Чтение онлайн

— А кто такая тетя Линдсей?

— Ты ее еще не знаешь. — Керри-Энн не стала говорить о том, что и сама она не подозревала о ее существовании до недавнего времени, — это привело бы Беллу в еще большее замешательство. — Но она очень хорошая и непременно понравится тебе. — Что касается мисс Хони, то о ней она расскажет дочке попозже.

— А я тоже буду там жить? — пожелала узнать Белла.

Керри-Энн оглянулась на миссис Сильвестр. Та стучала по клавишам своего портативного компьютера, делая вид, что не прислушивается к их разговору, но, судя по ее напряженной позе, пожилая женщина не пропустила ни слова.

— Конечно, — ответила Керри-Энн. — Но не сейчас. Сначала я должна получить разрешение судьи.

Белла посмотрела на нее снизу вверх своими огромными печальными глазами.

— А когда это случится?

Керри-Энн вздохнула.

— Скоро, я надеюсь.

— Но когда же?

— Пока не знаю, родная. Это не от меня зависит. Как бы мне хотелось, чтобы это было не так!

— Разве ты не можешь поговорить с судьей?

— Все не так просто. Но я делаю все, что могу. Мамочка старается изо всех сил.

Нижняя губка у Беллы задрожала.

— Ты говоришь так каждый раз.

— Я знаю. — Керри-Энн сама готова была расплакаться. — Но я обещаю: как только разрешит судья, я приеду и заберу тебя.

— Откуда мне знать, что ты говоришь не просто так? Как тогда, помнишь, когда ты должна была забрать меня после праздника у Кэти, но так и не приехала? — Белла прищурилась.

Собственное детство представлялось Керри-Энн неким большим белым пятном, а вот ее дочь обладала острым умом и памятью. Белла помнила практически все, что случалось с ней чуть ли не с самого рождения. История, о которой она упомянула, произошла, когда она еще ходила в детский садик. Пока Белла была на дне рождения у подружки, Керри-Энн, воспользовавшись возможностью, обкурилась и поймала кайф, преуспев в этом настолько, что напрочь забыла о Белле. И вот теперь на нее опять нахлынуло острое чувство вины. Как она могла поступить так с собственным ребенком? Она снова посмотрела на миссис Сильвестр, молясь про себя, чтобы та ничего не услышала. Меньше всего сейчас ей было нужно очередное черное пятно в своем деле.

— Тогда я была больна, но теперь мне стало лучше, — сказала она, стараясь проглотить застрявший в горле комок. — Обещаю, это больше не повторится. Теперь ты во всем можешь на меня положиться. — Она обняла Беллу и прижала ее к себе. — Договорились? Ты по-прежнему моя маленькая девочка, правда? А я — по-прежнему твоя мамочка?

Бела кивнула в знак согласия, но ее хрупкие плечи поникли.

— Я хочу поехать с тобой домой прямо сейчас, мамочка. Пожалуйста! — Голосок дочки зазвенел пронзительно-жалобно.

Керри-Энн метнула очередной взгляд на миссис Сильвестр, которая теперь смотрела прямо на нее. Очень осторожно она поинтересовалась:

— Разве тебе не нравится у Джорджа и Кэрол? — Она изо всех сил старалась, чтобы голос ее прозвучал ровно.

Белла передернула плечиками.

— Они хорошие. — Она предпочитала не вдаваться в подробности, словно не хотела показаться неблагодарной, но когда, несколько раз, Керри-Энн видела ее с приемными родителями, она была с ними нежна и покладиста.

— А твои подруги в школе? Они тебе тоже нравятся, не так ли?

Еще один убедительный кивок.

— А еще я слышала, что у тебя есть новый кукольный дом. Он очень красивый? — У Керри-Энн разрывалось сердце, когда она перечисляла все плюсы жизни с Бартольдами, но при этом понимала, что сейчас Белле с ними лучше.

Интуиция не подвела ее и на этот раз — личико дочки просветлело.

— Ой, мамочка, ты непременно должна посмотреть на него! В нем есть мебель и все прочее. А Кэрол сделала мне для него занавески. И еще они сказали, что я могу завести котенка.

Керри-Энн кивнула и улыбнулась, хотя в сердце у нее открылась свежая кровоточащая рана.

Вскоре пришла пора расставаться. К тому времени они расправились с ленчем, который Керри-Энн привезла с собой в большом пакете — сэндвичи с тунцом, яблоки и «объедение» от Олли — его знаменитое печенье с шоколадной крошкой, — и вволю покатались на качелях и других аттракционах игрового комплекса «джунгли» в дальней части комнаты. Она держала задремавшую дочку на коленях, ей не хотелось отпускать ее от себя, и с каждым разом сделать это становилось все труднее.

Наконец откладывать неизбежное стало невозможно. Миссис Сильвестр деликатно, но настойчиво покашливала и многозначительно поглядывала на часы.

— Пора идти, маленькая. А мамочке еще предстоит долгий обратный путь домой. — Она поцеловала дочку в макушку.

Белла вцепилась в нее обеими ручонками и захныкала:

— Я хочу поехать с тобой.

— Не сегодня, маленькая. Но это будет очень скоро, обещаю. — Керри-Энн смахнула с глаз подступившие слезы. Привыкнуть к сценам расставания с дочерью она так и не смогла.

Белла заплакала, и Керри-Энн почувствовала, что начинает терять терпение.

— Ну же, доченька, перестань. Довольно. Ты уже большая девочка. Слишком большая, чтобы вести себя так. — Она поймала колючий взгляд, брошенный на нее миссис Сильвестр, и быстро сменила тактику. — Ты сделаешь кое-что для мамочки, если я тебя попрошу? Ты нарисуешь мне еще одну картину? А отдашь ее мне в следующий раз. Я была бы очень рада.

Белла молча кивнула, соглашаясь, устремив на мать печальный взгляд полных слез глаз.

Керри-Энн боялась, что у нее вот-вот разорвется сердце. Обняв и расцеловав дочь напоследок, она вылетела из комнаты, чтобы не… Что? Не накричать, не выплеснуть свое отчаяние на миссис Сильвестр? Схватить Беллу в охапку и броситься с ней наутек? Одно она знала точно: если она не уберется отсюда как можно скорее, то непременно сделает что-нибудь такое, о чем сильно пожалеет впоследствии.

Оказавшись снаружи, сквозь слезы, застилавшие ей глаза, она увидела джип Олли. Она заспешила к нему, спотыкаясь на ходу, как вдруг заметила темно-синий «мерседес», въезжающий на стоянку. Автомобиль остановился, дверца со стороны водителя распахнулась, и оттуда выбрался высокий темнокожий мужчина. Джордж Бартольд. Мгновением позже со стороны пассажира показалась его супруга, Кэрол, стройная и изящная, как статуэтка, женщина. Ее волосы были заплетены в маленькие косички, уложенные на затылке в высокую прическу, похожую на корону какой-нибудь могущественной жрицы. Они или не рассчитали время, или же специально приехали за Беллой пораньше, намереваясь напомнить Керри-Энн, кто здесь главный. Решив, что верно последнее, она мгновенно вскипела от гнева.