Чтение онлайн

Джун сдержанно кивнул Торе в ответ. Старшая сестра Наён указала мне на подушки, безмолвно прося задержаться. Я вернулась за стол, Тора села после меня, будто не была уверена, что я не сбегу.

– Мне жаль, Аша. Постарайся не принимать услышанное близко к сердцу. Никто не запретит тебе ездить в храм, – заверила Тора, наполняя одну из пиал чаем и передавая мне.

Настроение было испорчено, у меня не осталось никакого желания наслаждаться ароматным напитком, но и обижать Тору не хотелось, поэтому я сделала маленький глоток.

– Для меня и Наён ты как родная сестра, а сёстры часто ссорятся.

– Мы с тобой не ссоримся, – пробубнила я, не в силах сдержать обиду, которая по капле собиралась в душе последние месяцы.

Помимо Джуна, Тора единственная стремилась облегчить моё пребывание в поместье и действительно заботилась обо мне, как настоящая старшая сестра. С ней я не ссорилась и не препиралась. Тора была той, кто утешал в дни, когда меня одолевала тоска. Даже сейчас, несмотря на то что я взрослая и не должна нуждаться в подобной поддержке, Тора всё равно продолжала ей быть.

– Я старше Наён и мудрее в том, что касается отношений. К несчастью, мы учимся на собственных ошибках, свои я уже учла, поэтому знаю, как правильно себя вести, – мягко возразила Тора. – И ты не мой двойник.

– Что это меняет?

– Многое. Легко относиться к двойнику доброжелательно, когда он не носит твоё имя и тебе не кажется, что он крадёт твою жизнь, – она взяла мою ладонь в свои руки, пытаясь поддержать.

Тора действительно идеал того, что ожидают от дочери, как во внешности, так и в поведении. И, ко всему прочему, она чуткая и понимающая. Возможно, это семейное, и Наён тоже такой станет спустя годы?

– Я ощущала несправедливость и совершала те же ошибки в отношениях со своим двойником, что и вы с Наён совершаете сейчас, – поделилась Тора. – Вы обе чувствуете одно и то же. Я не могу исправить собственное прошлое, но хочу помочь хотя бы вам.

– Как поживает Ая? Думаешь, она счастлива, получив свободу?

Ая – второй двойник самой Торы. Первая умерла ещё до моего появления в поместье, но Ая долгие годы была моим компаньоном в притворстве, играя роль старшей сестры. Однажды её тоже отравили. Яд был менее опасный, но оставленные увечья ни в какое сравнение не шли с моей частичной потерей памяти. Отравители чем-то присыпали ткань её ночного платья. Кожа покрылась волдырями. Ая успела скинуть с себя отравленную ткань, но, по слухам, лопнувшие волдыри зажили, оставив безобразные шрамы. Мы не мылись в одних купальнях, и я не позволяла себе напрямую спрашивать у Аи о следах отравы, но, глядя на её красивое лицо, надеялась, что все россказни – не более чем лживые байки. Нам обеим было запрещено реагировать на слухи, поэтому мы делали вид, что ничего не знаем.

С наступлением второго совершеннолетия Торы, несмотря на все уговоры остаться, на обещание безопасности, достатка и уважения, Ая твёрдо заявила, что желает покинуть семью Ян и жить своей жизнью.

– Да, думаю, она рада, – несмотря на быстрый и уверенный ответ, лицо Торы не показалось мне радостным, её улыбка стала натянутой.

Она немного отодвинулась и села прямо, пряча кисти рук в длинных рукавах платья.

– Ты её видела, после того как ей было позволено уйти? – насела я, неожиданно ощутив жгучее предвкушение собственной свободы.

На мгновение я даже почувствовала облегчение, воспринимая Аю как пример. Ей удалось обрести желаемое, а значит, и у меня получится.

Других примеров у меня не было, Юль – двойник самой госпожи Ян Йорин – осталась жить при поместье в качестве помощницы наместницы. Она уже пять лет не притворяется своей госпожой за ненадобностью. Никто не смел покушаться на жизнь самой наместницы многие годы, да и госпожа Ян достаточно укрепила свою власть, а её настоящее лицо известно всем влиятельным людям.

– Нет, я решила, что Ая не была особо счастлива здесь, – поделилась Тора. – Не хочу напоминать ей о неприятном, поэтому не тревожу её и не докучаю визитами. Однако надеюсь, что однажды она заглянет к нам. Я буду ей очень рада.

Я кивнула, и Тора налила себе чаю. Однако её улыбка стала дежурной и какой-то безжизненной, а слова не то чтобы фальшивыми, но какими-то заученными, словно она привыкла так отвечать. Я мельком оглянулась на Джуна. Он тоже смотрел на Тору задумчиво, будто и ему ответ показался странным.

– Раян вернулся?! – вскрикнула Наён, и все сопровождающие обернулись.

Я, Наён и Джун собрались на рассвете во дворе. Помимо нас присутствовали два охранника и восемь мужчин, которые понесут паланкин. Я ненавижу подобный способ передвижения. Предпочла бы коня, но госпожа должна пользоваться паланкином. Так же это делается ради безопасности – чем меньше людей знает Наён в лицо, тем меньше вероятность удачного покушения. Хотя после той попытки отравления в мои тринадцать не было никаких происшествий. Все провинции живут в относительном мире, а Ян Йорин твёрдой рукой удерживает власть в своих землях.

Заметив нежелательное внимание, Наён моментально понизила голос и попыталась скрыть удивление под маской безмятежности.

– Когда?

– Позавчера, – ответил Джун и скептически приподнял бровь при виде густо покрасневшей Наён.

Она поправила причёску и с долей раздражения оглядела своё платье. Оно красивое, нежно-персикового оттенка, а широкий пояс украшен несколькими подвесками из яшмы. На мой взгляд, Наён была одета даже излишне нарядно, в то время как я с утра схватила самое на вид удобное платье. Я с трудом продрала глаза в темноте и, пользуясь сонливостью своих помощниц, выбрала шёлковый наряд, не желая надевать более тяжелую парчу. Лишь во дворе я поняла, что платье зелёного оттенка хвои, но переодеваться уже было поздно.

– Что не так?! – недовольно огрызнулась Наён на Джуна, пока тот окидывал её демонстративно разочарованным взглядом.

– Только не говори, что ты по-прежнему в него влюблена.

– Я не влюблена! – излишне нервно отреагировала Наён.

– Ещё как влюблена, – поддел Джун и сложил руки на груди, обнимая свою алебарду.

Я проглотила смешок. Наён пыталась отрицать то, что всем было и так известно. Она с детства без ума от Раяна. Хотя от него без ума все. Было время, когда и на мой детский разум он так влиял, но, в отличие от Наён, я знала его лучше.