Чтение онлайн

– Что ты такое говоришь?! Да кто же это?..

– Я не знаю! Но какой-то мудозвон усиленно пытается быть мной, и пока у него это прекрасно получается. И я не знаю, что он вытворит в следующий раз. И главное – не знаю, для чего ему это все надо!

– Киря…

– Вот поэтому я и прошу тебя уехать! Потому что рано или поздно он может наведаться к тебе и что-то с тобой сделать. Во всяком случае, я очень этого боюсь!

На лице у Ники отпечатался страх. Она огляделась вокруг, словно боялась, что нас подслушают, потом сказала шепотом:

– Но это же программа. Механическая копия, которая не может навредить. Ведь так, по-моему, было написано в его инструкции?

– Теперь я уже не до конца уверен, что он может, а что нет, - сказал я взволнованно. – Я не видел дубля с тех пор, как его вынесли из гаража. Но у меня есть подозрения, что его сделали умнее, сильнее и… опаснее. Так что, хочешь ты или нет, но в городе я тебе остаться не позволю.

Я разгладил на столе смятый билет на автобус и подвинул Нике. Она покачала головой, сжав губы, и глаза ее сверкнули. Видно, моя откровенность еще пуще укрепила в ней решимость никуда не уезжать.

Повисла тягостная пауза. На вокзале по-прежнему было шумно, но в уши мне как будто затолкали ваты.

Я еще, конечно, обозлился на себя за то, что рассказал ей все о дубле. Зарекался же молчать. Но с Никой так всегда: сколько ни упирайся, а правду она все равно клешнями выдернет - такая уж упрямая натура.

Пока Ника молчала, я еще раз оглядел автостанцию. За время, что мы здесь сидели, обстановка мало изменилась. Лавочки, ларьки, менты, автобусы и толпы пассажиров с сумками. Где же ты прячешься, урод?!

Тут я поймал взглядом в толпе знакомое лицо и вздрогнул.

Возле магазинчика с эскимо, облокотившись на морозильную камеру, стоял мой дубль. На нем была моя кожаная куртка, мои джинсы и мое лицо. Копия стояла шагах в двадцати от нас, смотрела в нашу сторону, не отрываясь. В руках дубль держал букет синих роз – такие очень любит Ника.

Я похолодел от ужаса.

– Вот сука…

Мимо Лжеобразцова то и дело проходили люди, и его силуэт пропадал из поля видимости. Вот промелькнули две молоденькие девушки с большими сумками, и дубль исчез. И вот я снова его вижу: неподвижный, смотрит на меня и улыбается своими идеально белыми зубами, а глаза точь-в-точь мои, человеческие.

Я медленно поднялся из-за столика – ноги окаменели и не слушались – и встретился с ним взглядом. Дубль не сдвинулся с места. Он пристально смотрел на меня и словно ждал, когда я подойду.

Я со всех ног кинулся к дублю и едва не сбил кого-то, а когда остановился, то увидел, кто прошел передо мной. Это была огромная кавказская компания – чернявые плечистые бородачи в пальто и девушки в пестрых нарядах, с серьгами, увешанные украшениями. Вся их семейка прошло мимо, и один из «горцев» недобро покосился в мою сторону.

Когда они исчезли, я вновь бросил взгляд на магазин с мороженым. Дубля там не было. Но куда он делся? Он же только что стоял возле магазина!

Быстрым шагом я направился в ту сторону, но вдруг почувствовал, как кто-то схватил меня за руку. Обернулся. За спиной стояла Ника и смотрела с нарастающей тревогой на меня.

– Боже, ты весь побледнел, словно покойник! Что ты там увидел?!

Я не смог ответить - язык онемел, а в горле пересохло. Сердце больно колотилось о грудную клетку, словно норовило проломить ее. Вместо ответа я схватил Нику за руку и потащил к автобусу.

– Ты уезжаешь. Точка, - сказал я железно. – Пусть мы поругаемся на весь вокзал, но я тебя отсюда выпровожу. Извини, что все так получилось.

Ника упиралась до последнего: пыталась огрызаться, спорить и даже разжалобить меня слезами. Наша склока продолжались до тех пор, пока в автобус не стали заходить пассажиры и я едва ли не силой затолкал Нику в него. Москву она покидала вся в слезах, напуганная и глубоко обиженная на меня. Зато с души моей как будто груз свалился.

Я перекинул ей на карточку немного денег и с досадой обнаружил, что у меня осталось всего пару тысяч. Вчерашняя встреча с гаишниками почти полностью опустошила мой бюджет. Еще тысяч тридцать у меня лежит в квартире, но там теперь живет другой, фальшивый Образцов, который наверняка их прикарманил. Еще дома остались паспорт, медицинская книжка, военный билет и прочие социальные бумажки с отпечатком моей личности. А я здесь один и, по сути, с голыми руками.

Быстро покинув автостанцию, я двинулся к своей машине. Оплатив парковку, подошел к своему «фольцу», достал ключи… и обнаружил дверь открытой. Мать твою налево! Как?!

В панике я сел в машину, осмотрел салон. Бардачок был открыт, водительских прав и страховки там не оказалось.

– Сука! Сука! Сука!

Я со злостью треснул кулаком по рулю и громко выругался. Сволочь! Как он смог залезть в машину?! Здесь же полицейские кругом!

Я посидел немного молча, вдохнул, выдохнул. Включил зажигание. Мотор болезненно кашлянул и сразу же заглох.

Тут раздалась короткая вирбрация мобильника в кармане. Вытащив его, я обнаружил сообщение в «вотсаппе» с анонимного номера.

«Не вздумай никуда звонить. Скоро увидимся».

«Я все равно найду тебя, кем бы ты ни был, сука!» - написал я в ответ.

Но больше он мне ничего не написал.

Я тихо выругался, стиснув телефон в руке. Тупая оглушающая злость накрыла меня с головой, ужалила в самое сердце.

Бросив мобильник на сиденье, вышел из салона, оглядел машину. Через некоторое время заметил, что бензобак в «фольце» открыт.

Я подошел, тупо уставился на бензобак и простоял так очень долго, как в забвении. Значит, он насыпал туда чего-то. Сахара или песка. И машина теперь благополучно сдохла. Когда же он успел так быстро это провернуть? И главное, как его не заметили менты?

Придя в себя, я снова оглдел парковку. Никого. Только таксисты бродят хмурые и два мента гонят прочь приблудившегося бомжа. Я не мог увидеть дубля, но он постоянно находился рядом, будто призрак. Я всей кожей ощущал его присутствие, его цепкий взгляд и механический холодный ум, который, похоже, в разы превосходил мой.