Чтение онлайн

Я сделал знак бармену.

— Ерунда. Меня вот приняли за кинорежиссера, и имей в виду, что кинорежиссер в Голливуде — самая важная фигура.

Бармен подошел и вопросительно приподнял брови, сохраняя безразличное выражение лица. Я заказал большую порцию сухого мартини.

Пока он без малейших признаков энтузиазма ее готовил, Элен поинтересовалась:

— Ты ведь конечно же не выпивал все это время с Фэншоу?

— Не знаю насчет «конечно же», — парировал я. — Я бы мог провести с ним буйный вечерок. По его словам, у него есть длиннющий список телефонных номеров, и он с удовольствием ими со мной поделится.

— И что ты ответил?. — протянула Элен, разглядывая свой нос в карманное зеркальце, потом удовлетворилась увиденным и спрятала зеркальце в сумочку.

— Разумеется, искушение было велико, — беззаботно сказал я, — но, хорошо подумав, я решил, что птичка в руке лучше двух в телефонной книге. Не такой уж я активный.

Бармен поставил мой мартини на столик, забрал плату и вернулся к стойке.

— Я думал осмотреть контору Денни, — продолжал я. — Вот поработаешь со мной бок о бок и узнаешь, что у твоего мужа все в руках горит. Боюсь, нашего приятеля Денни будет нелегко отыскать. Управляющий домом ничего подсказать не смог, а поскольку нам важно как можно скорее найти мистера Денни, я предлагаю плотно поужинать, а потом я вернусь к его конторе: а вдруг в его личных бумагах я отыщу ключ к его нынешнему местопребыванию? Как по-твоему, хорошая мысль?

— Ты хочешь сказать, что намерен туда вломиться? — спросила Элен, удивленно распахнув глаза.

— Видимо, ты бы так это и назвала. Дверь показалась мне не слишком прочной.

— А вдруг тебя обнаружит полицейский?

— Я предусмотрел такую возможность. Я приложу все усилия, чтобы меня не заметили, но если он будет настаивать на том, чтобы на меня поглядеть, то я исчезну с максимально возможной скоростью.

— А вдруг он тебя поймает или подстрелит?

— В таком случае я проведу несколько месяцев в тюрьме или долгий срок в гробу, в зависимости от того, какой метод поведения он предпочтет. Все это пустяки. На риск такого рода я пускаюсь ежечасно, просто впервые тебе об этом говорю.

— Я пойду с тобой.

— Ни в коем случае, — твердо сказал я. — Эта работенка не для девушки. Ты сама только что сказала, что на сцене может появиться вооруженный коп. Не хочу, чтобы ты рисковала своей прелестной кожей. Ты останешься здесь, а я тебе подробно все расскажу, когда и если вернусь.

— Я иду с тобой, — с не меньшей твердостью заявила она. — На самом деле было бы лучше, если бы ты остался здесь, а я бы сделала все сама. Девушке гораздо легче проделать такую штуку, чем мужчине, и шума будет значительно меньше. Полицейский и не подумает в меня стрелять, а вот в тебя непременно пальнет.

— Но послушай, — возразил я, — это работа для опытного следователя, а не для любителя. Ты не сможешь войти. Для этого нужно взламывать дверь, возиться с замками и тому подобное. Верю, что твоя принадлежность к женскому полу удержит полицейского от выстрела, но хотел бы я посмотреть, как женщина открывает запертую дверь.

— Тогда пойдем, и увидишь.

Мы вышли из отеля «Калвер» сразу после одиннадцати. Перед этим, начиная с восьми часов, мы выпили еще несколько коктейлей и съели великолепный ужин, обсуждая за трапезой страховку Джеллерт. Теперь, когда у нее было время подумать на эту тему, мне было интересно послушать, что она думает по поводу этой истории, но подгонять ее было нельзя.

— Я понимаю, что дело кажется подозрительным, — говорила она, — но это не обязательно означает, что оно и впрямь подозрительное. Страховка могла быть на самом деле оформлена для рекламы, в это можно поверить. Алан — хороший агент, и он может все потерять, если заключит неудачную сделку. Если он удовлетворен этой сделкой, а его нелегко обмануть, то, значит, эти двое — честные люди. Тим Эндрюс мне сказал, что, по его мнению, страховка в порядке. Он очень высокого мнения об Алане. Он сказал, что готов был принять полис без проверки только потому, что им занимался Алан. Конечно, Мэддакс Алана не любит. Мэддакс проверяет на свет любую страховку, но в то же время нельзя забывать о том, что у него отличный нюх на фальшивки. Он пока что не ошибался, и возможно, что Алана одурачили.

— Знаю, но вот что меня беспокоит: если это все-таки мошенничество, то каким образом убьют эту девушку? Пока что я вижу только одну возможность… — Я рассказал ей о неисправной электропроводке и как это можно отделить от казни на электрическом стуле.

На Элен моя идея впечатления не произвела.

— Разве часто казнят женщин? Если это обман, то, кто бы его ни затеял, этот человек обязательно должен позаботиться о том, чтобы получить деньги.

— Моя идея в том, что она уже совершила убийство, — объяснил я, — а теперь оформила эти страховки, чтобы обеспечить себе самую лучшую защиту в случае, если ее поймают. Я согласен, что шансы попасть на электрический стул у нее невелики, но пока суд да дело, мы и остальные компании могли бы организовать ее защиту, чтобы оградить себя от возможной претензии.

Но Элен моя мысль показалась слишком уж фантастичной.

— Если это мошенничество, — серьезно сказала она, — тогда его цель — деньги. В этом я уверена. Похоже на то, как ловкий иллюзионист организует сцену для волшебного фокуса: отвлекает тебя пассами правой руки, а сам делает трюк левой. Может, я ошибаюсь и мы вообще зря теряем время на догадки, пока не встретимся с ними обоими, но помни о том, что я сказала. Если это обман, нам нужно очень внимательно следить, чтобы они не подменили эту карту другой, которую сейчас прячут в рукаве.

— Ты что, ясновидящая? — поинтересовался я. — Или это твоя знаменитая интуиция?

Элен рассмеялась:

— Не знаю, милый, просто думаю вслух. Может быть, я вовсе не права.

На этом мы закончили.

После ужина мы поднялись в номер переодеться. Из своего портфеля я достал отмычку и полицейский револьвер 38-го калибра, а Элен натянула брюки и темную куртку и заправила волосы под берет.

— Если ты думаешь, что похожа на мальчика, — сказал я, глядя, как она рассматривает себя в зеркало, — то я могу тебе подсказать, в каких местах у тебя это не получилось. Начнем сверху и пойдем ниже…

— Достаточно, — строго сказала она, — не надо переходить на личности.

Мы спустились в лифте в подземный гараж. При виде Элен служитель вскочил и заулыбался.

— Да, мисс, я сейчас ее вам подгоню! — радостно сказал он и умчался.

— Если бы я был один, он бы даже не пошевелился, — заметил я. — Ты с ним флиртовала?

— Я просто была вежлива, только и всего, — холодно ответила Элен.

— Жаль, что я этого не видел, — сказал я, глядя на «бьюик», приближавшийся к нам вдоль ряда машин. — Он ее даже вымыл.