Чтение онлайн

Позже дома я сижу на кухне, по привычке жуя бутерброд, который называется, конечно, в моей голове, 'все-что-было-то-и-запихнула' и пытаюсь решить уравнения по алгебре, которое никак не решается, поскольку мои мысли далеко отсюда. Ну и плюс алгебра это алгебра. Артем так за целый день и не подошел ко мне, ничего не объяснил, возможно, посчитав, что одной смс с утра достаточно. Я понимаю, что это удобный способ, но неужели все, что было между нами, было по-настоящему только для меня одной?

– Опять жуешь черте что - женский голос за моей спиной заставляет меня вернуться в реальность. Это моя бабушка. Она растила меня после смерти мамы, и не было в мире лучшей замены, поскольку она была не только бабушкой, но и моим другом. Она выглядела потрясающе для своих лет: подтянутая, всегда одета с иголочки, ее волосы, выкрашенные в рыжий цвет, были собраны в прическу. Впрочем, глядя на мою бабушку, на ум приходило одно слово 'Леди'. Бабушка также взяла маленький мамин бизнес под свой контроль. Это было уютное кафе, раньше оно называлось 'Маргарита', в честь булгаковской ведьмы из знаменитого романа ' Мастер и Маргарита', в честь нее была названа и я. А после того, как мамы не стало, оно стало носить ее имя 'Остров Лилии', поскольку мама всегда говорила, про свое детище, что это ее маленький островок, ее мир. Это была небольшая забегаловка, за многие года полюбившейся молодежью, за свою простоту, и знаменитые пирожные, по маминым секретным рецептам, которые были выведены методом проб и ошибок.

– Не черте что, а наивкуснейший бутерброд - поправляю я ее, продолжая свою трапезу.

– Маргарита, ты испортишь себе аппетит, нельзя есть всухомятку, да ещё и за час до ужина.

– Не волнуйся, ба, ты же знаешь, ничего не может испортить мой аппетит, я все равно съем за роту солдат.

– Это точно, - бабушка улыбается, слегка потрепав меня по плечу.

– Уже скоро Лешка с папой приедет - говорю я, бабушка кивает. Мой младший брат пошел на плаванье, и крайне увлекся, и сейчас находился в профессиональном бассейне.

– Поможешь мне с ужином?
– спрашивает бабушка, я откладываю учебник, готовить я не умею, зато всегда охотно выполняю функцию помощника.

– Как твои дела в школе?
– спрашивает бабушка, начиная возиться с большим куском мяса, я берусь за картошку.

– Все как всегда...говорят, к нам пришел новый учитель истории, но сегодня первый день и его никто не видел.

– Как Кирочка с ее странным мальчиком?

– У них все хорошо, даже лучше, они идеальны, ба.

– Как Артем?

Этот вопрос заставляет меня вздрогнуть, похоже, я погорячилась с выводом, что нечто не может мне испортит аппетит.

– Ну, он в порядке, - я закусываю нижнюю губу - а мы расстались.

Бабушка отвлекается от мяса и смотрит на меня всего пять секунд, и снова принимается за работу. А я беру следующую картошку.

– Ты как?
– наконец спрашивает бабушка, не поднимая глаз, и я ей за это благодарна.

– Я н-нормально - отвечаю я, сдерживая желание зарыдать, все слезы я решила попридержать для своей подушки этой ночью

Микаэл.

Я просыпаюсь от яркого света. Прямые солнечные лучи падают прямо в мои глаза, они не дают шанса понежиться в постели. Я слегка приподнимаюсь на локти и осматриваю комнату. Обои с большими разовыми цветами, коллекция фарфоровых кукол, какие-то женские глянцевые журналы на столике. Черт, где я? И сколько я вчера перебрал?

Я смотрю на тело мирно спящее рядом. Она спит на животе, ее черные, словно ночь волосы раскинуты по подушке, ее голое плечо выглядывает из покрывала. Как она представилась? ...Марина, кажется, так ее зовут. Одна из элитного района 'Изумрудный'. Она сама меня приметила в клубе. Призывно смотрела, а когда подошел, танцевала только со мной весь вечер, дразнила своим откровенным маленьким платьем, которое едва прикрывало ее сексуальные бедра и большую грудь. Затем она села на мой мотоцикл, и мы поехали к ней. Всю ночь мы кувыркались, и она оказалась горячей штучкой, или я был сильно пьян.

Я встаю с постели и шлепаю в душ. Теплые струи приятно массажируют мою кожу. Я обматываю белое полотенце вокруг бедер и возвращаюсь в комнату. Она уже не спит, ее синие, как небо глаза изучают меня заново.

– Сейчас пол шестого, иди обратно, - говорит Марина, выставляя ногу из одеяла, - без тебя так холодно стало.

Мои губы растягиваются в ухмылке. Вот он, мой приз - богатый, красивый, избалованный и готовый на все. Но по сути, обычная ненасытная шлюшка, просто в дорогой обложке.

– Мне надо бежать.

– Ну, - она хмурит бровки и капризно надувает явно накаченные губы, - ты был просто супер этой ночью.

– Ты тоже, солнце, - говорю я и надеваю свои старые потертые джинсы, начинаю искать глазами свою футболку.

– Ты уверен, что так уж и нужно идти?
– вторая попытка с ее стороны. Я наконец-то нахожу свою футболку, натягиваю и ее тоже. Марина тем временем поднимается с постели, совершенно не стесняясь своей голой задницы, подходит ко мне вплотную. От нее до сих пор несет вчерашним перегаром, это заставляет меня от нее отстраниться, вся ее красота в мгновенье меркнет.

– Может, передумаешь?
– она захватывает мой рот, а я борюсь с желанием вырвать. Я мягко ее отстраняю, и слегка качая головой, улыбаюсь, такой улыбкой типо 'Я-все-оценил-но-мне-пора-детка'.

– Запиши мой номер, - касается она моего уха, я наконец-то отхожу от нее и достаю свой сотовый и быстро набираю ее номер на экране.

Когда я иду вниз по лестнице, то вижу экономку, которая смотрит на меня взглядом полного презрения, я ей неотразимо улыбаюсь.

– Не волнуйся, сладкая, ты следующая, - бросаю я ей, и слышу нецензурные слова в спину, это забавляет меня.

Я покидаю дом и подхожу к своему мотоциклу. Это моя гордость, 'Хонда', я ее собирал практически год из ничего. Но он того стоит, это мой Амиго. Так я его называл, поскольку он ещё ни разу меня не подводил. Я сажусь на своего железного коня, надеваю шлем и совсем прихожу в себя.

Когда я набираю скорость, ветер свистит мне навстречу и все мелькает. Я еду по гладкому асфальту, а по обе стороны от меня мелькают дома...черт, это целые замки, будто идут соревнования у кого больше, выше, дороже... Этот мир купался в деньгах. Мажорики, я их ненавидел, им все доставалось на готовом блюдечке с золотой каемочкой. Поэтому иногда я трахал их телочек, которые западали на меня без особых моих каких-либо усилий. Я знал, что хорош, от внешности до поведения, девчонки таяли, видимо все мажорские сынки повырастали геями, или неудачниками в постели. Эта мысль вызывает у меня довольную улыбку внутри.