Чтение онлайн

Как всегда, нашел его в своем штабе, где он вместе с Тахателовым, Кондратенко и Белым корпел над картами города Дальний. Дождался, когда адъютант меня пригласит и вошел. Поздоровался со всеми.

— Что вас к нам привело? — после церемониальных обменов любезностями, спросил Стессель. — Опять у вас какие-то интересные идеи?

— На этот раз нет, интересных идей не будет. Я лишь хочу сходить в Чифу и прикупить там продовольствия.

— Продовольствие — это хорошо. Но только почему вы пришли с этим вопросом ко мне? Вам к Витгефту надо, у него лохань выпрашивать.

— К Витгефту я еще схожу, не думаю, что откажет помочь. Тут дело в другом.

— В чем же?

— В деньгах. Ваша крепость купит у меня это продовольствие или нет?

— Купит в любом количестве, — кивнул он. — По ранее установленным расценкам.

— Позвольте, но в связи с тем, что в городе наблюдается острая нехватка обычного продовольствия, а цены на рынке существенно выросли, не будет ли справедливым изменить закупочные цены? Увеличить их хотя бы на треть?

— С какой стати?

— С такой стати, что при подобных ценах мне будет выгоднее продать продовольствие не крепости, а на рынке. Служанка моя на днях жаловалась, что синяя курица сейчас на базаре продается по три рубля, а дюжина яиц по два. Простого мяса днем с огнем не сыскать.

— Ну и что? — удивился Стессель. — Хотите продавать населению, продавайте, не вижу для вас никаких препятствий. А крепость будет у вас закупать по уже установленным ценам.

Было видно, что по этому вопросу с ним не договориться. Да и чуть позже мне сказали, что Стессель на подобное действие ни за что бы не пошел, ведь это как никак растрата казенных средств. То, что людьми воруется и совершаются налево и направо подлоги, это одно, а вот то, что с какого-то непонятного перепугу крепость вдруг станет тратить лишние деньги, которые будут подтверждены документально…, так вот, за это могут и спросить. Так что, с этой стороны меня ждала неудача. Военные согласны были покупать продукты в любых количествах. Острая нехватка предвиделась у них буквально по всем позициям — гречки было мало, скот, что не так давно пригнали, с каждым днем уменьшался на сорок голов и через месяц-другой солдаты опять подсядут на консервы, мука, что пшеничная, что ржаная, так же имелась в ограниченных количествах. В общем, ушел я от Стесселя ни с чем, но, тем не менее, мое желание прикупить на китайской стороне продукты никуда не ушло. И я, попрощавшись, собрался было уйти из штаба, да только вот почти возле самой двери меня вдруг окликнул Кондратенко.

— Василий Иванович, а скажите, вот вы на Высокой бетон заливали поверх рельс. Зачем вы это делали? С какой целью?

— Чтобы крепче было, — кратко ответил я. — Рельсы, конечно, не самый лучший материал для этого дела, здесь бы более подошел бы прут миллиметров на двенадцать. Но за неимением такового пришлось использовать списанные рельсы, которые бы просто пошли на переплавку.

— Понятно, а на сколько крепче? Откуда вы это взяли?

Я уклончиво пожал плечами и нагло соврал:

— Железобетон уже давно используется. Он прекрасно подходит для силовых конструкций, а уж для бетонированных укреплений его использовать сам Бог велел.

Кондратенко нахмурил брови, задумался. Потом отвернул голову от меня и бросил Стесселю:

— В Дальнем сложено огромное количество неиспользованных рельс. Раз уж теперь нет возможности использовать их по прямому назначению, то я бы рекомендовал их вывезти в Артур и пустить на укрепления. Я ничего не знаю про железобетон, не слышал об этом, но здравый смысл в словах господина Рыбалко присутствует. Снарядам будет гораздо сложнее расковырять подобную преграду. А как вывезем их, так и можно будет взрывать.

Что там они собирались взрывать я не понял. Но если судить по разложенной перед ними картой города Дальний и по сделанным на ним отметкам, выходило, что Стессель, готовясь к обороне, сжигал за собою мосты, с той целью, чтобы действующая инфраструктура не досталась противнику.

После этого я ушел из штаба. Договориться, конечно, мне с ними не удалось, но это ничего для меня не значило. Мне все равно надо было сходить к китайцам. А путь туда был только один — по морю. И после встречи со Стесселем дорога мне выпала к нашему порту. И вот какая удача, там я узнал, что буквально завтра в Инкоу будет прорываться «Лейтенант Бураков», наш самый быстрый миноносец. И он туда обязательно пройдет, а значит и мне следовало быть на этом корабле. Инкоу еще не был взят японцами и находился он гораздо ближе чем Чифу и морская дорожка к нему лежала вдоль западного берега Ляодунского полуострова и кораблю не было нужды пересекать открытый всем наблюдателям пролив.

Договориться о том, чтобы на этом корабле прихватили и меня не составило никакого труда и ранним утром следующего дня, взяв с собою Мурзина, Данила и всех своих химиков, у которых закончилась вся работа, я выдвинулся на китайскую сторону. И через несколько часов «Лейтенант Бураков» безо всяких происшествий пришвартовывался в грязном порту Инкоу. Сойдя на берег, я рассчитал работников, выплатил все долги и, выдав дорожные деньги, отправил до дома. Те, надо сказать, прощались со мною с явным облегчением — перспектива застрять в осажденном Артуре на долгие месяца их совершенно не радовала.

— Ну, что, Егорыч, ты здесь уже бывал? — спросил я оглядывающегося Мурзина.

— Нет, не приходилось. Впервые здесь. Но знакомые морды уже вижу. Вон тот толстяк у нас в Дальнем приторговывает. Пойдемте-ка к нему все выспросим.

Мы стояли неподалеку от небольшого порта, на рейде которого находилось с десяток китайских суденышек. Наш «Лейтенант Бураков» над всеми этими лоханками, по-другому я их назвать не мог, возвышался могучей и неприступной скалой. У командира миноносца я узнал — он собирался возвращаться только завтрашним днем и он готов был взять кое-что из нашего груза. Так что, нам следовало поторопиться.

На китайский базар мы не пошли — делать там нечего, розница нам не подходила. Пришлось искать тех, кто готов был торговать оптом. Тот самый толстяк подсказал к кому лучше обратиться, чтобы получить опт по приемлемым ценам. И такие нашлись тут же в порту. Несколько деревянных бараков, построенных в китайском стиле, занимали как раз такие торговцы. У них было почти все. И мясо, и консервы, и крупы и овощи долгого хранения. А того, чего не было, они обещали быстро достать. Как обычно в таких делах, китайцы ломили цены. И чтобы торговаться с ними нужно быть таким же пройдохой. Мурзин таким был и торговлю он вел со знанием дела. Цену на гречку он сбил до самого минимума, и мы купили у вечно потеющего плотно сбитого китайца триста пудов. Вечером же загрузили мешки на борт «Буракова» и отправили Данила до Артура в качестве сопровождающего.

Но миноносец, уйдя ранним утром, через пару часов вернулся — японцы блокировали путь до Артура. И на следующий день он задержался в Инкоу, а смог уйти лишь третьим днем. Ну а следом и мы за ним, на тихоходной китайской шаланде, что тащила на себе с десяток тонн американских консервов и с десяток бочек с засоленным мясом. Свежее мясо взять было практически невозможно, да и бессмысленно. Единственно, что я себе позволил, так это три десятка кур, да горлопанистого петуха. Взял их не для продажи, для себя, так что свежим яйцом наша компания была обеспечена на все время осады.