Чтение онлайн

Битон услышал шум и попытался бежать, но увидев, что путь перекрыт, вернулся в спальню и забаррикадировал дверь. И все время, пока люди Лесли жгли тяжелую дверь в комнату, Битон молился в кресле. Но это не произвело должного впечатления на заговорщиков, которые прочли над жертвой целую проповедь, призывая «подлого паписта» раскаяться, и все равно закололи его. Его последними словами были: «Все пропало». В назидание Норман Лесли повесил обнаженное тело на стене замка, связав две простыни в качестве веревки, на всеобщее обозрение.

Когда люди собрались посмотреть на это зрелище, какой-то человек по имени Гутри «помочился» в открытый рот Битона. Но на этом издевательства над телом архиепископа не закончились, «кастильцы» [7] , как прозвали заговорщиков, вынужденных запереться в замке, чтобы спастись от властей, засыпали труп солью, облили свинцом и засунули в ящик, напоминавший своей формой бутылку. Тело могли просто сбросить в море с задней стены замка, но, поскольку именно в этой тюрьме Битон держал друзей заговорщиков, была придумана такая изощренная месть. Необычная тюрьма замка считалась одной из самых страшных в Европе, бежать из нее можно было только через горлышко «бутылки», для чего снаружи требовалось спустить веревку или лестницу. А поскольку тюрьма была выдолблена в скале ниже уровня моря, внутрь постоянно долетал рев волн [8] . Подобного рода тайные заговоры полностью соответствовали клановой традиции кровавых междоусобиц.

Генрих VIII был вне себя от радости. Он отнесся к убийству как к прорыву в его кампании по разгрому «старинного союза». Но король жестоко ошибался. Несмотря на свои действия, Битон проводил умеренную политику и выступал за брак маленькой шотландской королевы с наследником английского трона. Теперь общественное мнение еще сильнее качнулось в пользу Франции.

Лорды поспешно собрались на совет и вместо Битона избрали на пост канцлера графа Хантли, главу клана Гордонов, влиятельной католической и профранцузски настроенной семьи из восточных областей горной Шотландии. Несколько проанглийских лордов воспользовались этой возможностью, чтобы переметнуться на сторону оппонентов. В самом Файфе настроения жителей резко изменились: те землевладельцы и арендаторы, которые помогали «кастильцам», почти мгновенно из героев превратились в объект стихийной расправы.

Единственное, что не удалось Аррану, – это захватить замок Сент-Эндрюс. Он приступил к восемнадцатимесячной осаде, крепость снабжалась припасами со стороны моря, и Генрих VIII отправлял заговорщикам провиант и амуницию из самой Англии. Когда люди Аррана попытались пробить туннель через сплошную скалу и заложить мину, им помешал один из трех противоминных туннелей, проложенный «кастильцами».

Неудача разозлила Марию де Гиз. Она уже была раздражена неискренней «помощью» Франциска I, возмутительным фактом выплаты жалованья войскам Лоржа фальшивыми монетами. Она требовала от французской армии взятия замка Сент-Эндрюса и наказания «кастильцев».

События стали развиваться с головокружительной скоростью, вызывая противоречивые чувства. В январе 1547 г. умирает Генрих VIII, а два месяца спустя – Франциск I. Эти титаны на протяжении тридцати лет определяли положение дел на Британских островах и на севере Европы. Внезапно образовавшийся вакуум поспешили заполнить граф Хартфорд и семья де Гиз.

Сыну и наследнику Генриха VIII, Эдуарду VI, на момент смерти короля было всего девять лет. До достижения королем восемнадцатилетнего возраста для управления страной требовался регент, или лорд-протектор (так эта должность называлась в Англии), но Генрих не хотел отдавать такую власть в руки одного человека. Вместо этого в своем завещании он назначил регентский совет, который будет править Англией до достижения сыном совершеннолетия. Вопреки воле усопшего монарха, граф Хартфорд через неделю назначил себя герцогом Сомерсетом и стал править в качестве лорда-протектора: его главной целью оставалось реализовать план Генриха VIII и вынудить Шотландию принять денонсированный Гринвичский договор, объединив два королевства династическим браком Марии и Эдуарда. Этим и объясняется его помощь «кастильцам».

Один из первых его указов предписывал заключить с ними союз, назначить пособия и жалованья, а также поставлять продовольствие и амуницию в Сент-Эндрюс.

В этот момент во Франции отцовский трон унаследовал дофин, будущий король Генрих II. В числе его главных советников была семья Гизов, и в результате Генрих сразу же объявил себя «защитником» Шотландии. Он решил не экономить на сохранении «старинного союза» и гарантировать, что Мария не выйдет замуж ни за кого, кроме его сына, дофина Франциска. В ответ на идею Сомерсета об «Англо-Британском» союзе он выдвинул свой план создания «Франко-Британской» империи. Более того, он искренне поддерживал Шотландию – в отличие от отца, главной целью которого было доставить неприятности своему сопернику, Генриху VIII.

Генрих II обратился к Леону Строцци, приору Капуи и блестящему флотоводцу, получившему образование в Италии, с предложением возглавить экспедицию против «кастильцев». Строцци вошел в залив Сент-Эндрюс 16 июля, и 24 июля осадил замок. Начался массированный обстрел. 30 июля его вели с крыши древнего аббатства на востоке и с башни университетской часовни на западе. Штурм начался на рассвете и завершился к трем часам пополудни. Прежде чем Арран успел пересечь Форт и преодолеть около 50 миль от Норт-Куинсферри до Сент-Эндрюса, замок был захвачен, а заговорщики брошены в тюрьму. В наказание всех «кастильцев» отправили в качестве рабов на французские галеры.

Когда «кастильцев» вывели из замка в кандалах, среди них был молодой протестант, сторонник реформации по имени Джон Нокс, который после встречи с Уишартом, сожженным кардиналом Битоном, пожертвовал своей карьерой и стал проповедовать в своем родном графстве Ист-Лотиан. Нокс не участвовал в убийстве кардинала, но поддерживал его. Он приехал в Сент-Эндрюс, где читал проповеди в часовне замка и в городе. Он называл папу «антихристом», а мессу – «гнусным идолопоклонством», и его убедительные речи привлекли к нему множество сторонников.

Нокс провел восемнадцать месяцев на французских галерах. Затем Сомерсет договорился о его освобождении и безопасной переправке в Лондон. Это решение стало судьбоносным – в значительной степени потому, что секретарем и докладчиком прошений у Сомерсета был молодой выпускник Кембриджа и восходящая звезда политики по имени Уильям Сесил. Именно он впоследствии станет заклятым врагом Марии, а сейчас он впервые встретился с Ноксом. Благодаря протекции Сесила Нокс получил работу в Англии и был назначен одним из капелланов Эдуарда VI.

В ответ на захват замка Сент-Эндрюс Сомерсет приказал начать последний раунд «грубых ухаживаний». В конце августа армия численностью пятнадцать тысяч человек прибыла в Ньюкасл. Сомерсет во главе войска дошел до Берика, а затем повернул в Ист-Лотиан. Изменив тактику, он намеревался оставить в Шотландии постоянные гарнизоны. Он хотел оккупировать страну полностью, силой принудив к покорности. Армию сопровождал английский флот, который поддерживал военные передвижения с севера и был готов открыть огонь, если войско попадет в засаду, устроенную шотландцами.