Чтение онлайн

— Да, по всей вероятности, это был он, — заметил Ковалевский, разглядывая фотографии.

Фриц Крамер, которого я долго разыскивал, встретившись со мной, сказал, что это был не Канарис. Но он так и не объяснил, кто же в этом случае выступал в роли его «начальника».

Три или четыре визита Канариса в Португалию во время войны были замечены союзниками. Однако присутствие Канариса в Лиссабоне вызывало меньшие опасения, чем его присутствие в Мадриде, где тайная война между абвером и английской секретной службой была более напряженной.

Приезжая в Португалию, Канарис встречался с Крамером и делился с ним своими мыслями. Он приказал ему не совершать диверсионных и террористических актов и никогда не говорил ему о приказе Гитлера убить Черчилля. «Мне приходилось встречаться с Черчиллем до войны, — сказал как-то Крамеру адмирал. — Я считаю его после Рузвельта наиболее видным государственным деятелем нашего времени».

Английская секретная служба постепенно теснила абвер в Испании. Положение в Германии также находилось под угрозой. Попытка совершить переворот не была достаточно эффективной, и эсэсовцам удалось подавить ее.

— Спаси нас бог от послов, которые заботятся об обеспечении безопасности, — заявил мне один из офицеров английской службы безопасности.

— А разве они глупее обыкновенных людей и чаще допускают ошибки? — спросил я.

— Нет, они не глупее других, но последствия их необдуманных поступков могут быть очень серьезными, — ответил он.

— Вы имеете в виду случай с Цицероном?

— Нет, сейчас я думаю о жемчужном ожерелье… Цицерон был не единственным камердинером или дворецким, шпионившим за английскими послами. Я никак не пойму, Почему мы не назначаем дворецких на дипломатическую службу. Ведь они — лучшие дипломаты в мире,

— Ну а при чем же тут жемчужное ожерелье?

— О, именно из-за него бывает иногда трудно обеспечить безопасность посла. Когда кто-либо достигает такого высокого поста, то прекрасно понимает все происходящее в мире. Но иногда, несмотря на свое длительное пребывание на дипломатической службе, он не обращает внимания на различные мелочи, например, не замечает, что ключи или документы лежат не там, куда он их положил, и уверен, что у него все в порядке с точки зрения обеспечения безопасности. А если вдруг кто-нибудь предупредит его об этом, он сразу же впадает в амбицию и расценивает это предупреждение как покушение на его авторитет. Так, в частности, было и в случае, который я имею в виду. Это произошло перед войной.

— Кто-нибудь предупредил посла?

— Да, но он отнесся к этому довольно-таки пренебрежительно. Поскольку никаких прямых доказательств против его камердинера не оказалось, а были только предположения, посол не захотел с ним расстаться.

— Вы имеете в виду случай с…

— Да. Всегда излишняя щепетильность заслоняет собой все остальное, и обязательно что-нибудь происходит.

Слушая его, я уже забыл о Цицероне и заинтересовался историей с жемчужным ожерельем.

— Некоторые говорят, что английская секретная служба глупа, другие, наоборот, — что очень умна. Я не берусь утверждать ни то, ни другое… Дочь одного посла собиралась выйти замуж. По этому случаю из Англии привезли фамильное жемчужное ожерелье. Посол хотел подарить его дочери в день свадьбы, а пока хранил ожерелье у себя в спальне. И представьте, оно оттуда исчезло. Кто мог взять его? Подозрение сразу пало на камердинера, хотя никаких доказательств его виновности не было. Однако посол все же уволил своего слугу. И как ни удивительно, незадолго до свадьбы ожерелье нашлось.

— Довольно странная история.

— Да, именно странная, но дело в том, что камердинер все же был уволен, и это произошло немного раньше случая с Цицероном.

— Я интересуюсь немецким шпионажем в Турции. Не могли бы вы мне объяснить, почему адмирал Канарис, в частности в Анкаре, нанимал для работы в качестве агентов глухонемых? — спросил я.

— О, бедный Нэтчбулл [80] . Сначала этот Цицерон, потом глухонемые…

— Они следили за ним в ресторанах. Когда посол разговаривал с кем-нибудь, они наблюдали за движением его губ… Мне об этом рассказывал один из офицеров абвера.

— О, пожалуй, в этом есть смысл. В Анкаре всего три ресторана, куда можно было бы пойти. Это не то что в Мадриде или Стамбуле, — ответил мне мой собеседник. — Когда Кемаль Ататюрк [81] перенес столицу из Стамбула в Анкару, он перевел туда и весь дипломатический корпус. Анкара, как вы знаете, расположена на горном плато в Малой Азии на высоте около тысячи метров над уровнем моря. Летом там сухо и жарко, а зимой очень холодно. Это новый город, хотя там и имеются развалины древней цитадели. Вся жизнь в Анкаре сосредоточена в основном на одной центральной улице длиной почти пять километров, вдоль которой густо растет акация… Она носит название бульвара Ататюрк. Здесь расположены все посольства и консульства. До переезда в Анкару послы и другие старшие сотрудники посольств вели в Стамбуле, в этом портовом городе-космополите, довольно веселую жизнь. И после переезда в Анкару послы летом обычно уезжали в Стамбул, где хотя тоже страшная жара, но все же из-за близости моря она легче переносится.

Английское посольство расположено в восточной части бульвара Ататюрк, невдалеке от дворца президента. По соседству с ним находятся швейцарское и чехословацкое посольства. Французское и американское посольства расположены несколько позади бульвара Ататюрк. Напротив них разместились посольства Польши, Ирана, Китая, Ирака и Бразилии. Итальянское и немецкое посольства расположены на южной стороне бульвара, рядом с советским посольством, а на северной стороне бульвара — посольства Греции, Голландии и Бельгии. Там же находятся и все имеющиеся в Анкаре рестораны: ресторан «Сория», или, как его еще называют, ресторан Сержа, который бывает открыт только зимой; ресторан «Карпика», находящийся рядом с отелем «Палас»; ресторан «Фаия» и ресторан при вокзале. Конечно, английский посол не отправится обедать в ресторан на вокзале, хотя готовят там хорошо. Таким образом, он мог бывать только в трех ресторанах, и излюбленным из них был ресторан «Карпика», который часто посещают английские и немецкие дипломаты. Герр фон Папен и сэр Хью Нэтчбулл-Хьюгессен иногда обедали там в один и тот же вечер. Так живет Анкара.

Турция расположена на пути к нефтяным полям Среднего Востока и дальше, к дельте Нила. Являясь другом, а затем и союзником Англии, Турция имела для нее очень важное значение даже тогда, когда была нейтральной. Нейтральная Турция закрывала Гитлеру дорогу на Багдад и к Персидскому заливу. Турки со страхом следили за гигантской борьбой между Германией и Россией, так как победа любой из сторон создавала угрозу для их страны. Безопасность Турции была бы лучше обеспечена, если бы Россия и Германия имели равные силы. Такова была точка зрения одного английского дипломата в Турции.