Две половины победы
Шрифт:
– Неправда. Ты же маг, причем один из лучших! Когда-то и я была похожа на тебя, но мне пришлось пожертвовать большинством умений ради прорицания и целительства. Кстати, умение исцелять – просто дополнение, дающее мне возможность помогать людям. Я могла замкнуться в себе и гадать только для короля и Радуги. Но в таком случае я зачахла бы за пару-тройку лет.
– И всё равно, я ничего не знаю ни о гадании, ни об исцелении. Я же боевой маг!
– Судьба не может ошибаться. Раз она выбрала тебя, значит, ты на многое способна. Я могу лишь помочь тебе в начале нового пути, но пройти его ты обязана сама. К сожалению, времени у нас осталось очень мало, буквально два-три дня. А потом… потом я должна буду тебя оставить.
– Вы…
– …очень смутно представляю, куда мне теперь идти. Но я чувствую, что должна оставить этот дом, а до того воспитать себе преемницу.
– Но… как? Всего за три дня? – Ванесса уже не удивлялась, она просто спрашивала.
– Не знаю. Когда я постучалась в ворота этого дома, мне едва исполнилось шестнадцать. Я уже тогда была умелым магом. Пожалуй, не таким опытным, как ты, но всё же. Жившая здесь женщина приютила меня и два месяца делилась тем, что знала сама. Потом она ушла. Больше о ней я ничего не знаю. Главное же я поняла позже – прорицанию невозможно научить. Зато ему можно научиться. Дай мне слово, что будешь стараться постичь это умение.
– Я… я буду стараться. Обещаю.
– Хорошо. А теперь пошли, отведу тебя в спальню… Сейчас уже слишком поздно, тебе нужно хорошенько выспаться, прежде чем мы приступим. А утром я расскажу тебе про способы гадания, про жемьен и про Радугу. А потом… потом ты мне погадаешь. Знаешь, я всегда хотела узнать о собственной жизни, но лучшего, чем гадание перед зеркалом, придумать не смогла. Но такой способ оказался очень неточным, да ты и сама понимаешь, что иначе быть не могло. И вот теперь пришло время мне узнать свою судьбу… Пусть даже от нее и осталось совсем немного…
Совещание обещало быть насыщенным. О каких-то своих открытиях сразу же заявили Мартинец и Оранжевая, но не стали выкладывать подробности до того, как их пригласят.
Главным же для меня оставалось то, что на сегодняшнем собрании агентов нас будет всего шестеро. Не скажу, что такое случалось впервые, но в относительно мирное время ситуация однозначно редкая.
По-моему, мы сами подставили себе подножку и поделать с этим ничего не смогли… Как иначе объяснить то, что именно в предвоенные дни Красный решил проявить твердость и объявить о несоблюдении правил? Неужели нельзя было подождать, когда всё уляжется, или, лучше того, смолчать?
Тем не менее сейчас вряд ли возможно что-то изменить. Ход назад может быть единственный – за свои новые успехи Жан имеет шанс оказаться у Миралиссы. А та, стоит ли сомневаться, вновь определит его в Радугу. Впрочем, не следует обольщаться: проявить себя вновь сможет, пожалуй, только напрочь лишенный гордости человек. А как же иначе? Тебя выгоняют, а ты повторно рвешься…
Или даже не лишенный гордости, а просто любящий Веронию и свою роль в ее истории. Почему-то в том, что это про Желтого, я не сомневаюсь.
– О военных планах мы сегодня говорить не будем, – неожиданно начал собрание король. Красный, к моему удивлению, остался сидеть, хотя обычно оставлял за собой первые слова совещания. – Донесения разведчиков мало изменились, а нашу готовность я оцениваю по вашим же донесениям как полную. Вместо этого обсудим сугубо внутренние дела, тем более что некоторые, – говорящий взгляд, брошенный почему-то только на Меллу, – прямо-таки рвутся о чем-то рассказать. Кто начнет?
– Пропускаю даму вперед, – улыбнулся Мартинец.
– Благодарю, – шутливо поклонилась девушка и тут же посерьезнела. – На днях один из информаторов, торговец, рассказал, что у него оказались весьма занятные медальоны. Я сперва не проявила особого интереса, но выяснилось, что эти медальоны – почти точная копия старых талисманов агентов Радуги!
– Боюсь, теперь ты лишишься своего информатора, – пробурчал Фиолетовый, делая неясный взмах в сторону Красного, – он же нарушал правила, продавая такие медальоны.
Не успела Оранжевая что-то возразить, как высказаться решил сам глава Радуги:
– Не лишится. Он же не продал, а даже возвратил агентам. И вообще, наказывать продающих старые побрякушки – не в наших правилах. Вот если бы речь шла о подделках под нынешние медальоны…
– Да, я тоже так подумала, – кивнула Мелла. – И, по правде говоря, считаю, что это есть в наших уставах. Однако не о том сейчас речь. Те медальоны, что торговец возвратил мне, я, разумеется, уничтожила. Во избежание, так сказать. Но там были не все. По его словам, удалось перекупить только те, которые не были проданы другим купцам. Так вот, недостает зеленого и красного талисманов…
– Зеленый есть у меня! – вдруг прервал рассказ Мартинец. – Если не возражает уважаемая Оранжевая, я продолжу за нее, раз так удачно вышло и наши истории взаимосвязаны. Та передышка, что прошла с нашей прошлой встречи, дала мне возможность поговорить со стражами Мартины и выяснить практически все подробности. Не позднее пары дней назад голубую провинцию посетил Герберт. Он же Лис.
– Что?! И вы его упустили? – поразился Красный.
– Не спешите, обо всём по порядку. Прежде всего хочу сказать, что мерзавец приезжал под видом Зеленого.
Я удивленно вскинул брови.
– Да-да, Марк, на нем был зеленый плащ со скорпионом, что ввело в заблуждение меня. А ещё – медальон, который помог ему миновать стражу. И самое странное – когда я проверил его стандартным плетением, которое под силу даже мне, дилетанту, оно показало, что это – действительно ты, Марк!
– Но… как?! – воскликнул Красный, пораженный.
– А вот это мне самому непонятно… Стражей винить и вовсе нельзя – они подобного заклятья не знают, а значок окончательно сбил их с толку…