Чтение онлайн

Помню ли я. Тогда мне казалось, что в этом нет ничего такого: ну посидели вместе на праздник. Но Кензи подумала, что это такой знак, что я снова готов к отношениям. Но в одну реку дважды не войдешь. Так, как с Рози, уже не будет. Любые отношения будут в сравнении казаться пустыми, ничего не значащими… Дешевые летние романчики.

Не нужна мне эта чепуха.

Грег снова пихает меня локтем, на сей раз сильнее. Ну да, Кензи красивая. И умная. Но от ее энтузиазма у меня мурашки по коже. Когда она пытается выйти из границ простой дружбы, мне не по себе. Странно все это. Почему она не выбрала кого-нибудь другого, удивляюсь я. Любой бы согласился.

– Клинт! – Вопит Эрл, вбегая в зал. Он хватает стул и пододвигает его к нашему столу; наша компания все ширится. Тодд не упускает возможности подвинуться еще ближе к Кензи.

Не успевает Кензи возразить, как Эрл уже сжирает половину тарелки грибов. Берет мою бутылку колы и в один глоток допивает до дна. Довольно вздыхает и приглаживает седую бороду.

– Да, насчет этого твоего лагеря… – начинает он.

– Люди бы в очередь выстраивались, если бы знали про твой хоккейный опыт, – невинно замечает Кензи.

– Нет! – кричу я. – Никакого хоккея.

Грег с Тоддом одаривают меня неодобрительными взглядами, а Кензи вздрагивает и прикладывает руку к груди.

– Я просто подумала… У тебя ведь так потрясающе получалось, – говорит она. – И тут везде полно твоих фотографий на льду. Даже в «Заводи» на задней стене. Я бы отсканировала какую-нибудь и вставила на твои плакаты…

– Получалось, было, было бы… – огрызаюсь я. – Да всем наплевать, что я делал раньше. Я не занимаюсь командным спортом, о’кей? Вообще. Особенно хоккеем. Тебе это известно. Поверить не могу, что ты вообще об этом заговорила.

Молчание становится тягостным. Я весь киплю от гнева. У Кензи увлажняются глаза, и она немножко съеживается. Эрл же прокашливается и кладет руку мне на плечо, улыбаясь так, словно не заметил моего припадка.

– Эх, не видать мне бесплатного ужина, – говорит он. Я собираюсь спросить, что он имеет в виду, но Эрл уже принимается объяснять: – Сегодня один мужик позвонил подтвердить бронь на отдых с семьей. Его ребенок в следующем году идет в колледж, и они с женой решили сделать такой вот подарок в виде каникул. Так вот, мужик начал расхваливать свое чадо, спрашивал, чем можно заняться на курорте. И я подумал: а что, кандидатура подходящая. Правда, ты не сможешь так усердно пинать своего клиента, как хотел бы с этим твоим тренингом… Но заплатят тебе хорошо, ну и…

– Что-то я ничего не понимаю, – говорю я.

– Особый случай, – поясняет Эрл. – Она раньше играла в баскетбол и повредила бедро. Упустила шанс на спортивную стипендию и большую карьеру, все такое. Теперь поправилась, и вот когда ее папаша стал расспрашивать насчет местных развлечений, мол, как можно вернуть ее на прежнюю стезю, я сообщил ему про твой лагерь. Но он сказал, что заинтересован только в частных занятиях.

– Она? – переспрашивает Кензи. – Этот баскетболист – девушка, так, что ли?

Эрл кивает и пожимает плечами:

– Видимо, обожглась на молоке, дует на воду. Ее отец всерьез переживает, что она утратила уверенность в себе. Ну, что скажешь? Они приезжают завтра.

– Слушай, Эрл, – вздыхаю я. – Умеешь ты предупреждать заранее.

Глупо злиться на Эрла. Я же сам его просил. Но я думал, он будет приводить ко мне расплывшихся курортников. Бывшая спортсменка – совсем другое дело. Как удар под дых. Ох, подумать только, заниматься с баскетболисткой…

– Я весь день тебя искал, – оправдывается Эрл. – Сам только сегодня узнал. И подумал…

– Ты уже сказал, что я согласен? – Мой вопрос звучит как обвинение. Будто Эрл все это подстроил, подвел меня под монастырь. И мне уже почему-то начинает казаться, что все так и было.

– Да не щеми ты ему яйца, Клинт, – говорит Кензи, и меня передергивает. Обычно она так грубо не выражается. Однако Тодду это, похоже, нравится: он слегка ей кивает.

– Может, эта баскетболистка заставит тебя хоть немного развеселиться.

– А я и так веселюсь, – оправдываюсь я. – Еще как.

– Ага, ага, – бормочет Кензи, складывая руки на груди. Я чувствую на себе пристальный взгляд Грега. Словно мои дальнейшие слова что-то решат. Да и с чего вообще он теперь анализирует каждый мой чих? Я пожимаю плечами, словно это все ерунда.

– Фигня вопрос, – говорю я. – Восстановить спортсменку после травмы.

– М-да уж. – Кензи кидает на меня злобный взгляд. – Мы все знаем, как легко вернуть в игру вышедшего из строя спортсмена.

И так я понимаю, что мне пора уходить.

Брэндон – наш финиширующий спортсмен. Последний бегун, который умеет припустить, как никто другой. Вслух мы этого не обсуждали, но спланировали поездку так, чтобы Брэндон вел машину последним.

Это было изматывающее путешествие. Целый день на шоссе, которое петляет через три штата… тут и самый просторный минивэн покажется карцером. Мы знаем, что Брэндон тоже сыт по горло. Мы так и думали. Он понукает наш «Форд-Эксплорер», практически поднимая его на задние колеса, и сворачивает с федерального шоссе. Машина подпрыгивет на щебенке, как резиновый мяч.

– Брэндон! – одергивает его мама с заднего сиденья, хватаясь за подголовник кресла.

– Все под контролем, мам, – стонет Брэндон.

– Ты пропустишь поворот на курорт, – предупреждает она.

Однако Брэндон уже тянется к радиоприемнику и увеличивает громкость. Музыка обостряет его чувства, позволяет ему сфокусироваться и забыть обо всем, кроме дороги, которую облизывает свет фар. Он подгоняет машину двигаться еще быстрее.

Я через плечо вижу, как папа смотрит в оконное стекло; лицо его совершенно спокойно. Он доверяет Брэндону. Доверяет безоговорочно. Однако у мамы вид такой, словно она готова перелезть на переднее сиденье и схватиться за ручник. Я отворачиваюсь от заднего сиденья и, взглянув в лобовое стекло, в панике взмахиваю руками; ногти впиваются в приборную доску, словно колышки палатки в землю.