Чтение онлайн

Аст бросила на меня неприязненный взгляд:

— Я знаю, кто она. И что она. Я надеюсь, ты потом не будешь сожалеть об этом. Мне жаль, что тебе больно. Могу я прислать тебе что-нибудь?

Тень улыбки промелькнула на губах Рамзеса. Думаю, в этот момент я была близка к тому, чтобы по-настоящему полюбить его, когда он покачал головой и бережно поцеловал ее руку.

— Поверь мне, Аст, у меня есть все, что нужно, — ответил он. — Просто приходи позже и посиди со мной. Мы ведь так редко видимся, только на праздниках и официальных приемах.

Его жена царственно кивнула, снова с презрением окинула меня взглядом с ног до головы и выплыла, ее свита последовала за ней. Я смотрела, как она уходит, и во мне поднималась волна торжества. Царица Египта, самая могущественная женщина на земле, ревновала ко мне. Находясь на вершине триумфа, я жалела ее.

Мы с фараоном поели вместе, и я заметила, что он выглядит намного лучше. Когда мы закончили трапезу, он отпустил меня помыться и переодеться, но настаивал, чтобы я вернулась. Остаток дня мы разговаривали, играли в игры на доске, и он время от времени ненадолго засыпал целебным сном выздоравливающего. Трижды нас прерывали министры, которым требовалась царская печать или совет. Шумный двор гарема казался мне теперь очень далеким.

На закате я наконец осмелилась убрать мясо с его ран и осмотреть их. Сняв покрывало и приподняв его ночную юбку, я осторожно прорезала льняные бинты. Кусок говядины отвалился легко, и мы оба уставились на аккуратные швы, окруженные неровными разводами красно-лилового синяка. Я про себя прочитала благодарственную молитву Вепвавету. Ничто не указывало на распространение ухеду.

Послав за горячей водой, я омыла его бедро, истолкла еще рябиновой коры, смешала ее с успокаивающим медом и намазала поврежденное место. Во время процедуры я не могла не отметить постепенное затвердение его члена. Фараон определенно чувствовал себя лучше. Наложив квадратик чистого льна на целебную мазь, я собиралась закрыть свою врачебную сумку, когда Рамзес схватил меня за руку и прижал ее к губам гораздо более пылко, чем он пролетал это с рукой собственной жены.

— Ты делаешь удивительные вещи этими маленькими руками, — сказал он хрипло. — Я люблю тебя, маленький скорпион. Ты не сильно ужалила меня, в конце концов. Скажи мне, Ту, есть что-нибудь, чего ты хочешь? Что я могу дать тебе?

Наслаждаясь моментом, я охватила его лицо ладонями и медленно поцеловала. Чего я хочу? Дюжина картин пронеслась перед моим мысленным взором, но я знала, что должна быть осторожной. Сейчас не время выжимать все из своего преимущества, чтобы не показаться жадной.

— Я тоже люблю тебя, Могучий Бык, — прошептала я. — Ты был истинно великодушен со мной. Как, скажи, я могу просить тебя о чем-то еще?

— Легко, — ответил он. Просто открой этот дерзкий ротик, моя наложница. Драгоценности? Дорогие одежды? Сандалии, легкие, как речная пена? Что?

Я напряженно думала. Наконец я положила руки на колени и кротко опустила глаза:

— Если моему владыке угодно предложить мне подарок, я, может быть, буду безрассудной, выразив желание. Не гневайся, пожалуйста.

Он нетерпеливо рыкнул, но улыбнулся. Я подняла взгляд, продемонстрировав ему все великолепие своих синих глаз:

— Я дочь крестьянина, ты знаешь это, мой повелитель. Я тоскую по земле. Подари мне поле, чтобы пахать, великий фараон, сад или маленький уголок, где я смогу пасти несколько коров.

Он озадаченно посмотрел на меня, и его густые брови поползли вверх, до самого края его шапочки.

— Ты просишь землю? Так нет ничего проще, моя дорогая. Где ты хочешь ее получить? Лучшие земли в Дельте. Их плодородие может принести большой урожай, если обрабатывать их как следует. Что-нибудь еще?

— Да. — Я была невероятно счастлива. Я, Ту, буду владелицей земли. Этот большой, великодушный человек может сделать меня счастливой одним взмахом кисти своего писца. — Я бы хотела иметь разрешение навещать прорицателя когда захочу. Он мне как отец, и я скучаю по нему.

Рамзес кивнул:

— Конечно, когда бы ты ни захотела. И у тебя будет собственный скиф и носилки. — Он насмешливо сдвинул брови. — Но ты должна заплатить за это. Прямо сейчас. Сними свое платье, врачевательница, и выполни свои обязанности примерной наложницы, потому что твой царь снедаем вожделением.

Я тоже нахмурилась в ответ и, натянув на него покрываю, плотно подоткнула его.

— О нет, божественный. Я бесконечно благодарна за твою доброту и покорена твоей любовью, но мои обязанности врачевательницы еще не выполнены до конца. Сегодня никакого вожделения, только исцеление. Я приказываю.

Он разразился бурным смехом, прижал свой толстый палец мне между бровей и стер мою складку. Я не могла устоять перед его весельем и принялась смеяться вместе с ним.

В этот момент на пороге появился вестник. Я села на свой стул, и Рамзес кивнул, чтобы он вошел:

— Говори.

Вестник поклонился.

— Хранитель дверей приказал мне донести до моего владыки новость: наложница Ибен только что разрешилась от бремени царственной дочерью, — сказал он. — И мать, и дитя чувствуют себя хорошо.

Рамзес улыбнулся.

— Девочка? Это прекрасно. Передай Ибен мои поздравления. Свободен. — Вестник попятился, и фараон рявкнул: — Паибекаман!

Неслышно появился дворецкий:

— Да, мой повелитель?

— Выбери в моей сокровищнице несколько безделиц для Ибен, может быть, браслет или пару сережек. И скажи астрологам, пусть посоветуются и выберут подходящее имя.

Паибекаман встретил мой взгляд.

— Сейчас же, мой повелитель, — сказал он.

Я скользнула взглядом по его высокой фигуре. Он молча удалялся.

— Теперь, если ты настаиваешь на поддержании этого смехотворного барьера между нами, можешь наконец рассказать мне скучную историю, которая поможет мне уснуть, — сказал Рамзес.

Я снова сосредоточила внимание на владыке. «Моя судьба ни в коем случае не должна повторить судьбу Ибен, — думала я с ужасом. — Будь осторожна, Ту, моя девочка. Ибен забеременела. Ибен сама себя уничтожила. Будь осторожна, о боги, будь осторожна!» Мой голос, когда я заговорила, дрожал. Но фараон, казалось, не заметил этого. Он откинулся и закрыл глаза.