Душа архонта
Шрифт:
– Значит, днем ты молчишь, как рыба, а ночью кричишь дурным голосом?! Я от неожиданности чуть в окно не выпрыгнул!
Лиандра села на кровати. Лето плюхнулся рядом, рассматривая девушку так, будто впервые увидел.
– Что я кричала?
– «Что я кричала!» Ты вроде немая?
– Нет, я могу говорить.
– Чтоб я сдох!
Лето энергично потер лицо руками, прогоняя остатки сна:
– Ты звала кого-то по имени Северон. Настойчиво звала! Твой любовник или кто? Вчера Хан обмолвился Герванту, что ты потеряла память, но что ты еще и язык проглотила, эльф не рассказывал! Ты болтаешь со всеми, кроме меня? – в голосе Лето прозвучала обида.
– Я не знаю, кто такой Северон, Лето.
Лиандра была не уверена, себя ли она видела во сне: живые и яркие образы поблекли, смысл разговора с Североном таял, не находя связи с реальностью. Но у нее остался вопрос к разбойнику, не дающий покоя несколько дней:
– Лето? Помнишь ночь на Проклятой дороге, тот момент, когда вы въехали в лес?
– Нашла о чем спрашивать!
– Вы с Тинком сильно испугались…
– Не то слово! Посреди дороги всадник в короне стоял. Приказывал страшное, звал, издевался. Я чуть шею самому себе не перерезал, лишь бы все закончилось! А до того он скакал за Рыжиком, несся на своем демонском коне, как призрак. Тебе повезло, что ты его не застала.
– Лето, посреди дороги вас ждала я.
– Нет, ты позже появилась, когда чудовище исчезло. Последнее, что помню, как я руку демону протянул, а он ее схватил. И все! – убежденно сказал разбойник.
– Твою руку тоже я пожала.
– Правда? Может, Тинк помнит?
Кровать Тинка стояла аккуратно застеленной и пустой. Лето удивился:
– Наверное, мается животом где-нибудь, с непривычки вчера все переели. Хотя, его и за ужином не было. Так странно…
Постоялый двор спал, дождь прекратился, но тихий звук снаружи заставлял Лиандру тревожно прислушиваться. Как будто дальний стук копыт.
– Сюда едет лошадь, ты слышишь? – спросила она.
Лиандра и Лето переглянулись. Постоялые дворы – не место для призраков. Наверное.
– Может, запоздалый странник?
Нет, лошадь не одна! Приближающийся ритмичный перестук наводил на мысль о конном отряде. Когда не был пьян, Лето соображал удивительно быстро. Взглянув на койку Тинка, разбойник рванул с места. Отброшенная ногой дверь с грохотом ударилась о стену.
– Гервант, засада! – заорал Лето, скрываясь в темноте коридора.
Корчма ожила в мгновение ока. Полуголые разбойники выбегали из комнат, наскоро хватая оружие. От топота ног протестующе скрипели старые лестницы, хлопали двери. Довбуш проснулся и тоже рванулся вниз, на первый этаж. Бегом вернулся Лето.
– Через задний двор уходим, пока время есть, корчмарь не сразу ворота отопрет. Но он откроет и тогда всем нам конец! Тебе тоже, не обольщайся!
Схватив одной рукой свои вещи, а другой – запястье Лиандры, разбойник потащил ее к выходу.
В ворота постоялого двора забарабанило сразу несколько пар крепких кулаков.
– Именем Императора! Откройте наместнику Готы!
Банда Герванта спешно выводила из конюшни лошадей. Слышалась тихая ругань и проклятия. Сонные и встревоженные разбойники плохо соображали, толкались в темноте, мешали друг другу. Кони чавкали копытами по грязи, норовя отдавить людям ноги. У большинства разбойников одежда была в беспорядке, исключение составляли лишь Гервант и Хан, застегнутые на все пуговицы и затянутые на все ремни. В поисках Рыжика по двору метался Лето – до парня не сразу дошло, что его коня предательски увели. Дварф безуспешно пытался подсадить Чазбора на лошадь – раненый едва держался на ногах, а потом и вовсе потерял сознание. Лиандра ждала остальных, поглаживая Севера по атласной шее.
– Низом уйдем, через огороды. В седло не садиться, кто через изгороди прыгать не умеет, – вполголоса распорядился Гервант. Среди всеобщей неразберихи его спокойствие вселяло уверенность.
– Что стучите? Ночь на дворе. Чего наместнику в нашей дыре понадобилось? – доносился заспанный голос корчмаря со стороны главных ворот.
Гервант не зря доверял «Завидному котлу» – хозяин заведения тянул время до последнего. Но дурная слава постоялого двора не могла задержать людей Императора надолго.
– Будешь еще пререкаться, мужик. У меня приказ, властью отданный. Ломайте ворота!
– Чего ломать-то сразу? Открываю я. Замки старые, заело.
Медлительно загрохотали засовы, неохотно заскрипели петли, пропуская легионеров во внешний двор. Огромный дом темнел окнами – ни одна свеча не горела. О существовании потайного выхода знали только посвященные. Гервант повел банду через путаницу построек и изгородей, по ночному времени похожих на запутанный лабиринт из камней и бревен. Лиандра обернулась. В окнах постоялого двора замелькал свет – «Завидный котел» обыскивали. Разбойники успели вовремя – еще немного, и их бы накрыли в своих постелях.
Неожиданно раздалось приглушенное шипение и несколько четких ударов.
– Назад! – скомандовал Гервант шепотом.
Прямо на пути Лиандры в землю воткнулась стрела. Она отшатнулась, дернув поводья Севера. Но не всем так повезло. Хан крутанулся на месте, хватаясь рукой за бок. Веселик упал на колени, держась за основание шеи, а потом, не издав ни звука, рухнул ничком. Лучники стреляли вверх, вслепую. Секретный выход с «Завидного котла» был известен не только Герванту – за забором банду ждала засада.
– Сильно задело? – главарь обратился к Хану, оставшемуся на ногах, мельком взглянув на упавшего разбойника.
– По-касательной.
Эльф отнял руку от раны. Кровь на его ладони казалась черной, как смола.
– Гвидо, Тас, Довбуш, … – Гервант перечислил мечников отряда, – Хан, проверь.
Главарь и названные по именам разбойники бросили поводья лошадей и исчезли в темноте. Ханлейт коротко нагнулся над Веселиком, тронул его шею и поднялся, отцепив с пояса бывшего кузнеца меч.