Чтение онлайн

Секретно.

Входящее сообщение.

Адмиралу Снегову.

Источник данных: объединенный штаб флота.

Направляем в Ваше распоряжение эскадру из трех крейсеров нового поколения, адаптированных к условиям десятого энергоуровня аномалии.

На борту крейсера «Дион» дислоцировано испытательное серв-соединение. Предлагаем немедленно включить его в операцию по идентификации космических кораблей, потерпевших крушение на планетах Ожерелья.

Начальник объединенного штаба флота Д. Хоггинс.

Десятый уровень гиперсферы… 

Над ожерельем из девяти планет царили три крейсера Конфедерации Солнц.

«Дион», «Флиред» и «Бристоль» прошли радикальную реконструкцию на вервях Форта Стеллар. Они несли на борту уникальные дубль системы, адаптированные для пространства десятого энергоуровня, где над любой техникой довлеет эффект непроводимости. Магнитное поле энергетического сгустка исключает использование традиционных источников питания, – здесь не работают обычные компьютеры, отказывают электромагнитные ускорители стартовых катапульт и систем бортового вооружения.

Инженерам Форта Стеллар пришлось приложить немало усилий, чтобы качественно переоборудовать космических титанов, но они справились с задачей, используя нетрадиционные технологии, опирающиеся на скупой опыт первых прыжков по вертикалям гиперсферы.

…По обшивке крейсера «Дион» прокатилась едва ощутимая вибрация. Медленно и плавно открылся вакуум-створ, поднимая закрепленный на стартовой плите войсковой транспорт класса «Нибелунг».

В рубке корабля были установлены два противоперегрузочных пилот-ложемента, компенсирующие воздействие на человека импульсов ускорения в моменты включения реактивной тяги.

Вместо привычных виртуальных дисплеев по периметру переборок был смонтирован кольцевой экран, работающий от забортных источников энергии. В данную минуту он медленно светлел, улавливая потоки фотонов, излучаемых центральным объектом системы.

Изображение все еще оставалось нечетким, размытым, но оба пилота прекрасно воспринимали окружающий космос, хотя он виделся им несколько иначе, чем предлагало зрение.

Чтобы не отвлекаться, они, не сговариваясь, опустили дымчатые забрала гермошлемов.

– Борт ноль-семь, к старту готов. – Негромко произнес командир экипажа, майор Анри Сай, и в такт его словам в височной части гермошлема ритмично запульсировал микролазер.

Лейтенант Мэт плотно смежил веки.

Перед мысленным взором появилась четкая картина окружающего пространства.

Оба офицера были мнемониками.

– Как самочувствие, Саша?

– Прекрасно. Вижу «ожерелье».

– Связь?

– Устойчивая. Начинаю включение логр-компонентов.

Анри Сай привычным движением охватил пальцами бугристые рукоятки астронавигационных рулей.

Он ощущал корабль.

– Реакторный отсек, семьдесят процентов мощности. Давление в кинетической системе растет стабильно.

– Логр-компоненты включены.

В рубке между пилот-ложементами и центральной секцией обзорных экранов в воздухе без видимой опоры парил, медленно вращаясь вокруг оси симметрии, пространственный иероглиф, собранный из нескольких сотен черных кристаллов.

Таковы вызовы времени. – Подумал Сай, глядя на замысловатую конструкцию, отдельным компонентам которой насчитывалось без малого три миллиона лет.

Ему, уроженцу Дабога, было легко и привычно работать в прямом нейросенсорном контакте с механизмами космического корабля. Несмотря на все усовершенствования, в основе конструкции «Нибелунга» четко прослеживалась схема прототипа, а своеобразных «откат» к ручному управлению, только усиливал ощущение сходства, будто он сейчас готовился поднять корабль над родной планетой.

Время снова выбрало нас.

Лейтенант Мэт полностью разделял мнение командира. Он родился на Гефесте, воспитывался в Храме Логриса. Если Анри Сай с детства учился водить серв-машины, то он с первых лет жизни познавал сияющие информационные потоки сети Интерстар, готовясь стать хранителем фантомных миров Логриса.

Мнемоник от рождения, он получил свои импланты отнюдь не хирургическим путем.

Родиной его предков являлась печально знаменитая планета Зороастра. Когда-то там проводились запрещенные эксперименты в области генной инженерии. Благодаря уникальной наследственности Александр Мэт мог с одинаковой легкостью входить в прямой контакт как с кибернетическими системами, разработанными людьми, так и с древними логрианскими устройствами.

Десятый энергоуровень гиперсферы снял многие запреты.

Люди в который раз столкнулись с неведомым, и, как показала практика, здесь могли эффективно работать лишь те, кто умел ощущать окружающие энергии, воспринимая их на мнемоническом уровне, а техника, лишившаяся привычной автоматики, востребовала опытных пилотов, способных ощущать механизмы, как продолжение своего ментального и физического "я".

Они учились друг у друга, работая в паре.

– Захваты отошли. Начинаем стартовую процедуру.

Мягкий толчок декомпрессионного выхлопа приподнял корабль над стартовой плитой.

– Два процента маршевой тяги. Фотонные ускорители синхронизированы.

– Есть отрыв.

Мысленное восприятие обрело динамику. Открытый вакуум-створ крейсера начал медленно удалятся, ожерелье из девяти планет повернулось «ребром», затем на несколько секунд включились двигатели реактивной тяги, и выпуклый борт «Диона» моментально исчез, – масса крейсера еще ощущалась, но он перестал играть доминирующую роль в восприятии окружающего пространства.

– Десять процентов маршевой тяги.