Шрифт:
Пролог
В старой таверне «Корона Гор» в этот день было многолюдно. Тут находились люди, гномы, эльфы, несколько леших и даже кентавр. Дверь таверны открылась и, прячась от дождя, внутрь вошёл очень старый гном. У него не было левого глаза, от брови до щеки тянулся старый шрам, густая ярко-седая борода доходила до пояса и была в некоторых местах завязана в косицы, а волосы, те, что остались на голове, были завязаны на затылке в хвост. Несмотря на возраст и явно плохое самочувствие, гном твёрдой походкой прошёл к камину, игнорируя вешалку и расстроенный взгляд молодого трактирщика, повесил мокрый, старый, выцветший плащ с эмблемой красного ромба, над камином. На вид гному было четыреста с хвостиком, но на самом деле триста восемь лет. Это очень преклонные годы для гномов. Но возраст ничто по сравнению с тем, через что ему пришлось пройти в своей долгой жизни.
Трактирщик в немного грязном фартуке подошёл к гному, кинув усталый взгляд на лужу перед камином, спросил:
– Вы Дверг?
– Да, – сказал гном с удивлением. – Я и не знал, что кто-то ещё помнит наш клан. Принеси, парень, выпить кружку чёрного эля «Треуголка», если есть.
Его голос был сиплый, глухой, но твёрдый как камень.
– Эх … ну так и быть. На твоё счастье я знаю одного человека, потомка того пивовара, придумавшего рецепт. Недавно купил у него последний бочонок, жаль его вскрывать так рано, но для таких, как ты, принесу. С тебя золотой.
У гнома округлились глаза. Он не был скуп, но цена за одну кружку была явно высока. Хотя если вспомнить что пивоварня «Треуголка» была уничтожена около ста пятидесяти лет назад, то трактирщика можно было понять. Варить эль по старому рецепту было очень трудно без специальных устройств. Всего несколько людей в мире ещё помнили, как делать напиток, но их поставки были крайне редки.
– Ну, так и быть! – сказал, усмехнувшись, трактирщик – Скину полцены за рассказ и твоё имя. Вы явно много странствовали и много знаете. В нашем городишке не часто бывает что-то интересное, а рассказ о дальних странах вечером перед камином – то, что надо.
Более половины посетителей дружным гулом поддержали трактирщика и приготовились слушать историю давних дней. Не каждый вечер в таверну захаживает старый гном, ветеран войны Тёмных Лет.
– Тогда назови и себя, трактирщик.
– Я Рониг, сын Бельфхельма, сына Яргонда. Мой дед построил эту таверну в память о великой битве при Ирилионе, когда нам помогли твои родичи, – в голосе Ронига сквозила неприкрытая гордость за деда.
– А… помню его, – лицо Ронига выказывало большое удивление – Храбрый был, спас меня от смерти… Так вот, ты спрашивал моё имя…
В таверне образовалась такая тишина, что от треска в камине закладывало уши.
–… Шор Молнехват. И раз ты просишь рассказ о старых днях, ты его получишь, – в таверне уже не половина присутствующих слушала Шора, а весь зал и пара десятков новых посетителей, которые услышав, что в зале ветеран, примчались со всех ног. В маленьком городке такие события редки.
– Начну я, пожалуй, с самого начала. И что бы рассказать всё, мне придется приходить в твою таверну, пожалуй, дней пять. И, думаю, ты не откажешь старику в целом бочонке «Треуголки» и ночлеге за полцены, – сказал Шор усмехнувшись.
По залу пронесся шепот одобрения. Некоторые попросили подождать, пока они сбегают за родными и друзьями. А значит, таверна наполнится новыми посетителями, и будет тесновато.
Трактирщик был не против такого поворота событий, в добавок получается, что это гном знал его деда. Рониг быстро подсчитал в уме, что он за пять дней соберёт большую прибыль, заодно про себя решил нанять пару новых слуг, и поставить больше столов. Но всё это завтра, а пока он приготовился слушать один из самых редких рассказов в истории…
– Я расскажу вам историю о Всеобщей Войне и легенду Багряных лет. Та давняя война затронула все народы….
Никем не замеченный в зал вошёл высокий человек в неприметной одежде, прикрытой плащом с капюшоном, который он не снял, и сел на один из немногих пустых стульев недалеко от Шора, со стороны пустой глазницы гнома. Рядом находящиеся посетители неосознанно поёжились и накинули на себя свои плащи…
Карта Вольдара
Народы
После окончания войны за богатый и плодородный континент, закончившийся поражением Владыки Сумрака в 2838 году первой Эпохи, знакомый всем мир изменился навсегда. Земли Вольдара раскололись, и этот катаклизм вошёл в летописи как Раскол. Никто из живых не знает, как это случилось, было ли это ошибкой, или сделано со злым умыслом? Может это была месть Владыки Сумерек или ошибка в заклинании? Эта загадка останется нерешенной. После Раскола земли Вольдара стали существовать три известных континента, разделённые океаном, не считая смертельно опасного перешейка между двумя континентами на далёком севере.
Первый был богат и плодороден, он протянулся в длину от крайнего севера до холодного юга. В ширину от страшного Разлома до западной части океана Жестокости. Он стал известен под названием Радхельм. На том континенте обитало много народов.
Люди были одной из самых многочисленных рас. Они сильны, храбры, до недавних времён славились своими мудрецами и учёными наравне с воинами. Как смогли люди пережить Раскол, неясно. Скорее всего, это были мореходы и жители окраин древних империй и государств. Они, в большинстве своём, заняли центр Радхельма и территории близ него. Однако есть и другие человеческие народы, им удалось выжить на соседних континентах.
Характер у людей разнообразный. Но главное было то, что в сердцах их не находилось и капли вероломства… в бывшую эпоху. К несчастью, некоторые из них нашли странные осколки артефактов Древних, канувших в небытие народа Форготов, и это поселило в их сердцах тьму.… Те люди стали искать себе подобных, и находя их, делились своей тьмой, злобой и ненавистью. Эта «зараза» была замечена другими людьми.
«Заражённые» стали отличатся от своих собратьев, они стали выше, их кожа приобрела странный голубоватый оттенок, а глаза полыхали огнём ненависти. Через некоторое время поднялся жестокий в своей ярости бунт, и после кровавого сражения, между некогда единой расой, произошел раскол на Людей и Хладов. С помощью других союзных рас люди смогли уничтожить почти всех хладов, во время битвы некоторые «заражённые» смогли сесть на корабли и отплыть на юг, вскоре они пристали к берегу. С тех пор таинственный, суровый южный континент стал известен под названием Хладфельм. Угроза со стороны Хладфельма была минимальной и народы Радхельма через пару столетий забыли о них, посчитав, что немилосердный климат земли добил остатки хладов. Это стало ошибкой.