Чтение онлайн

— Сам-то смотрел программу? — спрашивает меня жрец.

— И смотрел и в разработке участие принимал. Скорее как куратор, понимающий местные реалии — «рабочей лошадкой» не стал.

И снова исследования — тело-то вновь показало, что у фениксов есть масса особенностей, о которых мне неизвестно. А раз неизвестно — надо изучать. Мало того, что это жизненно необходимо лично для меня, так есть ещё и Нефертари, родные… К сожалению, передоверить право быть «лабораторной мышкой» кому-то из родных было нельзя.

Дело даже не в пресловутой этике или опасности исследований. Проблема заключалась в том, что я как бы «эволюционировал» несколько больше, потому участие родни в программе не имело особого смысла. Привлекали, конечно же, но так — на второстепенные проекты.

Исследования постоянно прерывались необходимостью менять настройки и общаться с эмигрантами. Ещё раз повторюсь — не могу переложить эту работу на кого-нибудь ещё. Ганнибал за время моего отсутствия справлялся неплохо, а точнее — лучше, чем мы надеялись. И всё равно — ляпов было много и это несмотря на то, что с ним была целая команда из полудюжины воронов.

Отдать проект «на откуп» воронам в целом тоже не могу — «потеряю лицо» — и не только в глазах местных. Среди Иных Земли (и воронов тоже) были достаточно своеобразные понятия о чести, ответственности и прочем. Кое-что прекрасно вписывалось в привычную для современной цивилизации парадигму, но кое-что нет.

Грубо говоря, если я отстраняюсь от проекта слишком сильно, то из условных «герцогов» я скачусь в «рыцари», а то и в оруженосцы. То есть сейчас я по своему влиянию как минимум в первой пятёрке в нашей Стае — и это несмотря на то, что не являюсь пока Старейшиной. И не стоит забывать, что Стая-то наша имеет сюзеренитет или Старшинство над всеми Стаями/Кланами/Семьями Иных, прибывающих с Земли.

За властью не гонюсь, но… Существует Нефертари, для которой брак со мной — существенное понижение в статусе — и неплохо бы этот статус поднять. Она меня любит и вряд ли когда-нибудь упрекнёт, но с точки зрения мужского самоуважения… Есть родные, которым проще помогать, будучи у руля Большой Власти. Нужно учитывать и тот факт, что я и все мои родные — фениксы.

А это значит, что от моих сегодняшних действий напрямую зависит существование нового народа — и то, какое место займёт этот самый народ в иерархии Ветви. То есть хочется или нет, но лезть в политику необходимо — с головой… Тяжело — и даже очень, я всё-таки не политик, но — надо. Здесь сильно помогает Нефертари — благо, она прекрасно ориентируется в местных хитросплетениях, да и особенности Земной политики знает достаточно прилично — благодаря сотрудничеству с Гансом.

— Меня же как Защитника учили, — пожимает точёными плечиками супруга, в ответ на прямой вопрос, — в основном как… «Технического специалиста» — так, кажется, говорят на Земле. Но если работаешь с… системами безопасности, то нужно достаточно прилично понимать — какими путями могут вторгнуться противники. Ну а чтоб лучше понимать — учили и саму играть на другой стороне. Так что с работой разведки и особенно контрразведки, знакома неплохо. Ну а там… Пришлось начать, потому как одному из нас нужно было лезть в… это, а ты занят намного больше меня.

Откровения не были неожиданностью — нечто подобное давно… Даже не подозревал — знал. Вообще-то, зарекался в своё время спрашивать о таких вещах, но не получается. Хочешь не хочешь, а «нырять» в пресловутую политику нужно. А раз нужно, то нужно и выяснить степень осведомлённости супруги — всё-таки самый естественный союзник.

С того памятного разговора и началась моя учёба как политика/разведчика. На данном этапе я не слишком-то хорошо в этом соображаю…

Понятно, что НАМНОГО лучше среднего обывателя — где-то на уровне депутата городского Совета (уровня райцентра) из бывших ментов. Но мало, мало… Волею Судьбы и своими стараниями, вскарабкался я достаточно высоко, а здесь «климат» и «экосистема» отличаются более чем серьёзно.

Учёба идёт тяжело, но идёт. По словам жены, я «скорее не хочу, чем не могу» разбираться в этом. Вроде как подсознание отказывается воспринимать, потому как считает не слишком интересным. Ну а поскольку сейчас ситуации изменилась — и весьма заметно, то прогресс пошёл. Не могу сказать, что «семимильными шагами», но пошёл.

— Комитетчики просят прохода для своих людей, — сообщил мне Ганс.

— Я против!

Резковато? Есть немного, но… они нам не нужны, по крайней мере — сейчас. Потом, через несколько лет, когда всё «устаканиться»… Может быть. А может быть и нет.

— Что так?

— А зачем они нам? Сам же знаешь — моментально начнут «Игру», а то, что у них среди Иных есть какие-то агенты — сомнению не подлежит. «Спящие», активные, пассивные, добровольные или кадровые… Да пофиг! Есть гарантированно — и как только появится сигнал, начнутся «шпионские страсти», а оно нам надо?

— Надо, — уверенно заявляет Ганс, — у нас столько планов на двойную игру…

Беру паузу.

— Ганс, ты заигрался. Подумай сам: как бы мы не были круты, против нас — СИСТЕМА. Да, «козыри» у нас — и что? Среди эмигрантов гарантированно есть агенты, которые только и ждут хоть какой-то связи с Землёй. Да, сперва мы может выиграть что-то тактически — хорошие отношения там и прочую муру, но потом что? А потом что? Мы ведь даже не закрепились, понимаешь!? То есть какие бы у нас не были позиции на Ветви ПОТЕНЦИАЛЬНО, главное — не просрать их!

Ганса убедить не удалось и это стало одним из немногих случаев, когда мы всерьёз поссорились.

— Неужели он не понимает, что нам крайне необходима монополия? — разорялся я перед женой. И кстати — ей было действительно интересно, ну не было у нас привычки выкладывать второй половинке все новости.

— Понятно, что монополия эта продлиться не слишком долго — лет двадцать, если повезёт. Но зачем своими руками ломать её? Нам нужно укрепиться, собрать «сливки» с Земли, приучить эмигрантов к тому, что мы главные не только формально… Да много чего!

— Думаю, что он и в самом деле не понимает, — задумчиво сказала Нефератри после некоторого раздумья.

— Ганс… Он умный, безусловно умный, но… слишком государственник, понимаешь? Даже не так… Имперец. До становления вороном, он был дипломатом и разведчиком, работавшим на Россию. После — дипломатом и разведчиком, работавшим на воронов в России. Получается, что у него уже на подсознательном уровне — «Нужно сотрудничать с Россией».

Прикусываю губу — очень на то похоже…

— Отсюда и его стремление к Большой Игре и прочему, — медленно говорю я, стараясь не упустить мысль, — он подсознательно или даже сознательно «привязывает» нас к России и прежде всего — к российским спецслужбам. Гансу непривычно или неуютно существовать отдельно — отсюда и такой подход.