Чтение онлайн

– Я полезу к кустам и постараюсь подползти на выстрел, – сказал Гардан и двинулся, пригнувшись, вниз. Вскоре он исчез из виду, но Петька знал, что друг подбирается к стаду.

Маконги тоже смотрели на происходящее во все глаза и указывали пальцами в сторону, где должен быть Гардан, что-то горячо обсуждая.

Тут до них долетел слабый звук выстрела, а дымок указал на скрытую позицию Гардана. Все увидели, как одна антилопа метнулась в сторону, споткнулась, вскочила снова и поковыляла за убегающим стадом.

Дикари издали резкий клич и помчались вниз, преследуя раненую антилопу.

Петька остался на месте, наблюдая за охотниками. Ему было видно, как охотники настигали ослабевшую антилопу, которая спотыкалась, падала, но продолжала бежать. Однако силы оставили ее. Она упала, а дикари настигли ее. Они прикончили несчастное животное, радостно огласили холмы победным воплем и понесли добычу скорым шагом назад.

Женщины и детишки встретили их радостными криками, а на ребят стали смотреть со страхом и благоговением. Все уставились на мушкет, который Гардан держал в руках. Страх читался на их лицах.

– Вот перепугал ты их, Гарданка! Интересно, что теперь будет?

– А кто их знает. Может, подкараулят нас да и убьют.

– Не может того статься, Гарданка. Не пугай. Смотри, как они на нас смотрят. Никакого злобного выражения нет.

Тем временем антилоп тут же разделали, и женщины стали обжаривать на кострах куски мяса. Лучшие из них отдали ребятам, и те с жадностью вонзили свои молодые зубы в долгожданную еду. Они дрожали от нетерпения, слабости и усталости. Когда оба насытились, Петька, указывая на дикарей, спросил друга:

– Чего это они делают со звериными желудками? Гляди – сок выдавливают.

– Наверное, нужно так им. Ты присматривайся к ним и мотай на ус. Теперь это может нам пригодиться. Не век же будем с ними бродить по пустыне. Выбираться придется, так что учись.

Со дна котловины мужчины принесли несколько страусовых яиц с водой. Все попили, но ребята хлебнули водички раза в два больше, чем любой из дикарей.

– Ну и терпеливые и выносливые они, Гарданка. Гляди, как мало они пьют, не то что мы.

– Берегут воду. Зато мясо почти все съели. Оставили самую малость, человек на пять, не больше.

– Знать, надеются добыть еще.

– Здесь дичи намного больше, чем там, где мы потеряли судно. Наверное, и вода здесь чаще бывает.

Наступал вечер. Маконги стали устраиваться на ночь. Они вырыли в песке неглубокие ямы, слегка загородили их от ветра ветвями и камнями. Немного попели грустными, протяжными голосами песни, видимо, вознося благодарность своим богам за удачную охоту. Но празднество долго не продолжалось. Кочующий род быстро успокоился, заснув под яркими звездами. Стало холодно, ребята закутались в одеяла и тоже закрыли глаза. Усталость быстро сморила и их.

Начались скитания по пустыне. День за днем маленький род продвигался все дальше на северо-восток. Постепенно местность стала более оживленной. Появились деревья, уже не единичные, а стоящие целыми группами, много кустарника и разной живности. Охота часто была удачной, но Гардан не особо тратил порох и свинец. Его было не так-то уж много. А дикари и сами теперь справлялись отменно с добыванием пропитания.

Иногда встречались и полупересохшие лужи, и все с наслаждением напивались живительной влаги. Тогда был праздник, и на целый день устраивался лагерь для отдыха.

Наши ребята уже достаточно окрепли и чувствовали, что им такая жизнь скоро опостылеет. Они уже подумывали, как уйдут к океану на северо-запад, но пока еще не решались на этот шаг. Выжидали, чего-то побаиваясь. А побаиваться было чего. Пустыня еще не кончилась, жизнь только слегка подобрела, да и то благодаря дикарям, которые умели и в таких ужасных условиях умудряться сносно питаться и находить воду.

Ребятам всегда доставался лучший кусок, на них смотрели, как на дар богов, их частично освобождали от ноши, но мушкет никогда не трогали, и это забавляло ребят. Их башмаки давно были сношены и выброшены, а босые ноги после нескольких дней мучений как-то приспособились для ходьбы по пустыне. Они тоже начали вживаться в нелегкие условия.

Ребята опять попали под сильный ливень, который прошумел над пустыней, когда они продирались сквозь густые заросли кустарника.

– Как хорошо! – кричал Петька, простирая руки к небу и подставляя лицо с открытым ртом под тугие струи дождя.

– Раздевайся! – ответил Гардан, сбрасывая с себя тряпье, в которое превратилось его платье. – Пусть хоть малость отмокнут наши лохмотья!

Они бегали на тесной поляне, и не было у них никакого стеснения перед своими теперешними товарищами по несчастью. Ведь те постоянно были почти голыми. А дикари тоже радовались ливню. Теперь ведь трава бурно возьмется в рост, появятся новые стада антилоп, а значит – будет и еда. Начнут зреть плоды на земле и на деревьях. Им все в пищу пойдет, ничего не будет отброшено.

Час спустя потоки унеслись, солнце опять стало палить нещадно. Наверное, наступало лето. Кто это здесь поймет!

Напившись вволю и запасшись водой, люди рода Онго снова пустились в путь. И день еще не кончился, когда охотники подстрелили двух антилоп. Вечером был устроен пир при свете звезд и костров. Мясо было мгновенно съедено, и Петька в который раз с ужасом удивлялся, как много дикие могут съесть за один раз.

– Я понял, что это так у них от тяжелой жизни устроено, – ответил Гардан на его немой вопрос. – Чаще всего они голодают, но когда появляется еда – набивают брюхо впрок, на будущее.

– Чудной это народ, но без них мы бы уже отдали души Богу, – ответил на это Петька. – Интересно, а спаслись ли наши?

– Вряд ли. Слишком далеко идти, а еды и воды они добыть не могли.

Уже ночью, когда веселье постепенно затихало, к Петьке подкралась молодая девушка и, жестикулируя, поманила его в кусты. Он, недоумевая и не понимая ничего, все же последовал за ней. В глубине кустов она заулыбалась и потянула его на себя. Тогда он понял, что ей надо. Краска стыда бросилась ему в лицо. Он шумно задышал и отстранился с небольшим чувством брезгливости. Но девушка была настойчива, а сопротивлялся он недолго. Страсть все же охватила его. Так он стал мужчиной.