Чтение онлайн

На несколько секунд воцарилась пауза. И он, и она искали нейтральную тему разговора, но кроме погоды и завтрашнего конкура ничто не приходило в голову.

Дело спасла барышня, принесшая сделанный Ричардом заказ. Увидев хороший кусок баранины, окруженный овощным рагу, Нора тут же забыла про все расспросы и накинулась на еду.

Ричард тоже воздал должное местной кухне.

Через десять минут, утолив первый голод, они, не сговариваясь, опустили ножи и вилки.

– Ну что ж, прекрасная незнакомка, – улыбнулся Ричард. – Продолжим разговор?

– О да, но теперь моя очередь выспрашивать о вашей подноготной.

– Прошу! – Он сделал приглашающий жест рукой.

– Ну-у-у, например… Мне почему-то казалось, что у вас совсем нет родственников, и вот – чудесная тетя…

– Мадлен. Эта дама еще и нас переживет. Между прочим, я занялся конным спортом не без ее помощи. Когда-то в розовом детстве именно она подарила мне пони.

– Как же я не сообразила! Это же леди Мадлен Шелти, графиня Андриевская! То-то мне ее лицо показалось знакомым!

– Совершенно верно, моя эксцентричная тетушка в свое время увлеклась Шопеном, поэтому, собравшись замуж в очередной раз, она нашла какого-то обедневшего польского эмигранта, все достояние которого заключалось в громком титуле графа Андриевского. Правда, прожили они вместе совсем недолго, потому как граф оказался тихим алкоголиком…

– Я читала о ней в «Миррор». Там еще было написано, что графиня неоднократно выигрывала Бадминтон.

– Да, Мад не было равных в троеборье. Это у нас семейное. Иногда мне кажется, что я избрал лошадиную стезю, потому что хотел быть похожим на нее. Но не вышло. Оказалось, что я всего лишь бледное подобие тетушки. Что-то типа копии портрета работы Гейнсборо, которая продается в соседней лавочке.

– Перестаньте, – смущенно пробормотала Нора, не знающая, как реагировать на столь странное признание. – По-моему, вы просто хотите услышать от меня комплимент.

Он удивленно посмотрел на нее поверх опустевшего бокала, потом его губы тронула легкая улыбка.

– Нора, Нора… Вы добрейшее существо на свете. Но, увы, я гораздо лучше вас знаю свои слабые стороны. Я слабовольный пентюх… Мадлен наверняка успела вам об этом сообщить…

– Ричард, перестаньте! Вы меня смущаете!

– Дик, мы же договорились, что для вас я Дик.

– Хорошо, Дик. – Она всмотрелась внимательнее ему в лицо и вдруг поняла, что он пьян, хотя со стороны это было совершенно незаметно. – Может быть, мы на этом закончим наш разговор и продолжим его завтра? А сейчас надо идти спать, я страшно устала, да и вам не мешало бы перед стартом выспаться.

– Ну вот, только не надо смотреть на меня осуждающим взором и пытаться увести подальше от бара. Я уже совершеннолетний. Просто мне почему-то ужасно захотелось, чтобы некоторых моих поступков никогда не было.

– Я не верю, что вы могли совершить непорядочный поступок!

– Непорядочный? Нет, на это я не способен. Глупый – сколько угодно. Например, мое обручение с Элен.

Нора чуть не поперхнулась шампанским и удивленно воззрилась на своего спутника.

– Но ведь вы любите Элен? – Она ждала ответа как приговора.

– Наверно, люблю. Не в этом дело. Дерево может любить обвивающую его лиану, но она его в конце концов задушит. Вот и моя дорогая невеста тоже из породы… лиан… Из-за нее Мадлен прекратила появляться в «Гринвуде», и мы встречаемся только на соревнованиях.

– Неужели она еще выступает?!

– Ну что вы, Нора, конечно нет. У тетки отличная конюшня в ее поместье «Рейнбоу» и штат спортсменов, выступающих на ее лошадях. Наверняка и на этот раз она привезла с собой какое-нибудь очередное смазливое дарование.

Они так заболтались, что не заметили, как бар опустел. Ричард уже давно хотел пойти спать, но уж очень жалко было прерывать разговор. Однако природа брала свое, и, вняв ее сигналам, а также зову рассудка, он поднялся и протянул руку своей спутнице.

– Придется нам все-таки идти спать, а то завтра я не буду отличать стенку от канавы.

Как только они встали из-за стола, Нора убедилась, что четыре пинты портера сыграли с ее спутником злую шутку, потому что его сразу же повело в сторону, но потом он пошел довольно уверенно. Поднявшись на второй этаж, где уже царила сонная тишина, они, тихо переговариваясь и посмеиваясь, добрались до дверей ее номера. С трудом отыскав в сумочке ключ, Нора со второй попытки вставила его в скважину и повернула, потом слегка толкнула плечом дверь, и та беззвучно отворилась.

– Ну вот я и дома, – пробормотала она, стараясь не поддаваться влиянию хмеля, мутившего разум. – Черт, надо же было так раскиснуть с одного фужера шампанского.

– Трех, моя очаровательная амазонка. Не надо передергивать факты. Кроме того, первый из них вы выпили на голодный желудок, а это не самая мудрая идея.

– Интересно! – возмутилась Нора, аккуратно привалившись к дверному косяку. – Сам же мне его принес, а теперь обвиняет в алкоголизме!

– Нора, вы случайно не журналист? У вас просто врожденный талант передергивать факты. Я вас и не думал ни в чем обвинять… Впрочем, сердись дальше. У тебя это так очаровательно получается.

Он чуть качнулся вперед, и Нора вдруг ощутила, что находится в объятиях Прекрасного Принца, прильнувшего губами к ее губам. В первый момент она хотела его оттолкнуть и даже подняла руки, но жест протеста плавно трансформировался в объятия, и Нора застонала, прижавшись к мужчине всем телом.

Руки Каннингема напряглись, все сильнее сжимая тонкий стан девушки. На мгновение он оторвался от ее губ и, отстранив Нору от себя, внимательно посмотрел ей в глаза. Прочтя в них призыв, он плавно, словно в танце, повел ее в темноту комнаты.