Шрифт:
Глава 1
Наступил долгожданный май, природа очнулась от зимнего сна, приодевшись в зелёный наряд, зазеленели клумбы, радуя цветением тюльпанов, деревья, словно невесты в белоснежных платьях, благоухали ароматами. В один из майских дней в палате Родильного дома появилась на свет девочка. Счастливая мать держала тёплый розовый комок, не веря своему счастью, голубоглазый ангел смотрел на неё и улыбался.
– Я назову тебя Маечкой, – подумала она, прижимая к груди родное дитя.
К обеду того дня, узнав о рождении дочери, счастливый супруг, сигналя на милицейской машине, подъехал к зданию Родильного дома. В окружении сослуживцев, он высматривал знакомое лицо в окне.
– Катя! Катя! – кричал супруг.
Женщина выглянула в окно, улыбнулась и помахала рукой супругу, потом взяла на руки дочь и показала в окно. Мужчина размахивал букетом и кричал:
– Я люблю вас, мои девчонки!
Он выложил розами на асфальте сердце, и прокричал:
– Моим любимым! – потом сел в машину и скрылся за воротами больницы.
Спустя несколько дней, счастливый отец забирал жену и дочь из больницы. Взволнованная Екатерина суетливо поправляла платье, а её супруг, розовощёкий усач, принимал малютку из рук медицинской сестры. Он поцеловал супругу, вручил ей цветы и не отрывая глаз, всмотрелся в ангельское личико дочурки.
– Какая красавица! – воскликнул он.
Екатерина взглянула на мужа и сказала:
– Вся в тебя!
Сослуживцы и друзья окружили молодых родителей и наперебой поздравляли их. Открытое шампанское бурлило пузырьками в бокалах, а гости кричали:
– За дамского мастера! За молодых! За Маечку!
Позже поздравления продолжились дома за столом, Николай не мог сдержать эмоций, он обнимал и целовал супругу, благодаря её за вселенский подарок. Малютка тем временем благодушно спала в кроватке, не ведая, что уготовано ей судьбой.
День за днём минули десять лет, девочка подросла, теперь красавица больше походила на аистёнка, нескладная, длинноногая, с веснушками на щеках. Косички с бантами и смешная чёлка придавали лицу ребячества. Девочка, как и её сверстники, прыгала на скакалке, играла в догонялки и на ровне с мальчишками гоняла мяч на футбольной площадке. В общем, всё как у всех. С шести лет девочку отдали в музыкальную школу, отец, подходя к фортепиано, говорил:
– Может ты и не станешь великой пианисткой, зато в старости будешь нас веселить, – говоря эти слова, он обнимал дочь, гладя её по белокурой голове.
Майка, хотя и была непоседой, музыка ей нравилась, девочка удивительным образом чувствовала звуки и в точности воспроизводила их. Ежедневно три часа она уделяла занятиям музыки.
В их дворе, в соседнем подъезде жил сорванец Сашка, мать мальчугана работала на заводе, а отчим грузчиком в продовольственном магазине. По выходным в их квартире собиралась шумная компания. Взрослые разговаривали за застольем, и Сашке ничего не оставалось, как идти во двор, гонять футбольный мяч. Мальчишка, хотя и был сорванцом, но отличался добротой души, помогал старушкам донести сумку до подъезда, мог починить ограждение палисадника, заступался за младших, но чаще бывало, что в их семью приходил кто-то из соседей с жалобой о том, что мальчик разбил стекло или привязал кошке верёвку на хвост с металлической крышкой, и гоняет животное по двору.
Майка нравилась Сашке ещё с детского сада, и теперь, когда им стало по десять лет, он по-прежнему ожидал девочку за углом. Едва показывался знакомый силуэт в синем сарафане с белыми бантами, мальчик спешил следом, ненавязчиво предлагая:
– Привет, Майка! Давай портфель понесу.
Девочка поправляла бант в косе, улыбалась и отдавала портфель. Завидев издалека, дворовые мальчишки дразнили парочку – «Жених и невеста, тили, тили тесто!»
Тогда Сашка настигал кого-то из них, давал тумака, и пригрозив, отпускал.
Иногда девочка подолгу не выходила во двор, с приоткрытой двери на балконе, слышались звуки фортепиано. Сашка становился напротив балкона и вслушивался в доносящиеся из квартиры звуки. Едва музыка затихала, он свистом вызывал девочку во двор, чтобы вместе поиграть. Подруга Лена как-то сказала Майе:
– Чего Сашка таскается за тобой, прилип как банный лист.
–Да просто ходит за мной, иногда портфель носит, а вчера дал шоколадную конфету. Наверное, я ему нравлюсь, разве это вредно? Зато другие мальчишки не пристают, не дёргают за косу.
– Да! В этом ты права, хоть какая-то от него польза.
Они, держась за руки, бежали во двор, играть в игры.
Глава 2
Прошли годы, пролетели семнадцать вёсен и зим. Майя закончила школу и поступила в консерваторию, девушка решила посвятить себя музыке. Сашка, недолго думая, подал документы в училище на автослесаря. Парню нравилась техника, он подолгу засиживался в гараже у дяди Гриши, помогая ему в ремонте старенького автомобиля. Чумазый, точно чугунок из печки, под вечер он выходил из гаража, пропахший бензином и маслом.
С началом учебного года во дворе стало тихо, лишь вечером звучала гитара, да звуки транзистора среди галдежа подростков. Иногда Сашка выносил бутылку вина, украдкой стянув её у спящих родителей, пацаны, прячась от посторонних глаз, распивали вино, потом до полуночи сидели за столиком во дворе, мечтая о будущем.
– Заработаю много денег, открою свою мастерскую, – мечтал Сашка. Потом куплю чёрный мерседес.
– Это ты здорово придумал, – соглашался с ним друг Васька. Батя мой сколько на заводе пашет, на жигули не заработал. Я так понимаю, главное уцепиться в этой жизни, а я на повара выучусь, повара везде нужны.
– То-то я смотрю из вашей квартиры вкусно пирожками несёт, – рассмеялся Сашка. Теперь мне ясно, Васька приёмы выпечки отрабатывает. Молодец! Приветствую такое занятие.
Они допили вино, прикладываясь к горлышку бутылки и голосили песни Цоя под аккорды гитары. Едва город затих, и в доме гасли окна, на балкон выходил дядя Коля, отец Майи и грозился:
– Ну-ка по домам спать, людям отдых нужен, а вы шумите.
Парни, повинуясь, шли по домам, во дворе царила тишина, подчиняя себе всё и вся, лишь тополя шумели листвой, рассказывая друг другу тайны.