Чтение онлайн

Они хорошо провели время. Повеселились. Собака Легкие Ноги, конечно, не знал, как другие бывшие индейцы теперь вспоминают тот день. Лично у него и сейчас возникала дрожь в коленках: едешь себе на машине спокойно, оглядываешься, где остальные. А тебе в лоб выкатывается неизвестно как втиснувшийся в машину директор твоей школы. И в бок его машины с диким воплем врезается завхоз, не менее значительного вида мужчина.

Оказалось, что директор с завхозом сказали учителям, что в роно пойдут, а сами не удержались. Они тогда договорились, что индейцы не проболтаются. И взаимно.

Собака Легкие Ноги хотел узнать, встретиться теперь и спросить своего директора. Подойти и сказать: разрешите задать вам один вопрос. Только он не знал какой. Может быть, даже такой глупый: вы знаете тайну, которая есть? А эта тайна существует?

Глава четвертая

Пиратские дети бегали по желтому песку, а их родители сидели в тени за самодельным деревянным столом и выпивали.

Скоро прямо здесь будут вражеские корабли, а никто из наших не готовился к бою, потому что разведчиков перевербовали и превратили в шпионов. Хотя одного разведчика не поймали, из-за того, что у него не было высшего образования, и он работал грузчиком в молочном магазине, то есть ложился и вставал рано - не мог он быть разведчиком, по общему мнению.

Разведчика звали обыкновенно, как всех, и внешностью он не выделялся из толпы грузчиков и людей. Ему было двадцать шесть лет. Пять лет назад он вернулся из армии - отслужил в нормальной части, хоть и на Севере, но без уродской дедовщины. И не стал поступать в институт, рассудив, раз уже армия случилась, то теперь ради чего тогда. Тем более, он считал себя разведчиком, а это уже много.

С другими разведчиками он не общался, потому что был человеком стеснительным: думал, вдруг он какой-то не такой разведчик. И ему возьмут и скажут это, а он примется мучиться сомнениями - то ли они не понимают его, то ли он дурачок. Впрочем, все равно мучился.

Вдруг это случилось. Как грибной слой. Появились дыквы. Вчера один, сегодня двое сразу встретились с утра. Потом по телевизору стали мелькать гораздо чаще. И вот - бери самую большую корзину и иди в любую сторону. Полно. Стало ясно: еще немного и корабли флота войдут в залив и станут на якорную стоянку под окнами.

Наш разведчик Саша решил для начала найти своих. Поэтому сперва он заболел. Пошел в районную поликлинику, натер в коридоре о штаны градусник, хрипло подышал, и ему открыли бюллетень. В детстве он всегда так делал, когда собирался как следует поразведывать. Или очень уставал от учителей и уроков. Саша купил апельсинов и шоколадных конфет, пришел домой, заварил чай, все припасы разложил у дивана, взял "Трех мушкетеров", сам улегся, укрыл ноги одеялом. Стал думать. Точнее читать и пить чай с конфетами, есть апельсины. Было вкусно, и от сока пощипывало губы.

Вместо ожидаемых правильных решений как отразить нашествие дыкв, в голову полезли мрачные мысли о жене и детях. Как они смогут жить на его зарплату? Даже только втроем, а если вдруг двойня? А жене не будет нравиться его непрестижная работа. Что делать? Искать ли других разведчиков или попробовать связаться с индейцами и пиратами. Где их искать. Будь у Саши жена, он бы с ней посоветовался. Интересно, как она отнесется к идее завести собаку. Он бы на ее месте согласился. Может, ирландского терьера, как у Джека Лондона, или фокса, как у Джерома, можно скотча, как у Чапека, или эрделя, как у кого-нибудь. Нет. Терьеров не стоит - они, конечно, игривые и дурацкие, но холерики и идиоты. Вот лабрадора если, как у Стаута.

За окном мелькнула тень, наверно, кто-нибудь сверху выбросил пустой пакет или газету. Хорошо, что не вымпел на мачте флагмана дыкв, - усмехнулся Саша. Но оказалось, что это предположение его не испугало. Ведь это был только первый день мнимой болезни, самый сладкий и покойный. Будущее наступит после выписки, может быть в день перед ней, не раньше, не скоро.

Саша решительно встал с дивана, достал из холодильника шмат украинского сала и банку с солеными огурцами, отрезал три куска хлеба, почистил луковицу и порезал ее, два огурца и тонкими ломтиками сало. Все это на доске, чтобы не пачкать тарелок. Стал есть и читать и запивать томатным соком с красным перцем и солью.

Тем временем, пока наш разведчик прохлаждался, точнее, в одиннадцать вечера этого дня, Карла и Александр Александрович отправились в путешествие. Подошли к двери. Карла поправил лямки рюкзака, но перед тем, как выйти, они прислушались - спокойная ли обстановка на лестничной площадке. Не зря. Таинственный шорох раздавался за дверью, скрип кожи, приглушенные зловещие голоса, мерзкий скрежет стали. Ага.

– Сразу говорю - открывать не будем, - предупредил Карла абсолютно всех.

– Кого ты боишься!
– презрительно сощурился Александр Александрович. Чего ты боишься?

– Пьяных мужиков, немецких овчарок, обкуренных подростков, милиционеров, бандитов, классных руководителей, больших начальников, насмешек за спиной, мороза, глубины, высоты, а темноты не боюсь.

– А я никого, ничего и готов к подвигам, - привидение открыл замок на один поворот.

– Погоди, - Карла снял рюкзак, достал две банки белорусской сгущенки и пошел от двери, - Мне надо в туалет, туалетной бумаги отмотать. Забыли.

Не успел - в приоткрытую входную дверь протиснулся первый негодяй с блестящей саблей в руке. Плотный, быстрый, резкий, в новом малиновом костюме, желтой рубашке и мокасинах не настоящих, а турецких. Видно, что побывавший в переделках и битвах, обладающий богатым...

Александр Александрович с перепугу растопырился, как чучело в кукурузе, вытаращил свои красные глазенапы и загудел, загудел:

– Дикобраз, дикобраз, дикобраз!
– и сабля выпала из ослабевшей руки бойца и воткнулась в пол, пришпилив один из тапочков для гостей. И сам рядом рухнул.

– Хватай шпагу! Вдруг еще дикобразы полезут!

– Чем я ее тебе схвачу!
– храбро ответил Александр Александрович.

В прихожую проник еще один, весь в черном панбархате и с двумя пистолетами в руках.

– Привидение? Ха-ха. Привидений не бывает, - и повернулся к Карле, - Ты кто, малявка? Ха-ха.

Карла без замаха швырнул ему в лоб банку белорусской сгущенки. Попал по всей морде.

– Вот я кто, - сказал Карла.
– Банкомёт, оказывается.

Появился третий - низенький, толстенький, кривоногий, с жирной кожей лица, бегающими глазками, сальными волосами, с золотыми зубами и перстнями, с финкой в кулаке.

– Я беру вас в заложники, - заявил он нашим путешественникам.

– А мы не хотим в заложники, - сказал Александр Александрович.