Чтение онлайн

Негромкий стук в дверь отвлек нас от голодной попойки, соблазняя запахами сыра и томата. Буквально затащив разносчика вовнутрь, мы накинулись на еду, не забывая благодарить опешившего парня.

– Слушай, а ты миленький!
– оглядев "мальчика", пьяненько хихикнула Лейла.
– Хочешь заработать дополнительные чаевые?

Парень настороженно кивнул, видимо, не ожидая пакости от восьми нетрезвых девиц. Зря он так...

Ксандр.

– Ребята, мне одному кажется, что наших дам давно нет, или как?
– спросил Тейлор, отрываясь от учебника.

– Я тоже что-то давно не видел свою сестричку!
– нахмурился Ларисель, закручивая сырую магию в спираль черной дыры.

– И Анны в комнате нет!
– подтвердил общие опасения Пол.
– Как думаете, у кого в комнате на этот раз пьянка?

– Так, в прошлый раз они сидели у Вириды, позапрошлый - у Нариды, думаю, в этот раз они засели у Близняшек!
– заключил я, поднимаясь с кресла.
– Идем разносить тела по комнатам?

– Да уж, в этот раз и тебе есть кого нести!
– усмехнулся Райн, открывая свои карты и демонстрируя Кейлибу набор из тузов.

– Только учти, будешь распускать руки, заставим жениться!
– сдерживая улыбку, поддел Тейлор.

– Как будто я против, - пробурчал себе под нос, чем заслужил ехидную улыбку Джеймса.

Мы старались шуметь как можно меньше, тихо подкрадываясь к намеченной цели, но как оказалось, напрасно. Отворив двери, мы так и замерли столбами на пороге, любуясь представшей взору картиной. Все дамы, за исключением одной, сидели вокруг большого стола, пуская слюни на парня, вытанцовывающего стриптиз. Рядом с ним, вихляя соблазнительными формами, извивалась Кира, напевая о том как "Все её любят" (песня One Repablic - Everybody Loves Me).

– Ребята, скажи мне, что это - глюк!
– проорал Кейлиб, выводя нас из общего ступора.

– Боюсь друг, у нас коллективная галлюцинация!
– хмыкнул Райн.
– Эй, отнимите у неё бутылку! И уберите этого парня, иначе я ему что-нибудь оторву. Слышь, козел, руки от девочки убери!

Увидев, как полуголый стриптизер лапает моего ангелочка, я взбесился. Подскочив к танцующей парочке и одним точным движением отправив парня на покой, я стащил Киру со стола и перекинул через плечо.

– Так, народ, разбирайте своё добро и приводите в порядок! Нам не мешать!
– и не дожидаясь возражений, понес мелкую фурию в свою комнату.

Наверное, малышка упилась до зеленых асурчиков, потому что за время пути не проронила ни слова. Даже не ударила ни разу! Обидно! Занеся свой ценный груз и уложив его на кровать, я принялся стягивать с девушки сапожки. Вот тут то и получил коленкой в ... глаз.

– Ты что творишь, извращенец?
– пьяненько хихикнула мелкая.

– Пытаюсь раздеть тебя и уложить спать.

– Ну, это вообще беспредел! Что ты за му-у-у-жик, если сначала раздеваешь девушек, а потом спать укладываешь?! Не-е-е, я так не играю!

– Солнышко мое, помолчи! И так на сегодня твоих выходок выше крыши! А нам завтра, между прочим, в дорогу с утра отправляться!

– А что я сделала?! Подумаешь, с подругами отраз... опразн... отметили, короче, встречу! К тому же, могу я запить свой стресс от сора.. созец.. созерцания всяких девиц, вешающихся на тебя! И вообще, все мужики - козлы (божественные - особенно!), а жизнь - кака! Ну-у-у, Ксандр, не будь злюкой!

– Я пока еще не злюка! Но вот если ты не будешь сейчас тихо сопеть и видеть сладкие сны, стану ею!

– Лучше бы тебя бабайка в детстве унес!

– Я предупреждал!
– подтащив брыкающуюся девушку ближе, я стал щекотать её.

– Пере-е-е-стань!
– почти истерически завизжала она, спустя минуту.

– Будешь хорошей девочкой?
– вкрадчиво прошептал я, склоняясь над покрасневшим личиком.

– Скорее уж - плохой, очень плохой!
– с придыханием отозвалась та и впилась в мои губы поцелуем.

Поначалу я опешил, но... с телом не поспоришь. Сладкие, настойчивые губы дарили невероятное наслаждение, иногда сменяясь легким покусыванием. Шаловливые ручки легко расстегивали пуговички рубашки, водя коготками по обнаженной коже. Я и сам не отказывал себе в удовольствии обнимать и ласкать соблазнительное тело малышки, одновременно из-за всех сил стараясь не потерять контроль. Тяжелое дыхание Киры и её тихие стоны пьянили сильнее любого вина, разгоняя кровь и превращая тело в сплошной комок чувствительных точек.

Мысленно выругавшись про себя и проклиная все на свете, я отстранился от девушки. Её недовольное хныканье рассмешило и слегка отрезвило, возвращая "мозг" обратно в голову.

– Не останавливайся, -тихо прошептала искусительница, расстегивая свою рубашку.

– Я бы и рад, маленькая, - проводя пальцем от шеи к ложбинке груди, тихо проговорил я, - но утром ты об этом сильно пожалеешь! А для меня нет ничего дороже твоего доверия и дружбы.

– Не пожалею!
– снова закапризничала Кира.
– Мне плохо одной! И холодно! Пожалуйста...

– Нет, ангелочек, нет... Спи родная, завтра у нас трудный день.

Притянув меня к себе, заставляя завалиться на постель, девочка доверчиво прижалась ко мне всем телом, утыкаясь носом в шею. Поцеловав её макушку, я попытался отстраниться, но мне не дали. Подняв голову, малышка посмотрела на меня своими посиневшими глазами, которые выдавали её грусть. Не сдержавшись, я стал покрывать лицо Киры легкими поцелуями, желая стереть выражение печали.

– Иногда мне кажется, что весь мир ополчился против меня, желая свести с ума чувством одиночества. Знаешь, это страшно - умирать одной, зная, что некому будет оплакивать твой уход. Именно поэтому я всеми силами стараюсь ни с кем не ссориться и завожу друзей. Я боюсь, Ксандр, до дрожи боюсь остаться одна!