Чтение онлайн

Конечно, по сравнению с тем кошмаром, что был еще в прошлом месяце, семьдесят пять килограмм – просто великолепный вес, но Ольгу уже обуяла жадность, уже захотелось достичь модельной стройности…

Может, рискнуть? Промедлить с приемом антидота денек-другой, сбросить еще пяток лишних килограмм?… Конечно, тот мрачный тип в магазине предупреждал очень настойчиво… но что такого может случиться, в конце-то концов?… Какие обычно бывают побочные эффекты у лекарств?… Тошнота, рвота, головные боли, понос и все такое.

Разве завистливые взгляды подруг не стоят такой малости?

В воскресенье состоялась очередная ежемесячная вечеринка у Славика. В прошлый раз Ольга долго колебалась, прежде чем принять приглашение – она всегда чувствовала себя на таких мероприятиях неловко. Очень уж неприятно было ощущать на себе все эти жалостливо-брезгливые взгляды.

Но в этот раз она не сомневалась ни секунды! Пускай смотрят, теперь-то ей стыдиться нечего!

Однако на нее почти не обратили внимания. Сначала Ольга удивилась, даже слегка обиделась, а потом сообразила – ее же попросту не узнали! Со времени предыдущей вечеринки она так разительно переменилась, что сама себя узнавала с трудом.

Так что для многочисленных родственников и знакомых Славика она стала всего лишь еще одной приглашенной гостьей, ничем особо не выделяющейся на общем фоне.

Как же долго она об этом мечтала!

– Добрый вечер, милочка.

– Вечер добрый… – повернулась Ольга, – …Евгения Борисовна. Вы совсем не изменились…

– А вот вы изменились, – улыбнулась Евгения Борисовна. – Очень даже изменились. Последовали моему совету?…

– Да, рискнула.

– И как, довольны?

– В принципе, довольна… – напустила на себя безразличный вид Ольга. – Но что же вы, дорогая моя, не предупредили, что это так дорого? За те же деньги я могла бы сделать пластическую операцию!

– Ну и зачем? Думаете, результат был бы лучше, если бы вас искромсали ножами?…

– Может, и нет… Но к хирургам у меня как-то больше доверия. А этот ваш странный антиквар… кстати, кто он вообще такой?

– Таинственная личность, верно? – криво усмехнулась Евгения Борисовна.

– Скорее, жуткая.

– Да, этого у него не отнять. Но в «Семерке пентаклей» можно найти такие вещицы, каких больше нет нигде… Там торгуют такими униками… вы даже не поверите, если расскажу.

– Например?

– Например?… Знаете, милочка, я обращалась туда трижды. Всякий раз – с такой проблемой, за которую больше не брался никто. Впрочем, что я вам рассказываю, вы уже сами убедились… Если в кошельке у вас есть деньги, там продадут что угодно – хоть живого барабашку в клетке.

Ольга невольно вспомнила диковинных зверюшек, увиденных в том крохотном магазинчике.

– Подозрительный тип все-таки… – вслух произнесла она. – Может, сделать про него репортаж?…

– Не рекомендую, – спокойно покачала головой Евгения Борисовна. – Насколько я поняла, он очень не любит рекламу. Тем более такую сомнительную.

– Мою рекламу никто не любит, – самодовольно усмехнулась Ольга.

– И все же лучше прислушайтесь к моему совету. Просто вспомните хорошенько его лицо и подумайте – хотите вы с ним поссориться?

По спине Ольги пробежала холодная дрожь. Перед глазами появилась клубящаяся тьма под засаленным капюшоном и желтые костлявые руки, а в уши прокрался кошмарный свистящий шепот…

– Скажите, Евгения Борисовна, а вы ведь тоже принимали такую красно-белую пилюлю, верно? – сменила тему она.

– Да, именно ее. Эффективная штучка, правда?

– Эффективная… Дорогая, правда, до чертиков, но эффективная… А антидот?… Антидот вам тоже велели принять не позже двадцать второго дня?…

– Да, кажется… Я уже плохо помню, три месяца прошло.

– И вы приняли на двадцать второй день?

– Что вы, милочка, нет!

– Нет?… – облегченно выдохнула Ольга.

– Нет, конечно! Раньше! Гораздо раньше! Я выпила ту желтенькую таблеточку уже через две недели.

– Почему?

– Милочка, если бы я дожидалась этого двадцать второго дня, я бы стала похожа на узника Освенцима, – насмешливо улыбнулась Евгения Борисовна.

Ольга помрачнела. Все понятно – у ее визави проблема была куда менее серьезной, чем у нее. Скорее всего, она весила немногим больше центнера, и двух недель ей хватило за глаза…

А что же делать ей?! Ей бы не помешала и четвертая неделя…

– Мне надо выпить, – вслух произнесла Ольга.

Окончание вечеринки она не запомнила. В голове остались только сменяющие друг друга бокальчики с разноцветными жидкостями и – непременно! – с витыми соломинками. Бармену Славика пришлось потрудиться…

Большинство этих коктейлей были довольно слабенькими. Но зато очень, очень, ну просто очень много! Аппетит Ольги никуда не исчез – сосущее чувство в животе сегодня усилилось особенно сильно, превратившись в настоящий ураган.

Наутро хозяйка «Опаньки!» проснулась совершенно разбитой, с больной головой. Язык распух и онемел, во рту царил вкус пыльной тряпки, а в голову настойчиво колотилась одна и та же мысль – она что-то забыла…

Неожиданно резануло живот. Ольга едва не скатилась с постели на пол – боль была такая, как будто ее распиливали напильником!

Громко прокляв все и всех, она неожиданно все вспомнила. Сегодня уже двадцать третий день.

Она опоздала.

Боль в животе не прекращалась. Только усиливалась, с каждой минутой становясь все мучительнее. Теперь-то Ольга поняла, отчего хозяин «Семерки пентаклей» так настойчиво требовал принять антидот не позднее двадцать второго дня… Ну неужели нельзя было объяснить словами, какая пытка ее ждет в противном случае?!

Решив, что еще пара потерянных килограммов не стоят таких страданий, Ольга на подкашивающихся ногах побрела к домашней аптечке. Баночка с одинокой желтенькой пилюлей стояла на самом видном месте.