Чтение онлайн

— Жуть, — согласился Майер. — Это страшнее чем звери вокруг. У зверей гораздо больше гуманизма и человечности. Итак Константин, вы хотите найти корейских чернокнижников?

…Для того, чтобы добраться до деревеньки землепашцев нам понадобилась почти неделя после того случая, когда на нас напал Пересмешник. Я выжил после трещины в рёбрах только потому, что подстёгнутый болью Лебен кипел как вода в котле и восстанавливал меня максимально эффектно. Даже малый остаток работал на пределе возможностей. Отрицательное качество у этого эффекта было одно — снижалась скорость восстановления Лебена, но здесь уже очень помогла Арзет со своими медицинскими техниками.

После этого нападения посовещавшись Долл сбросила как можно больше энергии и вернулась к своей малой форме, в которой мы могли легко тащить её в той же сумке. После чего наш отряд с совсем уже черепашьей скоростью имея двоих раненых двинулся дальше.

Камнем преткновения стал тот момент, когда мы стали решать, что делать дальше. Сошлись на том, что Милославская как растительный маг осталась деревушке помогая меланхоличному мэру взращивать скудный урожай, а у остальных образ жизни стал преимущественно кочевым, с периодическими возвращениями в пункт Б. Иногда к нам присоединялась и сама Евгения. Когда настроение достигло пика своей мрачности я сделал то, что планировали — пошёл к Майеру, чтобы говорить о том, что мы задумали. Я не сделал этого раньше по одной простой причине — наш доктор в лице Натальи крайне запретил нам напрягаться и вообще излишне проявлять силы после своего выздоровления. И это был не тот случай, когда можно было поступить по другому.

… — Почему я рассказал о своём прошлом Константин? — посмотрел на меня Маейр. — Я сделал это не просто так, и вовсе не для того, чтобы вернуться к этим гадким воспоминаниям. Я сделал это чтобы предостеречь вас — идеология тех людей, которые попали сюда очень близка к идеологии тех от кого я бежал. Эта группа чернокнижников считает себя кем-то возвышенным, а остальных грязными варварами и чужаками, которым лишь требуется хозяйская плеть.

— Именно поэтому их и изгнали отсюда, — кивнул я.

— Нисколько не сомневаюсь, — согласился Майер. — Их жестокость соответствует их идеологии. Ища их вы ищете дьявола. Сколько человек вы говорили убил этот Сон, чтобы попасть сюда?

— Примерное количество людей которых он замучил знает только Анна, — ответил я.

— Вот! — Майер поднял палец к потолку. — Подумайте о том, что ещё может сделать этот человек, и согласиться ли он поделиться своими тайнами, даже если вы станете его пытать.

— Ваши предложения? — поинтересовался я.

Майер странно посмотрел на меня.

— А почему я могу иметь предложения? — спросил Майер с вновь прорезавшимся немецким произношением.

— Я сказал наугад, — ответил я. — А вы уже о чём-то подумали. О чём, если не секрет?

— Предпочту пока промолчать Константин, — ответил немец. — Но я бы всё равно крайне не рекомендовал вам искать этих людей.

— Как скажите, — пожал плечами я.

Майер посмотрел на меня и покачав головой сказал:

— Что-то, наверное мой возраст подсказывает мне, что вы не отступитесь Константин… В таком случае я хочу сказать, что новое зеркало духов я смогу сделать только через месяц. После ещё понадобится время для очередной охоты.

— Хорошо, — кивнул я. — Тогда я продолжу следовать рекомендациям моего доктора. А пока не желаете ли партию в шахматы герр Петер?

— О, это с удовольствием, — расслабился немец.

Пока мы играли в шахматы, я старался придумать, что делать дальше. Идей в принципе не было.

— А знаете Константин, — снова оживился Майер. — Кое-что я могу сделать не опасаясь опасностей… Например, показать вам ваш родной город сейчас.

— С удовольствием герр Петер, — кивнул я. — Что для этого требуется?

— Ничего, всё уже готово, — ответил немец. — Давайте доиграем партию и сможем увидеть небольшое чудо.

Остаток нашей партии я просидел как на иголках, однако постарался этого не показать. После партии мы спустились в лабораторию Майера и он показал мне довольно широкий лоток с какой-то жидкостью. Интересно, с ней не опасно находиться рядом? В своих экспериментах Майер часто использовал ртуть, мышьяк и другие не менее опасные вещества.

— Жидкость не токсична, — ответил он на мой невысказанный вопрос.

После этого стал чертить какие-то узоры с помощью явно не простого куска неизвестного вещества на специальной доске. Знаки засветились. Этот его способ начертания печатей с их последующей запиткой был очень занимательной вещью.

Поверхность жидкости вспыхнула и засветилась, затем проступили какие-то очертания зданий, стал явно виден асфальт и здания Новосибирска.

— О! Как изменился мир за последнее время! — не сдержал удивления Майер.

Внезапно всё переменилось, и на изображении появилось явно загородное здание казенного типа — судя по всему какая-то больница с высокими стенами и красивыми зелёными газонами. На одной из скамеек сидел болезненного вида молодой человек, и опершись на трость смотрел перед собой. Я мгновенно узнал его — ещё бы, я столько времени притворялся им — это был Егор Берг-Дичевский. Выглядел он худым и измождённым — в больничной одежде, со следами уколов, с тёмными кругами под глазами, измождённый и исхудавший.

— Кто-то перехватил мой уберлик! — вскочил с места Майер. — Вас тцу холле!

Через мгновение глаза Берг-Дичевского дернулись и он посмотрел на нас. Я был готов поклясться, что он нас услышал.

— Я слышу, — шепнул он одними губами.

— Егор? — спросил я.

— Да, — так же тихо ответил он. — Аня?

— Нет, — ответил я.

— Она рядом? — спросил он продолжая смотреть точно на меня.

— В одном со мной посёлке, но сейчас не рядом, — ответил я.

— Потом, — шепнул он одними губами. — Я постараюсь связаться с тобой через три часа. Всё. Медсестра идёт.

К Берг-Дичевскому подошла довольно крепкая женщина в медицинском халате.

— Вы хорошо себя чувствуете Николай? — спросила она.

— Да, всё в порядке Анастасия Олеговна, — искренне улыбнулся Егор.

— Мне показалось вы с кем-то говорили. Вас не мучают галлюцинации?

— Ну что вы Анастасия Олеговна, — простодушно улыбнулся он. — Так, мысли вслух.