Чтение онлайн

— Совершенно верно.

— В таком случае вам должно быть совершенно ясно, что именно я принимаю решение, а не вы.

Молли выдержала небольшую паузу, прежде чем вынесла свое окончательное решение:

— Я буду управлять ранчо.

По крайней мере два года, подумала про себя Молли. В завещании отца было оговорено несколько условий. Одно из них — чтобы ранчо приносило прибыль в течение двух лет со дня смерти завещателя. Другое условие — Молли должна жить на ранчо в течение двадцати из этих двадцати четырех месяцев, если только не выйдет замуж. Но в любом случае, прежде всего необходимо было, чтобы ранчо стало, как прежде, при отце, приносить прибыль.

Отец никогда не верил в серьезность стремления дочери управлять «Леди Джей», но он дал ей шанс, и за это она всегда будет ему признательна. Мел Джеймс по завещанию предоставил Молли возможность попробовать свои силы — в течение двух лет. Но если же она не справится, тогда… Молли больно было думать о продаже ранчо.

Она взглянула на дядю. Оказывается, не так-то просто было осадить этого человека: на его лице Молли не заметила ни тени смущения.

— Я вовсе не имел в виду, дорогая, что я в силах запретить вам попытаться управлять ранчо в течение двух лет, но, возможно, по истечении двух лет, когда дела «Леди Джей» придут в упадок совершенно, мы за него не сможем взять ту цену, которую могли бы взять сейчас.

— Но я не собираюсь продавать «Леди Джей» ни за какую цену! Я здесь выросла! Это мой дом! Я никогда ни за что не соглашусь продавать родной дом, учтите это, пожалуйста, дядя.

— Мне хотелось бы, чтобы вы поняли, дорогая, что речь идет не только о финансовой стороне вопроса. Будучи вашим опекуном, я несу и моральную ответственность за вашу судьбу. Тщетная и безуспешная попытка справиться с делами измотает ваши нервы и здоровье, я же обязан позаботиться о вас.

— Спасибо за заботу, дядя, однако, боюсь, мои нервы и здоровье в ТЩЕТНОЙ И БЕЗУСПЕШНОЙ попытке склонить меня к продаже ранчо можете измотать вы.

Молли отдавала себе отчет, что ведет себя крайне резко, но сдержаться не могла. Неожиданный нажим и настойчивое давление со стороны Бог весь откуда взявшегося дяди выводили ее из себя.

— Простите, — решила несколько смягчить грубость своих слов Молли. — Я очень расстроена скорбным известием о смерти тети и очень утомлена, сегодня у меня выдался нелегкий день. Впрочем, полагаю, и вы утомлены дорогой.

Джейсон молчал, ожидая, что добавит Молли.

— Ангелина покажет вам вашу комнату. Обед в семь, но я, скорее всего, попрошу, чтобы мне принесли поднос с едой в мою комнату.

— Хорошо, — Джейсон Фоли сдержанно поклонился, сохраняя непроницаемое выражение лица.

— С вашего позволения, — собралась уйти Молли.

— Мы продолжим разговор завтра, — сказал ей вслед Фоли.

Молли ничего ему не ответила, она и так, пожалуй, уже сказала много лишнего. Дверь тихо закрылась за ней.

Первый раз в жизни Молли почувствовала себя намного старше своих девятнадцати лет. Бремя управления ранчо было, конечно, достаточно тяжелым, но был вызов в этом бремени, и она этот вызов принимала.

Вот в чем она действительно не нуждалась, так это в осложнениях, возникших с появлением в «Леди Джей» ее новоиспеченного дяди.

Молли поднялась, когда еще не взошло солнце. Управление ранчо отнимало много времени и сил, и, к тому же, у нее совсем не было желания снова вступать в спор с дядей, по крайней мере, с самого раннего утра!

Ранчо крайне были нужны работники. Сегодня несколько человек она пошлет собирать отбившийся от стада скот для того, чтобы клеймить животных. Молли и сама намеревалась принять участие в поисках и доказать мужчинам, что женщина может справиться с обязанностями и ковбоя.

Сидя верхом на лошади, Молли сдвинула на затылок широкополую шляпу и вытерла пот со лба тыльной стороной ладони. Был уже почти полдень. Она умирала от голода, но, похоже, в скором времени возможности поесть не предвиделось.

Молли направила Эль Труэно в гору. Уже целый час она ехала по следам копыт, замечая поломанные прутья. Один из быков, очевидно, отбился от стада.

Если не случалось чего-либо необычайного, соблазнительные телки удерживали быка в стаде, и потому Молли была уверена: с быком что-то произошло.

Увернувшись от ветки дерева и объехав нагромождение гранитных валунов, она услышала слабое мычание, разносящееся в чистом воздухе гор. Сердце Молли забилось чаще.

Звук был слабым, искаженным, он шел из-за горной гряды. Когда она пересекла гряду, причина мычания стала ей ясна. Ее бык Сатан увяз в болоте, по самую шею погрузившись в темно-коричневую грязь.

Молли натянула поводья лошади, остановившись неподалеку от огромного быка, которому ничего больше и не оставалось, как только мычать по поводу своего несчастья.

Отчаянные попытки высвободиться давно истощили его силы, и теперь он терпеливо ждал смерти.

Тени, мечущиеся по земле, словно листья, несомые водой со стремительностью горного потока, привлекли внимание Молли, и она посмотрела вверх. Грифы кружились над быком, голова которого, возвышаясь над болотом, постепенно погружалась в густую грязь.

Молли отвязала от седла веревку и сделала петлю. Раскрутив ее над головой так, что веревка засвистела, рассекая воздух, Молли искусно накинула петлю на голову быка.

Сатан не сопротивлялся, однако, ей пришлось несколько раз повторить бросок, пока петля не обхватила рога достаточно прочно.

Затянув веревку покрепче, Молли привязала второй ее конец к седлу и стала понукать Эль Труэно. Привычная к работе со скотом лошадь повиновалась. Длинная шея быка вытянулась, он замычал громче и завертел головой, но не предпринял никаких усилий сдвинуться с места.

Следующая попытка Молли вызволить быка потребовала от нее некоторого воображения. Она обвела лошадь вокруг дерева, чтобы использовать его как рычаг — что-то вроде лебедки.