неужели это часть арматуры в железобетонной плите… да быть не может. Он решил, что сначала попробует расковырять один из таких штырей, посмотрит, что к чему, – и только потом примется за двери. Странно, но одиночество в запертом помещении успокоило его, он почему-то стал воспринимать запертые двери как защиту от внешнего мира, здесь он не был загнанным зверем, по следу которого идут продажные эсэрэсники и мексиканская полиция. Он слез обратно, подтащил один из матов, чтобы сыпалось на него – мало ли – потом опять залез. Зацепившись поудобнее, он взял в руку свой единственный инструмент – гвоздь и принялся за работу.

Работа была несложная, муторная, она затягивала и отвлекала. Было уже темно, совсем темно, он висел как обезьяна на стене и скреб бетон, частицы стены падали вниз невесомыми пылинками, время от времени он проверял мощными рывками свою работу – и в последний раз ему показалось, что дело сдвинулось с мертвой точки. Руки затекли, и ноги тоже, но он и не подумал прекращать работу, знал, что организм приспосабливается ко всему – и скоро он просто забудет о том, как он устал.

Может быть, из-за монотонной работы, может, из-за усталости он пропустил момент, когда к двери подошли люди. Только когда чуть стукнул – сталь о сталь – замок, который взяли в руки, только когда едва слышно хрустнул замок – он понял, что за дверью кто-то есть. Мат приглушил звук и смягчил силу падения, он моментально схватил подготовленные у стены палки и на цыпочках перебежал к стене, рядом с дверью. Прижался, замахнувшись одной из палок, чтобы нанести удар без промедления. Ему нужно было оглушить одного, прикрыться им и забрать его оружие. Потом будет еще веселее, – если он будет к тому времени жив.

Дверь распахнулась бесшумно на смазанных графитовой смазкой петлях, она открывалась внутрь, а не наружу – тот, кто ее ставил, знал, что делает. Какое-то время все было тихо, потом внутрь темного зала ударил луч фонаря, галогенного, скорее всего даже подствольного. Капитан отвернулся, но фонарь погас.

– Эй, парень! – кто-то сказал по-английски. – Брось, что там у тебя есть, и выходи на середину зала. Иначе через десять секунд – бросаю вспышку и слезогонку, тогда посмотрим, какой ты крутой. Тут с тобой поговорить хотят, а не разобраться.

Делать было нечего. К тому же слово «слезогонка» – граната с раздражающим слизистую газом типа CS – знали немногие, только те, кто служил в полиции или спецслужбах.

– Я выхожу, – сказал капитан.

Гулко бросил на пол одну палку, потом другую. Пошел на середину зала, ощущая спиной внимательный взгляд. Возможно, даже не один.

Из темноты снова ударил луч галогенного фонаря, прямо в лицо. Капитан Риц-Дэвис закрыл лицо руками и выругался:

– Какого…

– Я вхожу, парень. Не делай глупостей. У меня «Clandestine-12», знаешь, что это такое? Никакого шума, и мозги по стене.

Капитан знал, что это такое. САС закупило с десяток таких комплектов для оперативников, работающих в Белфасте. Правда, там это применялось для тихого и быстрого проникновения в помещения.

– Кто ты такой, парень?

– С тобой хотят поговорить. Предложить работу. Встань вон у той, второй двери и не делай глупостей.

Делать было нечего – капитан Риц-Дэвис сделал так, как сказали. В темноте – обычно он нормально видел в темноте, но тут галогенная лампа – вспышка отняла у него ночное зрение, и надолго, видимо, так было задумано специально. Было слышно, как кто-то, шаркая, идет по полу, как что-то (или кого-то) тащат.

– Дайте свет! – приказал кто-то.

Под потолком вспыхнули лампы. Черт возьми, здесь был свет! Он видел лампы наверху, тоже забранные решетками, но он не нашел переключателя и решил, что освещения нет, оно сломано. Наверняка выключатель просто был за запертой дверью, вот и все.

Капитан встретился глазами с человеком, полноватым, с неухоженными седыми волосами, глубокими шрамами на лице – след одного из давнишних покушений, – и почувствовал, как желудок проваливается в пятки. Он знал этого человека – в числе прочего при заброске агента его обязательно знакомят с ситуацией в зоне проведения операции, дают обзорную сводку по политической, экономической ситуации, формальных и неформальных лидерах. Это лицо он узнал… это лицо не мог не знать любой сотрудник спецслужб, потому что за поимку этого человека была назначена награда в пятьдесят миллионов долларов и он много лет находится в списке самых разыскиваемых ФБР людей под номером один.

Этот человек, сидящий на заботливо принесенном кем-то стуле, отставив в сторону ногу, в которой, по данным СРС, был искусственный коленный сустав – этот человек и был боссом всех боссов. Это был Мануэль Альварадо.

– Когда Хосе Марсель Вега начинает болтать, умный человек хватается за пистолет, – хриплым, с каким-то присвистом, говорящим о нездоровых легких, голосом сказал Альварадо, – среди своих он зовется el pajaro, пташка. Эта пташка красиво поет, но умный человек никогда не забывает, что может скрываться за красивым пением.

Несколько человек стояли за Альварадо, все они были одеты в одинаковую форму и не выглядели бандитами. Маски на лицах, но в этой стране маски носили все полицейские, потому что мексиканская мафия имела дурную привычку мстить, и мстить не только полицейским, но и их семьям. Хуже было то, что капитан Риц-Дэвис опознал форму и знаки различия мексиканской морской пехоты, очень тренированных и подготовленных бойцов. Вооружены они были только что закупленными в САСШ автоматами «AR-20» и легкими пулеметами «Colt IAR». У одного и в самом деле было ружье 11–87 с глушителем – зловещее «Clandestine-12». Хуже того – на всех автоматах были подствольные гранатометы. Если сам автомат в Штатах купить довольно легко, то подствольный гранатомет тебе не продадут, а еще сложнее приобрести под него гранаты. Подствольный гранатомет – верный признак регулярного военного формирования, а не банды.