Чтение онлайн

Хороший адвокат, желая посеять сомнения в результатах экспертизы ДНК, не скажет: «Шанс ложного совпадения 0,1%». Утверждение «В одном случае из тысячи совпадение ошибочно» скорее минует порог разумного сомнения. Услышав такие слова, присяжные волей-неволей представят себе жертву ложного обвинения, приговоренную на основании ущербных свидетельств. Прокурор, конечно, предпочтет более абстрактную формулировку, надеясь отвлечь судей длинными дробями.

Решения на основании общих впечатлений

Факты приводят к гипотезе, согласно которой сосредоточенное внимание и «выпуклость» объекта способствуют как переоценке маловероятных событий, так и приданию лишнего веса маловероятным исходам. «Выпуклость» усиливается простым упоминанием события, его яркостью и определенным форматом подачи данных о вероятности. Есть, разумеется, и исключения – иногда фокусировка на событии не повышает его вероятности. В иных случаях ошибочная теория приводит к представлению о невозможности события, даже если на нем сосредоточиваются все мысли, а в иных неспособность вообразить, как все может обернуться, оставляет убеждение, что этого не произойдет. Ошибка, ведущая к переоценке и приданию лишнего веса избранным событиям, возникает не всегда, но исключения лишь подтверждают правило.

В последние годы большой интерес привлекли исследования выбора по опыту, который следует правилам, отличным от правил выбора по описанию, анализируемого в теории перспектив. В типичном эксперименте из этой серии участникам предлагают две кнопки на выбор. Нажав любую из них, испытуемый может получить денежный приз или остаться ни с чем, а результат случайно предопределяется в соответствии с условиями перспективы (например, «5% выигрывают 12 долларов» или «95%-ный шанс выиграть 1 доллар»). Итог действительно непредсказуем, поэтому нет гарантий, что выпавшее значение в точности дает представление о статистической схеме опыта. Ожидаемые значения выигрыша, связанные с двумя кнопками, приблизительно равны, но в одном случае риск (разброс) повышается. Так, одна кнопка может «отвечать» за приз в 10 долларов в 5% попыток, а другая – за выигрыш доллара в 50% попыток. Выбор по опыту сводится к многочисленным нажатиям той или иной кнопки и наблюдениям испытуемого за последствиями. В определенный миг испытуемый выбирает одну из кнопок и получает выигрыш. Выбор по описанию осуществляется, когда участника снабжают словесным описанием перспективы, связанной с каждой кнопкой (5%-ный шанс выиграть 12 долларов), и просят выбрать одну из кнопок. Как ожидается из теории перспектив, выбор по описанию порождает эффект возможности – редким вариантам исходов придают слишком большой вес относительно их вероятности. Напротив, чрезмерное придание веса никогда не наблюдается при выборе по опыту, чаще происходит обратное – то есть обделение весом.

Экспериментальная ситуация выбора по опыту представляет собой модель жизненных ситуаций с одинаковым началом и разными итогами. Так, в ресторане с хорошей кухней вам вдруг подают нечто неудобоваримое или необычайно вкусное; друг, с которым приятно проводить время, делается угрюмым и раздражительным. Калифорния находится в зоне сейсмической активности, но землетрясения случаются редко. По результатам многих исследований видно, что мы не наделяем события излишней важностью, когда решаем выбрать ресторан или закрепить отопительный котел, чтобы тот не пострадал от землетрясения.

Интерпретация выбора по опыту еще не закончена, но существует общее мнение о главной причине, заставляющей придавать меньше значения редким событиям – как в опытных, так и в реальных условиях: многие испытуемые попросту никогда не встречались с таковыми! Большинство калифорнийцев не помнят крупных землетрясений; в 2007 году ни один банкир не сталкивался с финансовым кризисом. Ральф Гертвиг и Идо Эрев отмечают, что шанс редкого события (такого как кризис на рынке недвижимости) производит меньшее впечатление, чем следует, исходя из объективных вероятностей. В качестве примера исследователи приводят прохладное отношение общественности к экологическим опасностям отсроченного действия.

Подобные примеры пренебрежения важны и легко объяснимы, однако редкому событию придают мало веса даже его непосредственные свидетели. Предположим, вы хотите узнать ответ на сложный вопрос и двое ваших коллег по этажу способны в этом помочь. С обоими вы проработали много лет, имели возможность узнать их характер. Адель довольно рассудительна и в целом отзывчива, но незаурядной ее не назовешь. Брайан, как правило, менее дружелюбен, но в отдельных случаях щедро жертвует временем и советами. К кому из них вы обратитесь?

Рассмотрим два возможных взгляда на данное решение:

• Существует выбор между двумя играми. Адель наверняка поможет, а общение с Брайаном, скорее всего, ничем не кончится, но есть небольшая вероятность, что закончится очень хорошо. Редкое событие получит излишний вес благодаря эффекту возможности, и выбор падет на Брайана.

• Существует выбор между общими представлениями об Адели и Брайане. Положительные и отрицательные впечатления о них вылились в образ их поведения в норме. За исключением крайних случаев, которые вспоминаются отдельно (Брайан как-то обругал коллегу, попросившего о помощи), норму составят типичные и недавние примеры, и предпочтение будет отдано Адели.

Для двухсистемного разума вторая интерпретация кажется куда более убедительной. Система 1 создает обобщенные образы Адели и Брайана, которые включают эмоциональное отношение и тенденцию сближения (избегания). Чтобы определить нужный выбор, достаточно лишь сравнить эти тенденции. Редкому событию не будет придан лишний вес, если только вы особо о нем не вспомните. Эту идею несложно применить к экспериментам с выбором по опыту. Поскольку в них периодически отслеживают итоги, каждая из кнопок со временем наделяется «индивидуальностью» со своими эмоциональными реакциями.

Сейчас, спустя годы после формулировки теории перспективы, н ам проще понять условия, при которых редкие события игнорируются или получают больший вес. Вероятность переоценки редкого события обусловлена (часто, но не всегда) ошибкой подтверждения в работе памяти. Думая о событии, вы пытаетесь воссоздать его в уме. Редкое событие получит лишний вес, если привлечет особое внимание. Такое внимание гарантировано при недвусмысленном описании перспектив («99%-ный шанс выиграть 1000 долларов и 1%-ный – не выиграть ничего»). Навязчивая тревога (автобус в Иерусалиме), яркий образ (розы), четкая трактовка (один из тысячи) и подробное напоминание (как при выборе по описанию) – все это «перегружает» событие. Там, где нет лишнего веса, будет его отсутствие, игнорирование. Наш разум не подготовлен к пониманию редких событий, и для жителя планеты, которую ожидают неведомые катаклизмы, это печальная весть.

Разговоры о редких событиях

«Даже в Японии цунами – большая редкость, но образ столь ярок и убедителен, что туристы склонны переоценивать вероятность их появления».

«Этот порочный круг нам знаком. Все начинается с преувеличения и переоценки проблемы, а заканчивается призывами не обращать внимания».

«Не следует сосредоточиваться на одном варианте исхода, иначе мы переоценим возможность его наступления. Давайте зададим целевые альтернативы так, чтобы суммарная вероятность равнялась 100%».