Чтение онлайн

— Я не притронусь ни к чему из привезенной им пищи! — воскликнула Ровена.

Но когда еду подали на стол, ей пришлось сесть вместе со всеми, потому что ее отказ от ужина выглядел бы подозрительно и вызвал бы поток ненужных вопросов.

Когда пришла пора ложиться в постель, Ровена по-прежнему думала о вызывающем поведении маркиза.

За ужином Гермиона не могла говорить ни о чем, кроме поездки за границу, а отец выглядел таким счастливым и довольным, каким Ровена еще не видела его после смерти матери.

После ужина, когда все они сидели в кабинете отца, раздался стук в дверь. Марк побежал открыть и вскоре ворвался в комнату, сжимая в руке конверт.

— Это привез кучер! — закричал он. — Видел бы ты этот шикарный экипаж. Он ждет ответа, папа.

Доктор Уинсфорд удивленно посмотрел на конверт, достал из него записку и внимательно прочитал ее.

— От кого это? — спросила Ровена, не в силах скрыть любопытства.

— От генерала Франклина из Овертон-хауза, — ответил доктор.

— Генерал Франклин? Но мы так давно не общались с Франклинами!

— Генерал пишет, что он слышал о том, как чудесно ухаживали в моем доме за маркизом Свейном, и хочет, чтобы я в дальнейшем лечил всю его семью. Спрашивает: не заеду ли я завтра утром.

— Как это чудесно, папа! — воскликнула Гермиона. — Овертон-хауз такое роскошное поместье. Когда мы проезжали мимо по дороге, я всегда мечтала побывать на приемах, которые там дают!

— Генерал просит меня быть его медицинским консультантом, — сказал доктор. — Это, однако, не означает его желания приглашать мою семью в гости, Гермиона.

— Никогда не знаешь заранее, как все сложится, — возразила девочка. — Может, ты понравишься ему, папа, как понравился маркизу, и нам всем будет от этого еще лучше. Напиши ему скорее, что рад будешь приехать завтра.

— Именно это я и собирался сделать, — заверил ее доктор, пересаживаясь к письменному столу.

— У нас в доме есть приличная бумага для писем, Ровена? — спросил он.

Ровена дала отцу необходимые письменные принадлежности и поспешила покинуть кабинет, чувствуя, что просто не может больше оставаться в комнате и мечтать вместе со всеми о том, какие блага принесет им появление еще одного богатого пациента.

Все это было частью хитроумного плана маркиза, который рассчитывал заставить ее изменить свое решение, и она снова мысленно сравнивала его с осьминогом, расправляющим свои щупальца, от которого невозможно спастись.

— Я ненавижу его! — вновь и вновь повторяла себе Ровена, стараясь не вспоминать о том, какой восторг испытала сегодня, когда маркиз говорил ей о своей любви.

На следующий день, после беспокойной ночи, когда Ровена боялась заснуть, чтобы ей не приснился маркиз, девушка спустилась к завтраку и обнаружила, что Марк уже позавтракал и куда-то ушел.

— Мистер Марк встал сегодня утром очень рано, — сообщила ей миссис Хансон. — Наверное, он отправился на пикник, мисс Ровена.

— На пикник? — переспросила Ровена. — Не может быть. В одиннадцать у него урок с викарием.

— Я подумала про пикник, — пояснила миссис Хансон, — потому что он попросил меня завернуть ему в пергамент несколько сандвичей. Я дала мальчику несколько кусочков ветчины, присланной вчера из Свейнлинг-парка, — такая сочная ветчина, мисс Ровена. Много лет не видела такой.

— Так он сам сказал вам, что собирается на пикник, миссис Хансон? — насторожилась Ровена.

— Я не могу точно вспомнить, что он сказал. Просто попросил у меня сандвичей, сложил их в мешок, который был при нем, и ушел.

Ровена смотрела на кухарку, не зная, что подумать, потом, почуяв неладное, она сорвалась с места и поспешила в комнату к отцу.

Постучав, девушка вошла и обнаружила, что доктор только что закончил бриться.

Ночью его вызвали к больному, поэтому сегодня доктор встал позже обычного.

— Извини, что беспокою тебя, папа, — сказала Ровена. — Но я хотела спросить, не говорил ли Марк вчера что-нибудь о том, что он собирается на пикник.

Доктор на секунду задумался.

— Не припоминаю такого, Ровена. Вчера мы проговорили с ним до ночи об отъезде в Итон. Но Гермиона в таком восторге от возможности уехать во Флоренцию, что Марку почти не удалось вставить ни слова.

— Он был каким-то странно тихим за обедом — вспомнила Ровена. — Наверное, ему очень хочется в Итон?

— Ну конечно! — воскликнул доктор Уинсфорд. — Какой же мальчик не придет в восторг от перспективы попасть в лучшую английскую школу для мальчиков.

Доктор завязал галстук, Ровена подала ему пиджак.

— Жаль, что твоя мать не может узнать, какая судьба уготована Марку и Гермионе. Это лучшее, что она могла пожелать для них, особенно для Гермионы. Когда-нибудь наша девочка станет настоящей красавицей, такой же, как ты.

Ровена ничего не ответила отцу, и после небольшой паузы доктор, запинаясь, произнес:

— Ты не обижаешься, дорогая, что маркиз не включил в свои планы тебя? Мне показалось странным, что он не сделал тебе подарка, после того как ты так самоотверженно ухаживала за ним.

— Я не имею ни малейшего желания оказаться под покровительством маркиза, папа.

— Мне не хочется, чтобы ты чувствовала себя обиженной или обделенной, — заботливо произнес доктор.

В голосе отца была такая нежность, что Ровена наклонилась и поцеловала его.

— Я не чувствую ни того, ни другого, папа, — заверила она. — И если ты доволен, что маркиз делает все это для нашей семьи, я тоже рада.