Чтение онлайн

— Да… — задумчиво проговорил коренастый офирец с секирой. — Нергал получил вчера немало душ. Пожалуй, из Шема надо убираться. Если стигийцы пришли сюда один раз, придут и второй. Воевать можно с людьми, пусть даже с пустотелыми доспехами, но не с чудовищами…

— Глупое и опасное заблуждение, — возразил северянин. — Биться можно с кем угодно. Надо лишь знать, чем и как. А что касается приверженцев Сета, то они не удовлетворятся Шушаном и Асгалуном. Им нужен весь мир. Следом за Шемом падет Аргос, Коф, Туран… Придет очередь и Офира. Ни одна самая боеспособная армия не устоит против четырех демонов. То, что мы видели, была только первая проба силы.

— Ты хочешь сказать, что будешь воевать с колдунами? — снисходительно улыбнулся аргосец.

— А у нас есть выбор? — с сарказмом спросил Конан. — Я не собираюсь, становиться рабом змеиного отродья. Кроме того, у меня с ними старые счеты. Слишком много друзей осталось на поле брани.

— В твоих словах есть смысл, — согласился офирец. — Однако без помощи другого могущественного чародея победу не одержать. Простым мечом демона не убьешь. Необходимо узнать заклинания, собрать армию, вооружить ее. Все это потребует кучу золота. Где его взять?

— Если вы пойдете со мной, то нуждаться больше не будете, — уверенно и твердо сказал киммериец… — Мы не вернемся в Шушан, а отправимся сразу в Кирос. Там сейчас правит король Андуран. Он очень богат и неплохо разбирается в магии. думаю, наш рассказ заинтересует владыку города.

— Андуран? — переспросил шемит-пикеносец. — Все знают, что он волшебник. При нем Кирос буквально расцвел. Однако, я слышал, король живет уединенно и из дворца выходит только по божественным праздникам. Стража не пустит оборванцев-наемников дальше ворот.

— Это не проблема, — усмехнулся северянин. — В свое время я оказал Андурану небольшую услугу. И хотя он со мной расплатился, примет меня обязательно. Кроме того, я хорошо знаком с начальником королевской стражи Гамазаном.

Слова Конана произвели впечатление. Солдаты замолчали и задумчиво посмотрели друг на друга. Каждый из них был в душе авантюристом. Пойти в наемники мог только отчаянно смелый человек, жаждущий богатства, женщин и пьяных развлечений. В случае успеха правитель Кироса не пожалеет золота, обогатиться можно на всю жизнь. Но и риск соответствовал плате. Убить десяток смельчаков для демона большого труда не составит. Выбор давался нелегко. Почесав затылок, офирец вымолвил:

— Пожалуй, стоит попробовать. Я всегда молился богу света Митре, и преклонять колени перед змееголовым Сетом не собираюсь.

— А-а… — махнул рукой худощавый аквилонец в помятой кирасе. — Умираем только один раз. Я, пожалуй, готов рискнуть. Андуран щедрый правитель и заплатит за работу сполна.

Высказывались немногие, но Конан видел, что к нему были готовы присоединиться почти все наемники. Менять хозяина им не впервой. Ждать награды от шушанского владыки не приходилось. Возмутился лишь молодой замориец. Вскочив на ноги, он возбужденно воскликнул:

— Постойте! А как же деньги? Султан рассчитался лишь наполовину. Я что, зря жарился? Надо вернуться в Шушан и потребовать…

— Вернись, — ехидно заметил аргосец. — Там тебе быстро обрежут ноги и вывесят на всеобщее обозрение. Киммериец прав, надо держаться подальше от этого города. А Кирос — действительно неплохое место. Не правда ли, Амра-лев?

Северянин повернулся к воину и взглянул ему в глаза. Это испытание наемник выдержал.

— Меня зовут Конан, — жестко произнес киммериец.

— А это не одно и тоже? — уточнил солдат.

Конану оставалось только неопределенно пожать плечами. По рядам воинов прошел взволнованный шепот. Имя отчаянного пирата было хорошо известно в Шеме. Те, кто слышал его впервые, тихо интересовались о северянине у соседей. Чтобы удовлетворить любопытство присутствующих, аргосец с улыбкой пояснил:

— Я долго жил в Акхарии. думаю, больше ничего объяснять не надо. Уже в первом сражении, когда ты врубился в ряды стигийцев, мне все стало ясно. Рассказы о налетах бесстрашного Амры-льва до сих пор наводят ужас на купцов.

— Что было, то прошло, — подвел итог Конан. — Поговорим о делах. Кто хотел получить плату — пожалуйста. — Киммериец указал на лошадей и верблюдов. — Возьмем, сколько надо.

Это решение понравилось всем. Спустя пару минут, обнажив клинки, наемники двинулись к колонне. Под натиском превосходящих сил шемиты отступили. Вступать в драку шушанцы не решились. Кроме того, несколько пикеносцев присоединились к северянину. Перспектива оказаться на стене их не прельщала.

Разобрав вьюки и оставив только самое необходимое, воины вскочили в седла и под предводительством нового командира двинулись на север. Им предстоял неблизкий путь. Радовало лишь то, что пустыня постепенно переходила в степь. Травы было достаточно, а значит, не нужно искать корм для животных.

Впереди отряда на пегом жеребце скакал Конан. Ветер обжигал лицо, развевал волосы, слепил глаза, но душа трепетала от возбуждения. У него чесались руки вновь скрестить меч со змеепоклонниками. И чутье подсказывало северянину, что решающая битва не за горами.

Вместе с киммерийцем отправилось в Кирос чуть более двадцати человек. Ловцы удачи. Большинство из них не имело ни чести, ни совести, ни жалости. Слово дружба для многих ассоциировалось со звоном золота. За него они были готовы продать родную мать. И Конан прекрасно понимал это.

Раскрыв его имя, аргосец тем самым возбудил алчное желание у некоторых наемников. Задача казалась такой простой. Прикончить одного человека и за его голову получить целое состояние. Правители Акании и Акхарии не поскупятся…

На третий день пути киммериец начал замечать за спиной приглушенные разговоры. Стоило обернуться, как они тотчас смолкали. На привалах воины разбивались на группы, и заподозрить в заговоре можно было кого угодно.

Око Митры неторопливо опускалось за горизонт. Подняв руку, северянин остановил отряд, солдаты устало слезали на землю. Десять часов в седле могли вымотать любого.