Чтение онлайн

– О, у меня целый мешок плана! Но я его никому не дам! – Судя по шутке, Изотов сильно нервничал, чего целитель никогда не замечал за обычно уравновешенным майором.

– В общем, так… – Уже серьёзно продолжил Сергей Владимирович, – Варианта два. Первый. Я делаю тебя невидимым и мы проникаем в тюрьму. Меня, как фээсбэшника, обязаны пропустить. Там мы перехватываем Витю и уходим через служебный вход. Второй. Ждём здесь и, когда он появится, укладываем его сопровождающих. Хватаем парня – и в машину. Какой нравится?

– Честно говоря, ни один. – Дарофеев заразился мандражом майора и теперь жалел, что ввязался в эту авантюру. Но отступать было уже поздно. А трусом Игорь Сергеевич себя не считал.

– Но второй, по-моему, лучше… – Закончил свою мысль целитель.

– Тогда, поехали…

Изотов перегнал машину непосредственно к выходу из тюрьмы и остановился, не глуша мотор. Здесь уже стояло несколько автомобилей, в том числе и тот, который Сергей Владимирович видел во дворе химкинского особняка.

Это был чёрный “СААБ” и в нём сидело двое парней.

– Ждут… – Изотов указал на сидящих в “СААБе”

– А мы не пропустим пацана? – Заволновался Игорь Сергеевич.

– Я слежу за ним. – Заверил целителя Изотов.

Прошло сорок минут. Всё это время друзья провели в молчании. Сергей Владимирович иногда закрывал глаза и настраивался на Витю, но, всякий раз перед ним возникало лицо Рыбака.

Внезапно майор почувствовал странную щекотку в голове. Это очень сильно напоминало то самое прикосновение к мозгу, которое Изотов испытал во время своего неудачного визита в особняк Корня.

– Нас обнаружили. – Со странным равнодушием, вслух констатировал фээсбэшник.

– И что теперь? – Поинтересовался Игорь Сергеевич.

Майор не ответил и кивком указал на людей в “СААБе”. Один из них, сквозь заднее стекло это было отчётливо видно, поднёс к уху телефонную трубку. Выслушав сообщение, он что-то коротко ответил и Сергей Владимирович встретился с боевиком взглядом, отражённым в зеркальце заднего вида в салоне “СААБа”.

– Если они выйдут – держись. – Проинструктировал Изотов целителя. – Буду брать их на таран.

Но в следующие несколько минут ничего не происходило.

– Витю ведут. – Спокойно проговорил майор. – Приготовились.

Но в этот момент произошло одновременно два события. Со стороны Савёловского вокзала появились три “Москвича”, которые, лавируя на бешеной скорости, приближались к месту стоянки изотовской “Волги”. В это же время ворота тюрьмы отъехали вбок, и из них появился серый фургон автозака, машины, в которой перевозили заключённых.

Автозак медленно выруливал на Новослободскую улицу и один из “Москвичей”, не успев вовремя затормозить на скользком асфальте, со всей скоростью врезался в бок автозака. Серый фургон накренился и стал падать на “Волгу” фээсбэшника, и лишь превосходная реакция Изотова спасла его самого и сидевшего рядом Дарофеева. Сергей Владимирович вывернув руль, надавил на газ, и машина вынырнула из-под туши автозака, который через мгновение рухнул на то место, где раньше была припаркована изотовская “Волга”. Ещё во время падения из-за фургона вылетел какой-то человек и, нелепо размахивая руками и ногами, перелетел через автомобиль Сергея Владимировича и рухнул прямо на крышу “СААБа”.

Из фургона, упавшего на единственную дверь, раздались пронзительные крики, но их заглушил звук взрыва. Из-за автозака показался столб пламени. “Москвич”, который протаранил зековскую перевозку, от удара отскочил к стене дома, и там вспыхнул. Из пятерых рыбаковцев ехавших в нём, срочно вызванных Кикозом, в живых остался лишь один, тот, который вылетел, пробив собой ветровое стекло, и приземлился на машину, которая ждала Витю Матюшина.

Когда прогремел взрыв Изотов, презрев красный сигнал светофора и непрерывно сигналя, уже сворачивал на Лесную. Люди, переходившие улицу, лишь чудом не попали под колёса “Волги”. За ней, уже по тротуару, сшибая газетные лотки и стеклянные ящики с розами, пронеслись два оставшихся “Москвича”, набитых людьми Рыбака.

– Попробуем уйти. – Меланхолично сообщил Сергей Владимирович, сильнее утапливая педаль газа.

Впереди не торопясь катился по рельсам трамвай. Майор повернул перед самым его носом и, удачно избежав столкновения с идущим из парка троллейбусом, помчался вдоль двухэтажного строения из красного кирпича. Преследователи несколько поотстали.

Сделав ещё несколько поворотов и, оставив позади небольшую площадь, Изотов углубился в переулки. Чтобы петлять по узким улочкам, ему пришлось сбавить скорость, но удача вдруг отвернулась от беглецов.

Вынырнув из очередной подворотни и надеясь, что его маршрут окончательно запутал боевиков Рыбака, Сергей Владимирович обнаружил, что идёт встречным курсом с одним из преследовавших его “Москвичей”. Боевики, сидевшие в нём, заметили своих предполагаемых жертв и машина моментально ощетинилась несколькими стволами автоматов, торчащих из опущенных окошек.

Дарофееву, при виде этого зрелища, захотелось оказаться где-нибудь очень далеко. Промелькнула дурацкая мысль, что если сейчас начнётся пальба, то ветровое стекло разлетится вдребезги и стеклянные крошки могут попасть в глаза. Руководствуясь этим, Игорь Сергеевич крепко зажмурился. Потом, по резкому рывку, он понял, что Изотов дал задний ход. Но звуков стрельбы пока не было.

Желание уберечься, сыграло с Игорем Сергеевичем странную шутку. Он всё ещё сидел с закрытыми глазами, но в какой-то миг всё вокруг него изменилось. Он стал видеть и сквозь опущенные веки, и сквозь металл машины. И это видение оказалось весьма странным.

Машина преследователей остановилась, и из неё высыпали все боевики. Но они не стреляли, хотя и держали в руках оружие. Сам ракурс зрения показался целителю чем-то непривычным. Он смотрел на них сверху вниз и фигурки людей, столпившихся около “Москвича”, уменьшались с каждым мгновением.

– Давай направо. – Посоветовал спокойный голос Изотова.

Игорь Сергеевич, успокоенный тоном майора, послушался. Боевики и их машина исчезли из его поля зрения, и вместо них выплыла заснеженная крыша. Из-под белого покрова просматривались соединительные рёбра бурых железных листов. Потом крыша проплыла мимо, и внизу показалась оживлённая улица, в которой Пономарь без труда опознал Тверскую. Сменялись разные крыши, и вдруг Дарофеев понял, что пора бы и вниз. Вычленив из скопления двускатных поверхностей нечто плоское, целитель подумал, что остановиться лучше всего именно там.