Чтение онлайн

Потом Алианна позабыла о брате. Что-то свербело в ее мозгу с тех пор, как она присоединилась к своим товарищам, но, занятая словами Гальверона, она сперва не обращала на это внимания. Теперь, посмотрев на остальных, она поняла, что не так. Гелина, дети и ее брат усердно трудились, но Пакрата нигде не было видно.

Разумеется, Корвин не знал, что здесь должен быть еще один работник, так что Пакрат скорее всего выкинул свой любимый трюк и смылся… Это означало, что он может быть где угодно в Цитадели! Алианна выругалась про себя. Если Гальверон поймает Пакрата, ему конец. И не только ему! Все воры могут лишиться единственного шанса на спасение — позволения остаться в Храме. Алианна лихорадочно думала. Что же делать? Корвин никогда не позволит ей выйти, и даже если она придумает какое-нибудь объяснение и выскользнет из кухни, где искать Пакрата? Что, если она его не найдет, а Гальверон придет сюда за ней? Что, если она разминется с ним, и он вернется, когда ее здесь не будет? Еще хуже будет, если Корвин увидит ее по возвращении… Что бы она ни сделала, это может обернуться бедой. Остается только ждать и молиться, что Пакрат вернется незамеченным…

А когда ублюдок вернется — если вернется, — я заставлю его пожалеть, что он родился на свет!

Паковка необходимого провианта не заняла много времени. Они взяли ровно столько, чтобы унести за один раз. Когда они заканчивали, вернулся Гальверон и его люди. Сердце Алианны окаменело. Двое из солдат тащили вырывающегося и сыплющего проклятиями Пакрата. Гальверон, нагруженный громоздким свертком одежды, выглядел мрачно.

— Мы поймали его, когда он бродил возле офицерских комнат. — Хотя он обращался ко всем разом, Алианна не могла отделаться от чувства, что слова предназначаются ей. — Неужели твои люди не поняли, что я не стану терпеть воровство ни при каких обстоятельствах? Или вы не поверили, что любой, кто попадется, будет вышвырнут на улицу, к этим тварям?

Мрачная физиономия Пакрата побледнела как полотно.

— Нет, — прошептал он. — Пожалуйста! Я же не знал! Я сделаю, что скажете, только не выгоняйте меня.

Алианна кинулась к Гальверону.

— Простите! — вскричала она. — Он не знал о том, что ты сказал, честно, не знал. Он исчез раньше, чем я успела ему сказать. Пожалуйста, дай ему еще один шанс. Если он что-то взял, он это вернет. И клянусь: он больше не будет так поступать.

Командир заколебался. Алианна задержала дыхание, глядя на него, не осмеливаясь больше ничего сказать, но в глазах ее была мольба.

Алестан прервал тишину:

— Алианна, отойди от него. Моя сестра, умоляющая поганого Меча Божьего! Неужто у тебя совсем нет гордости?

Гальверон остро взглянул на него, его рот затвердел, потом он отвернулся, словно Алестана не существовало на свете.

— Обыщите сукина сына. — Он брезгливо кивнул на Пакрата. — Отберите все, что он забрал, а также все оружие, отмычки — все, что, по вашему мнению, он может использовать для своих делишек.

Пакрат открыл рот, готовясь протестовать, но Гальверон взглядом заставил его замолчать.

— Поосторожнее, приятель, — предупредил он. — Твоя жизнь висит на очень тонкой ниточке, и только благодаря Алианне я не выкидываю тебя за дверь прямо сейчас. Я буду присматривать за тобой, и поверь мне: второго шанса у тебя не будет — Он возвысил голос, обращаясь к остальным. — Это касается вас всех, воры. Еще одно нарушение, и все вы вылетите вон.

Алианна выдохнула с облегчением.

— Спасибо, — сказала она мягко. — Я твоя должница.

Алестан мрачно уставился в угол.

— Ублюдок, — пробормотал он.

Гальверон сделал вид, что не слышал. Он обозрел охапку одежды, словно только что вспомнил о ней, и кинул ее на стол.

— Не знаю, найдете ли вы что-нибудь подходящее для себя. Но мне кажется, вам лучше бы переодеться во что-нибудь потеплее.

Он говорил так, словно минуту назад ничего не произошло.

— Мне не нужны твои проклятые подачки, — рявкнул Алестан. — И я не буду играть в ваши грязные игры.

— Не дури, — прикрикнула Алианна. — Это хорошая одежда. Она чистая и теплая, она практичная и, между прочим, она дорогая. Какая разница, какого она цвета? Хотя, — продолжала она, — если хочешь, чтобы все в Храме пялились на тебя, потому что ты выглядишь как грязный бродяга, и говорили: «Вот отребье из Каверн», то это твоя проблема.

— Нет. — Прошло столько времени с тех пор, как Гелина последний раз подавала голос, что все удивленно повернулись к ней. — Это наша проблема, потому что мы его друзья. Пойми, Алестан, если они подумают это о тебе, то подумают и обо всех нас и презирать тоже станут всех. Все пострадают из-за твоей гордыни.

Алестан посмотрел в обеспокоенные лица Серых Призраков. Даже юные Таг и Эрла выглядели подавленно.

— Ну ладно, — буркнул он. — Ладно…

— Не лучше ли подождать с этим, пока мы не доберемся до Храма? — Спросил Корвин у Гальверона. — Нам сейчас не только думать об одежде. Становится поздно.

— Боюсь, что время уже не имеет значения, — мрачно отозвался Гальверон. — Может, еще и не ночь, но уже достаточно темно, чтобы крылатые твари повылезали из своих нор. Мы видели их из окон с верхних этажей.

— Проклятие! — сказал Корвин. — Как же избавиться от этой мрази? Хвала Мириалю, хотя бы этой ночью мы в безопасности. Окна здесь для них слишком узкие. Вот только с возвращением в Храм придется подождать до завтра.

— Если к завтрашнему дню там кто-то останется. — Лицо Гальверона посуровело. — Эти твари прорвутся на верхние этажи, как только настанет ночь. И никто не сумеет обрушить лестницу, если только мы не вернемся со взрывчатым порошком. Им придется всю ночь защищать лестницу от противника, который намного превосходит их и числом и силой. Как думаешь, много ли у них шансов пережить эту ночь?

Повисла мертвая тишина.

Алианна лихорадочно думала. Девушку очень напугала угроза Гальверона выкинуть Пакрата на улицу. Она совершила ошибку, приняв его доброе к ним отношение за мягкость характера. Теперь она поняла, что была не права. Он мог быть учтивым, но оставался непреклонным, когда делал то, что считал правильным. Сейчас она чувствовала себя очень уязвимой. Как долго сможет продержаться Пакрат, прежде чем его натура возьмет верх над страхом? Сколько пройдет до того, как Гальверон и Алестан дойдут до открытой вражды?.. Вот если Гальверон окажется у нее в долгу, может быть, она сумеет спасти своих изменчивых и непредсказуемых друзей.

Сумею ли я?

Осмелюсь ли?..

—  Я могу… — Что это случилось с ее голосом? Алианна прочистила горло, сделала глубокой вдох и начала снова. — Я могу сделать это, — услышала она будто со стороны. — Я пойду, если ты пообещаешь мне позаботиться о моих друзьях, несмотря ни на что. Тогда я отнесу в Храм ваш чертов взрывчатый порошок…

Один из солдат прыснул, но его смех быстро умолк, когда он понял, что смеется в одиночестве.