Чтение онлайн

Мисс Хони помогла Линдсей надеть жакет.

— Не волнуйся — мы чудесно справимся. А ты ступай и скажи мистеру Крысе, куда он может засунуть свой сыр.

Ближайшая кофейня с названием «Трудовые будни» работала, главным образом, на вынос, и присесть там можно было только у стойки, поэтому Линдсей предложила пройтись до кондитерской, что располагалась чуть ниже по улице, и там Ллойд Хейвуд заказал себе кофе и сэндвич с ростбифом, а Линдсей ограничилась диетической «пепси». Когда им принесли заказ, она стала смотреть, как он с наслаждением впивается зубами в свой сэндвич — с таким видом, словно и не было у него никаких забот и тревог, а они, как старые друзья, заглянули сюда лишь затем, чтобы перекусить, и ощутила невольное восхищение. Как он может излучать столь непоколебимую самоуверенность, зная, что ставки запредельно высоки? Линдсей обратила внимание и на «ролекс» в корпусе из нержавеющей стали у него на запястье — дорогие, но не вызывающе роскошные часы, которые вполне подходят человеку, не стремящемуся выставить свое богатство напоказ, — и подумала: «Как раз в его стиле». Ллойд Хейвуд мог ограбить вас до нитки и не выглядеть при этом жадным сукиным сыном, которым он, конечно же, являлся.

— Очень вкусно. Хрен придает мясу необыкновенный вкус, — заявил он, промокая уголки губ салфеткой. — Пожалуй, стоит порекомендовать это место моим коллегам. — Он улыбнулся ей через разделяющий их стол, покрытый клетчатой скатертью, словно это было невинное замечание, а не зловещее напоминание о том, что он и его люди останутся в этом месте, чтобы в обозримом будущем превратить ее жизнь в ад. — Вы часто здесь бываете?

— Не так часто, как мне того хотелось бы, — ответила Линдсей и сделала крохотный глоток «пепси», которая была бессильна унять нервные спазмы у нее в животе. — Обычно я беру с собой бутерброды из дому, которые и ем на работе.

Глаза его озорно блеснули — очевидно, он прекрасно понимал ее.

— Знаете поговорку: «Когда вы работаете на себя, то вместо босса у вас погонщик рабов»? Боюсь, это в самом деле так. — Он медленно покачал головой и печально улыбнулся, а потом потянулся за своей чашкой кофе. — Послушайте совета старика, моя дорогая, — надо учиться получать от жизни удовольствие. Она проходит слишком быстро.

— Боюсь, что для некоторых из нас это не так-то просто, — сухо ответила она.

— Ерунда, — возразил он тем же самым добродушным тоном. Он подул на свой кофе, прежде чем сделать осторожный глоток. — Исследования показывают, что у работников, которые отдыхают больше и делают частые перерывы, производительность труда намного выше, чем у тех, кто не следует этому правилу. Выходит, то, что вам представляется тяжелой и вдохновенной работой, на самом деле — лишь сокращение доходов и снижение отдачи. Вот почему я уделяю столько времени отдыху. Кстати, я предпочитаю гольф. А вы?

— Нет, я совсем не играю в него. И учиться не намерена. — В голосе ее прозвучали нетерпеливые нотки. — Так о чем вы хотели поговорить со мной, мистер Хейвуд?

Он снова откусил от своего сэндвича и принялся неторопливо жевать, с некоторой растерянностью глядя на нее.

— Хорошо, перейдем к делу, раз вы настаиваете, — проговорил он наконец. — У меня есть для вас предложение.

— Я уже неоднократно говорила вам, что моя собственность не продается.

— Да, вы дали это понять совершенно недвусмысленно, и я пришел не для того, чтобы стегать дохлую лошадь. У меня на уме нечто более интересное — и, надеюсь, привлекательное. — Глаза его вновь озорно блеснули, как у Деда Мороза, обещающего неслыханные подарки на Рождество.

— Что вы имеете в виду? — с опаской поинтересовалась она.

— Переходите работать ко мне.

Линдсей едва не упала со стула.

— Вы, должно быть, шутите.

— Прошу вас, выслушайте меня, — сказал он, выставив руку ладонью вперед, словно пытаясь этим снять все ее возражения еще до того, как они последуют. — Я предлагаю следующее. Мы перенесем ваш книжный магазин на территорию нашего курорта после того, как он будет построен. Вы продолжите управлять им так, как считаете нужным, — мы не станем вмешиваться. Единственная разница заключается в том, что вам больше не надо будет беспокоиться о накладных расходах, и вы будете получать приличную зарплату. Я также предоставлю вам помещение для жилья. А вы взамен продадите мне свой участок. За который, — быстро добавил он, вновь не дав ей раскрыть рта, — я готов предложить кругленькую сумму. — Он одарил ее обворожительной улыбкой. — Ну, что скажете, дорогая? Это ведь решит вашу дилемму, не так ли?

Линдсей не знала, что ответить. На первый взгляд все выглядело разумно и даже привлекательно: безупречное решение всех ее финансовых проблем. У нее по-прежнему будет свое дело и крыша над головой, да еще и приличный доход в придачу, так что она сможет и дальше заниматься любимым делом, не терзаясь опасениями. Плюс ко всему у нее даже появятся свободные деньги от продажи земли, которые она сможет во что-нибудь вложить. Единственный недостаток — но очень большой — заключался в том, что она лишится своего уединения, безмятежного спокойствия, царившего в ее райском уголке. Больше не будет ранних пробежек вдоль скал, когда компанию ей составлял лишь ее пес; ей придется примириться с гольф-мобилями, снующими взад и вперед, и любопытными туристами. Там, где сейчас растут полевые цветы и трава, появятся ровно подстриженные зеленые газоны. И вместо серенады прибоя и шума ветра, налетающего с океана, она будет слушать треск газонокосилок, щелчки ударов по мячам для гольфа и глухое шлепанье теннисных мячей.

Но самое главное, она окажется целиком и полностью во власти этого человека.

Все это лишь иллюзия, поняла она. Хитрая уловка, придуманная для того, чтобы заманить ее в ловушку. Каждое утро, просыпаясь, она по-прежнему будет видеть знакомый пейзаж, но он станет другим — искусной имитацией природы в духе Ральфа Лорена [40] . А книжное кафе? Посещать его станут исключительно постояльцы отеля, туристы, с которыми она не будет успевать заводить дружеские отношения. Большинство местных жителей, без сомнения, перестанут заглядывать к ней; их отпугнет местонахождение магазина и богатые клиенты. А самое главное то, что она попадет в полную зависимость от корпоративных маневров и манипуляций, какими бы обещаниями ни прельщал ее сейчас мистер Хейвуд.

Линдсей даже пожалела, что рядом нет сестры, которая, не стесняясь в выражениях, высказала бы этому человеку все, что думает о его предложении. Вместо этого она ответила вежливо, но твердо:

— Предложение очень заманчивое, но я вынуждена отклонить его.

Его лазерный взгляд не дрогнул.

— Быть может, вы все же обдумаете его?

— Какой в этом смысл? Я все равно не изменю своего решения.

Его улыбка увяла.

— Должен заметить, что вы совершаете большую ошибку.

— Может быть и так, но это будет моя ошибка.

— За которую вы очень дорого заплатите, — предостерег он ее. — Потому что этот курорт будет построен, уверяю вас, — это лишь вопрос времени. Разумеется, при реализации проекта подобного масштаба всегда возникает множество препятствий, но я не был бы тем, кем являюсь сейчас, если бы уступал требованиям каждого мелкого чиновника, размахивающего постановлениями муниципалитета, или местного жителя, упирающегося рогами и не желающего видеть дальше собственного носа. — Он помолчал, оттолкнув от себя пустую тарелку и потянувшись за чеком. — А теперь позвольте напомнить вам на прощание одну вещь: Панамский канал.

Линдсей нахмурилась.

— При чем здесь Панамский канал?

— Подумайте о грандиозности этого предприятия, — продолжал он, словно не слыша ее, — о том, сколь впечатляюще оно даже по нынешним меркам. Подумайте о том, во что обошлось его строительство — и не только в смысле человеческих ресурсов. Подумайте о чрезвычайно сложных переговорах, о торжестве инженерной мысли. И это не говоря уже о враждебном окружении, невыносимой жаре, москитах и постоянной угрозе эпидемических заболеваний. А потом спросите себя вот о чем. — Он подался вперед, и взгляды их встретились. — Если оказалось возможным осуществить столь невероятный проект, несмотря на колоссальные препятствия, то что может помешать мне построить всего лишь очередной курорт?