Дурацкий кораблик
Шрифт:
– Жадина Пью, Маламут, я как брат.
– Близнецы?! Ну, --! А что рожи в синяках? – Черныш рад своим малышам.
– Дали пацанам порулить. Пью считает, что они спалились из-за Тони, типа, он пожадничал, не надо было часы у жмура брать, – говорит
Маламут.
– А Тони, вообще, Пью, крысу такую, удавит нах… за то, что он те часы вс выкинуть собирался, да так и не собрался, в кармане таскал! – чуть не лает в ответ Хаски.
– Сами не начинайте. Вам допзадание – помирить пацанов, – командует стажрами Черныш, и, обернувшись к самому задумчивому мальчишке, гаркнул, – а ты чего молчишь?
– Вс как-то странно… никак в себя не приду, прости. А по теме —
Невиноватый Джон, Своята, «Варанга», мастер спорта по стрельбе из лука, тренер. А что мы, парни, как-то без своих имн знакомимся? Я, например…
– Умерли мы, и имена наши тоже, – прерывает его Пушок. – Без имен проще, значит эффективнее. Нам с пацанами нужно работать, а не сопли друг другу вытирать, они сопли презирают.
– Верно. Между собой как в команде, срабатываться. Кто у нас главный?
– Стужа конкретен.
– Считаю, что «Варанга» выиграла в нашем последнем бою – знак судьбы. Предлагаю в лидеры Руду, – очень серьзно говорит Черныш. – Кто против?
– Да тут с тобой спорить, да ещ про Руду, психов нет, – выражает общее мнение Пушок.
– Принято единогласно. Давай, старшой, пугай нас дальше, – покончив с демократией, Черныш передат Руде ведущую роль.
– Хм, действительно, перспективы у нас мрачноватые в новом для нас
17… году. Как доплыть до каторги и что там делать, мы обсуждать
не будем. Потому что доплыть до каторги на этом судне не удастся по любому. Эта лохань – не каторжник. Это наш эшафот. Не верите? Неждан, что тебе Кэп сказал?
– Каждое утро буду купаться, и петь этой мрази. Шоу ему понравилось, …
– Вот. Отправляет мальца к акулам и не чешется, что его за это спросят. Все спят в гамаках? А на обычных каторжниках спят сидя на трюмных досках в три смены. Там воришки, а орлов, типа наших, даже сейчас долго собирать полный трюм. Колониальным властям такой подарок на… не нужен. Это, конечно, предположения и догадки. Но вот здесь, если встать на плечи кому-нибудь повыше, можно услышать, о чм болтают в такелажке. Пацаны по приказу Джека целыми днями слушают и ему доносят. Сообщили, что мы идем к точке встречи с транспортами из колоний и двумя фрегатами. А наш конвойный шлюп уйдт на Ямайку. Только мне кажется, что фрегаты нас ждать не будут. Им не скажут, где нас ждать. Они будут нас искать, а когда найдут, потопят на…
– А город подумал – ученья идут. – Вспомнилось мне почему-то.
– Ага, правь, Британия, морями, тренируйся. – Злится Лют.
– Так корабль дураков – не легенда?! – удивляется Хаски, – Руда, мы попали в сказку?!
– Для нас тут вс реальное со всем втекающим и вытекающим. Потрудитесь это усвоить, парни, – требовательно наставляет Пушок.
– Угу, вытекающее особенно реалистично. Но подростковый корабль дураков – это как-то вообще вне вменяемости. Офицеры с виду вроде нормальные, они получается не в курсе? – в чм-то ещ сомневается Своята.
– Вот именно, что с виду. Конечно, они в курсе. Смоются на шлюпе перед самым интересным, – с яростью в голосе развеивает сомнения Руда.
– А команда?
– Ты команду видел, Своятушка? Одни старики. Скорей всего решили на их пенсии сэкономить, суки, – удивляюсь его непонятливости.
– И что делать, удирать-то некуда? – Сыч спокойно формулирует задачу.
– Если из тюряги нельзя сбежать, – философствует Черныш, – то е нужно подчинить.
– Суда захватывать, короче, – ошарашил нас Руда.
– Это детям-то? – вырвалось у меня.
– Ты когда меня на ножах уделал, деточка? Позавчера? – ласково напомнил мне Плюшевый.
– Ну, если команда тоже обречена, есть возможности для сговора, – размышляет Пушок. – Нужен личный контакт хотя бы с одним матросом, а там уже дело техники.
– Хорошо, нашу тюрягу мы слепим. А шлюп? От него не убежишь, а на нм пушки, – подключается Стужа. – Заложники в эти времена неактуальны…
– Интересные у пана мента мысли, – говорю ехидно, – вся надежда на то, что шлюп действительно на Ямайку собирается.
– А это от чего? – заинтересовался Руда.
– От логики. Если собираются, то должны зайти за водой и едой, иначе им в океане тяжело придется. Если в порту не прощлкаем шанс, то…
– Тяжко им не придтся, – заканчивает за меня Плюшевый.
– Ха-ха-ха!
– Тихо вы, дети спят. Ищем контакт с командой. С результатами к Пушку. А сейчас нам спать пора, расходимся, – командует Руда.
Глава 3
Утром, как обычно, Зак напрягся и изготовился к бою не на жизнь, а на смерть за место под солнцем у клюза.
– Расслабься, Заки, нас пропустят.
– С чего бы это?
– Кто посмеет лишить Кэпа утреней песенки?
– Ё мо, я ж забыл, что нам ещ с акулами плавать. Вот заразы зубастые!
– Пойдм, Заки, за бутербродом. Ты хочешь кушать? – говорю, вставая с гамака.
– Очень хочу.
– Рыбки тоже очень хотят кушать. Они не виноваты в том, что они такие, какими их сотворил Создатель, – поучаю Зака на ходу.
– Угу. Это Кэп – выродок, – сразу схватывает Зак, – гляди-ка, и впрямь расступаются.
Пацаны, хмуро поглядывая, уступали дорогу. Что ж, идущему на смерть…
А, фигня, не в этот раз. Спокойно поднимаюсь на палубу, не торопясь занимаюсь своими делами у клюза и направляюсь к мостику, инструктируя Зака.
– Доброе утро, сэр капитан, сэр, – колокольчиком заливается Зак.
– О, джентльмены! Время нашего утреннего развлечения! – спьяну голосит Кэп. – Никто не хочет пересмотреть пари, пока он ещ на палубе? Ну, как хотите.
Видно, что хорошо взбодрился с утра.