Чтение онлайн

– Ты кто такой?

Майкл из последних сил изобразил нечто, отдаленно напоминающее улыбку:

– How can I get to the nearest post-office or to a place where I could make a telephone call?

Офицеры недоуменно переглянулись. Ну не обременены у нас старшие лейтенанты излишними познаниями иностранных языков, куда ж деваться… Майкл всего лишь спросил, где он может найти ближайшую почту или телефон. Хотя, по-хорошему, и то, и другое могло подождать, прежде всего Белчеру надо было поесть, помыться и немного отдохнуть.

– Вась, чего он хочет, ты понял? – спросил один из старлеев у своего напарника. – Вроде, по-английски говорит. Что-то про телефон. Смотри, его же прямо ветром шатает! Еще помрет тут, прямо у нас на глазах, разбирайся потом… Вот что, давай-ка его в часть отвезем, там есть кому разобраться, что это за птица.

– А что? Пожалуй, так и поступим, – офицер в полевой форме старшего лейтенанта широко распахнул дверцу «уазика». – Заходи, приятель. Вэлкам! Вот, холера, ничего больше по-английски не знаю!

Но Майклу Белчеру хватило. Он понял, что здесь, на лесной дороге в уже подступающих сумерках его не оставят. Вот и хвала всевышнему! И молодой англичанин с готовностью шагнул к гостеприимно распахнутой дверце машины.

Гальский район расположен на самом юго-востоке Абхазии, именно здесь проходит разделительная линия – границей ее по соображениям высокой политики называть избегают! – между Абхазией и, собственно, Грузией. Сам городок Гали, административный центр района, тоже можно назвать городком весьма условно, это скорее поселок городского типа, в котором всего-то чуть больше десяти тысяч населения. Тем более, что после войны девяносто третьего года населения в районе и его центре заметно поубавилось. Оно и понятно: в районе проживало в основном грузинское население, до девяноста процентов грузин. В ходе конфликта их из Абхазии вышвырнули, причем эксцессы наблюдались самые суровые и неприглядные. Ну, относительно того, что отрезанными головами грузин кровожадные абхазы играли в футбол, это все же пропагандистское преувеличение, однако и без футбола мно-ого чего хватало!

Надо сказать, что и грузин есть за что упрекнуть, не бывает в подобных конфликтах такого, чтобы лишь одна из участвующих сторон была воплощением абсолютного зла. Грузины в заметном количестве появились на этих землях сразу после Великой Отечественной войны, когда Сталин переселял семьи грузинских фронтовиков в район Колхидской низменности. И с той поры абхазы стали ощущать себя на своей же земле людьми второго сорта… Взаимные обиды накапливались, пока не превысили некую критическую массу, вот тогда и полыхнуло так, что никому мало не показалось. В межэтнических конфликтах по-другому не бывает.

Пока существовал Советский Союз, удавалось поддерживать какую-то стабильность, но стоило ему рухнуть… Что говорить: развод в обычной семье и то сопровождается порой битьем посуды и прочими неприглядными проявлениями вражды бывших супругов, а уж когда разваливается громадная империя!..

И ведь вот что интересно: каждый по отдельности грузин или абхаз в большинстве своем вполне приличные люди, симпатичные даже, одно знаменитое кавказское гостеприимство чего стоит. Так что ж у них, когда вместе соберутся, натуральный бардачина получается, да еще с кровью?

Не надо быть выдающимся военным специалистом, чтобы, посмотрев на карту Абхазии, понять всю стратегическую важность Гальского района для непризнанной республики. Двойной удар через Колхидскую низменность и через соседнюю Аджарию, – а батумское руководство заявило, что при необходимости не откажется пропустить через свою территорию грузинские войска, – оставляет абхазам мало шансов на сопротивление. А если дополнить сухопутную операцию морским десантом, то оккупации Восточной Абхазии не избежать. Тогда грузины могут дойти и до Сухуми, если не дальше, вплоть до Псоу.

Допустить этого категорически нельзя, потому что в стране неминуемо начнется партизанская война, выиграть которую реально, только если уничтожить поголовно всех абхазов. Двадцатый век наглядно продемонстрировал: не выигрываются партизанские войны, да еще с этническим окрасом. И начнется опять кровавая мясорубка и неразбериха, как тринадцать лет назад. Тогда огонь войны удалось погасить колоссальными усилиями международного сообщества, но лучше всего – не допускать вспышки, из которой пламя разгорается, это вам любой пожарный скажет.

Поэтому-то в Гальском районе присутствует контингент российских вооруженных сил, миротворцев под эгидой и с мандатом ООН.

Только вот нашим, с некоторых пор, «друзьям» из так называемых цивилизованных стран, Организация Объединенных Наций не указ. Сразу вспомнишь добрую русскую пословицу: «Сбереги меня, Господь, от друзей, а с врагами я как-нибудь сам справлюсь!» Каких только гадостей не прочтешь в западных газетах про наших миротворцев, да и вообще про нашу страну. Как же! Имперские амбиции, жандармские замашки. Складывается порой впечатление, что холодная война до сих пор не закончилась.

Так она и не закончилась, просто перешла в другую фазу и стадию. Кому это там, на Западе, нужна сильная и авторитетная Россия? Что-то не видать таких. Пропагандистские атаки на Россию в стиле откровенно «черного» пиара не только не ослабли за последние пятнадцать лет, а как бы не усилились.

Ох, как много нам нехорошего вдували в уши про нашу страну! Иногда, – часто! – создается впечатление: кому-то ужас как хочется, чтобы мы поверили: вся наша история – это длинный перечень потерь и поражений. А стоит ли так, с ходу, верить?! Не лучше ли вспомнить цитату из дедушки Крылова: «Чем кумушек считать, стыдиться, не лучше ль на себя, кума, оборотиться?» Право ведь, лучше! Хотя бы вспомнить о том, что тридцать миллионов крепостных крестьян были освобождены без гражданской войны.

И что, это не успех реформ Александра II? Ведь в той же самой Америке не смогли освободить вдесятеро меньшее число негров-рабов без общенационального кровопускания. До сей поры свою гражданскую войну вспоминают.

Но, что бы ни кричали горячие головы по обе стороны разделительной линии, как бы ни изгалялась западная пропаганда, а выполняют наши парни самую благородную миссию: не дают соперникам сцепиться в смертельной схватке. Это трудная и опасная служба, потому что желающие сцепиться и поквитаться за прошлые обиды не переводятся, они исповедуют простенький принцип: «Двое дерутся – третий не мешай!», а им наши русские парни как раз не дают вволю подраться. Поэтому случаются, увы, и обстрелы позиций миротворческих сил, а уж про оскорбления и провокации говорить нечего: бытовое явление.