Чтение онлайн

— Что?!

Он улыбается как-то хищно, склонив голову чуть набок.

— Повторить? Ты соблазнительная, когда вот так краснеешь. И когда делаешь вот так, — он прищуривается, наблюдая, как я обеспокоенно прикусываю нижнюю губу, и я тут же прекращаю, возмущенно глядя на него, — нет, продолжай, и я выпрыгну из штанов прямо сейчас. Предлагаю сбежать через окошко. Там нас никто не спалит...

— Ты меня пугаешь!

— Пугаю? Я разрешу привязать себя к кровати, чтобы было не так страшно. Будешь не птичкой, а госпожой.

Я закашливаюсь от неожиданности. Надеюсь, он шутит! Или нет? Воображение тут же заботливо подкидывает непристойные картинки. Нет, нет, исчезните! Я не хочу видеть этого полуобнаженного мужика, прикованного наручниками к кровати!

Я шарю по столешнице рукой, в поисках какого-нибудь предмета, которым можно будет отбиться, если все зайдет слишком далеко. Пальцы нащупывают что-то металлическое, и я радостно хватаю предмет и наставляю его на Мирослава. Он насмешливо приподнимает брови.

— Не бойся ложки, бойся вилки, — произносит он, хмыкнув, и опустив взгляд вниз, — один удар — четыре дырки. Я тоже люблю пожестче и всецело поддерживаю твое намеренье сделать мне больно.

— Боже! Я точно сейчас тебя ею ткну, если ты не отойдешь!

Он начинает тихо смеяться, опустив голову, и к своему огромному удивлению я вижу Марка, появившегося в дверях, и наблюдающего за этой картиной… с таким лицом!

Да ешки-поварешки!

— Дааа… — тянет Марк, и Мирослав затыкается, резко отодвигаясь от меня и выпрямляясь, — телек, значит, загорелся? Ты ничего не попутал, нет?

Ответом ему служит смех Мирослава, который, прикрывая лицо рукой, отмахивается, и уходит с кухни. Спустя секунду мы слышим, как тихий смех переходит в ржач, отскакивая от стен коридора и начинает удаляться, затихая.

— Придурок, — комментирует со вздохом Марк, — Анна, прости. Я должен был сообразить, что это какая-то дичь…

— Н-ничего, — заикаясь, отвечаю я, — переживу.

Эпизод 14

Эпизод 14

— Лучше не оставайся с ним наедине, — советует Марк, подходя к кофемашине, и доставая из шкафчика чашки, — я не хочу потом оплачивать тебе психолога и моральный ущерб после общения с этим экземпляром.

— Все в порядке, Марк Яковлевич. Он просто порол чушь, — пожимаю я плечами.

— Я знаю. С тех пор, как я с ним подружился, после его чуши в моем окружении исчезли более-менее приличные девушки.

— Он со всеми так себя ведет?

— Да, — хмыкает Марк, наливая кофе под мерное гудение кофемашины, — даже не вздумай его жалеть и искать какие-то психотравмы в прошлом, как делают некоторые. Их нет. Есть только факт: Мирослав — единственный сын достаточно богатых родителей. Долгожданный и избалованный, в том числе двоюродной сестрой, которая знакомила его со своими подругами, отчего проблем с женским полом Мирослав не имел вообще. Не то, чтобы я обличаю своего друга, но нужно ж совесть иметь, а не лезть к моему секретарю в моем же доме…

Он подвигает ко мне чашку с кофе.

— Держи. Осторожно, горячо.

Я задумчиво беру свой кофе. Не то, чтобы меня как-то сильно напрягло поведение Мирослава… это было ожидаемо с того момента, как мы познакомились у Марка в кабинете, но… если честно, я начала его побаиваться. Красивые и наглые мужики — это мой страх с тех пор, как мне исполнилось шестнадцать и на меня начал обращать внимание противоположный пол. Больше всего мне хотелось, чтобы меня любили и уважали, но поведение одногодок и наставления родителей, да еще и их попытка выдать меня замуж за того мажора — убеждали меня в мысли, что эта порода мужчин для меня опасна. Умение навесить на уши лапши, затащить в постель, а потом поставить галочку в списке «еще одна» меня пугали и обижали до глубины души. Осознание того, что человек, которого ты обнимаешь, целуешь, и таешь от прикосновений, не чувствует к тебе ровно ничего больше, кроме похоти, заставляло меня избегать всех красавчиков на моем пути. Лучше средненький, но зато для него ты будешь богиней, а не девицей на одну ночь.

Поэтому, когда мы выходим в коридор и сталкиваемся внезапно с Мирославом, я быстро опускаю взгляд вниз, стараясь не смотреть на него и не привлекать внимание. Что он тут делает?! Подслушивает?

— У Юшки проблемы, — внезапно слышу я его голос и недоуменно смотрю на него. Мирослав стоит с телефоном в руках, подпирая стену, и не обращая на меня внимания.

— Опять? — интересуется Марк.

— Угу…

Начальник коротко ругается сквозь зубы. Я перевожу взгляд то на него, то на Мирослава. Что за Юшка и про какие они проблемы говорят?

Марк косится на меня.

— Анна… нам нужно уехать на некоторое время. Вы подождете с подругой тут, или взять вас с собой?

— С собой, — быстро говорю я, — простите Марк Яковлевич, но мне будет некомфортно остаться без хозяина в чужом доме.

Мирослав хмыкает. Марк протяжно вздыхает, прикрыв на секунду глаза.

— Ладно. Оставим их или в кафе неподалеку, или в машине подождут. Пошли, — и он идет по коридору, бормоча себе под нос ,— проще было бы его закопать… только дадут как за человека…

Я ошарашенно смотрю на Мирослава и встречаюсь с взглядом темных глаз. Он едва улыбается.

— Что? Хочешь задать вопрос — что случилось? Я вижу это по твоему недоуменному лицу.

— Ммм… это невежливо, — пожимаю плечами я, — все-таки, ваши дела меня не касаются…

Улыбка становится заметнее. Парень прячет телефон в карман джинс и изгибает бровь.

— Птичка, с какого гнездышка ты такая вылетела? Может быть, мы едем на бандитские разборки, захватив тебя в качестве подарка главарю какой-нибудь банды. И ты будешь молчать и не задавать вопросы, потому что это невежливо?