Дверь
Шрифт:
— Все мы были молоды и неопытны, но не все так рвались к знаниям. Дорогой Школяр, однако, ты слишком торопишься.
Он втянул шею в плечи и промямлил: «Простите».
— Может, вы сможете его вразумить? — с надеждой спросила Наставница.
Школяр непроизвольно покивал.
— И что с тобой делать? — с притворным укором покачала головой светлейшая Леда. — Пойдём-ка, я кое-что тебе дам.
Он полетел за ней как на крылышках, едва не утащив с собой и швабру…
Они прошли ярус, за ним ещё один. Прошли все коридоры, к которым у Школяра был доступ, и ступили туда, где он ещё ни разу не был. Леда привела его в комнату, где на стеллажах из белого дерева в пузатых стеклянных колбах хранились кристаллы всевозможных форм и расцветок. У Школяра челюсть отвисла от такого великолепия и многообразия.
— Что это? Что? Они будто живые! — воскликнул он, обернувшись вокруг на каблуках, жадно поедая взглядом колбы и их содержимое. — Что это? Что это? И кто это создал? И что в них? В них же что-то есть? Есть ведь!
Леда мелодично рассмеялась и поманила его за собой вглубь комнаты. Оказалось, что это было подобие библиотеки, только вместо книг тут хранились кристаллы. Мысль Школяра уже безумно работала, предполагая и связывая догадки воедино.
«Библиотека! Конечно! Совершенные носители! Вот они — флешки магов!»
Леда жестом предложила ему сесть за стол, он поспешно сел, поёрзал на стуле, всё ещё осматриваясь. Как ему хотелось потрогать эти кристаллы! Рассмотреть вблизи! И узнать, что на них записано.
— Я очень горжусь твоим рвением, дорогой Школяр. Не у каждого нашего адепта встретишь столь страстное желание… нет, жажду к познанию. Вдвойне мне приятно оттого, что ты сотворитель до мозга костей. Я верю, в будущем ты с лёгкостью сможешь вырастить любой из кристаллов, подобный этим.
— Но когда ещё будет это будущее? — жалобно заметил Школяр. — Я должен буду потратить годы?
— Почему эта мысль так тебя огорчает?
— Не знаю, — соврал он.
Леда вздохнула. Может, не поверила.
Он досадно прикусил губу, глянул на неё из-под чёлки.
— Ну… я просто… не могу я ждать…
— Почему? Насколько я знаю, ты не болен, тебе не надо спешить…
Он вновь досадно вздохнул, словно тут стало душно, невыносимо, тяжко.
— Я просто… просто хочу сделать что-то такое, чтобы…
— Чтобы что?
— Выбраться из того места, где я нахожусь… Может, если я смогу… смогу что-то, как полноценный маг, то… — он затрясся, понимая всю свою наглость и нахальство, но слова уже лезли: не из горла и не из головы, а из самого сердца, — то вы разрешите мне поселиться здесь.
Кажется, его признание Леду нисколько не удивило. Школяр боялся, что признание её расстроит. Так и вышло, на лице Леды появилось озабоченное, взволнованное выражение. Школяр и сам непроизвольно заволновался и даже извинился — на всякий случай.
Леда улыбнулась.
А его вдруг как током дёрнуло. Школяр выпрямился, облизал губы, вмиг растеряв дыхание, почувствовав, как в лицо бросилась кровь, и выпалил:
— Помогите мне, умоляю!
Лицо у Леды слегка вытянулось, Школяр запаниковал, но остановиться уже не мог и заговорил быстро и сбивчиво:
— Я чувствую, что мне какой-то ерунды не хватает, какого-то… ну будто винтика, фигни какой-то! Она меня отделяет от прекрасного кристалла!
— И как же я помогу тебе с этой… «фигнёй»? — улыбнулась Леда.
— Я знаю, вы можете. Ваши советы на вес золота! Я знаю! — повторил он почти нагло. — Те, кому вы подсказываете, поднимаются до высот!
Она вздохнула, будто обречённо, подняла на него ясные и добрые голубые глаза. Школяр вжался в стул и стушевался.
— Ты так одержим идеей вырастить кристалл. Ты хочешь какой-то особенный? Или дело в чём-то другом?
— Я… я бы хотел его подарить.
Она удивлённо воскликнула и вмиг оживилась.
— Подарок, как необычно. Кому-то из адептов?
Он угрюмо кивнул и пробубнил:
— Кристалл может быть амулетом, накопителем. Очень красивая и полезная вещь. Это хороший подарок…
— Ты точно знаешь, что хочешь подарить. И кто это счастливица?
Школяр смолк и густо покраснел, съёжился под проницательным взглядом.
— Ну… это секрет…
— Какой ты милый, добрый мальчик, — почему-то вдруг с грустью проговорила Леда. — Что ж…
Она поднялась и скрылась за стеллажами. Школяр сидел, как на иголках, ловя каждый шорох, стук, лёгкое клацанье. Леда вернулась с колбой в руках, Школяр впился взглядом в золотисто-янтарный кристалл.
— Можешь подсмотреть немного кристальной мудрости здесь, — сказала она, поставив перед ним колбу. — Только будь осторожен. После использования у тебя может кружиться голова, посиди, не вставай резко.
Он сглотнул, сосредоточенно кивнул и протянул дрожащие руки к колбе. Леда улыбнулась и сняла крышку…
***
…Голоса долетали издалека. Один — чудесный, ангельский — принадлежал Леде, другой — мягкий и плавный, но мужской — был Школяру незнаком.
Голоса стихли как по команде, стоило Школяру отлепить от стола голову. Из-за стеллажа вышла Леда.
— Как всё прошло?
Он поморгал, всё ещё держа в голове формулы и знания, а потом вскочил, напугав Леду, поклонился, чуть не приложившись лбом об стол, и выпалил:
— Я хочу испробовать на деле! Позвольте! Немедленно!
— Но уже позд…
— Позвольте! — повторил он и рванул вон, боясь потерять мысль.
— Школяр!
Он пронёсся по комнате к выходу, отметив, что краем глаза видел в библиотеке кого-то ещё, какое-то светлое пятно… Но мысли о кристалле вытеснили всё остальное.
Он добрался до нужного яруса бегом, запыхался (спорт никогда не был его сильной стороной) и по нужному коридору уже шёл, тяжело переводя дыхание. После чтения кристалла Школяр и правда чувствовал слабость, как от погружения на глубину, но в нём всё бурлило и искрилось, Школяр испытывал высшее счастье и хотел скорее его выплеснуть. В коридорах стояла тишина: кажется, все уже разошлись, занятия окончены. Сколько же он проспал?