Чтение онлайн

— Ты прав, — ответила Женя и попыталась улыбнуться. — Даже если ничего не выйдет это будет очень крутая смерть.

— А теперь готовься, — я повернул барабан так, чтобы напротив бойка оказался зелёный патрон — дробь пять миллиметров, сжал зубами кусок одежды, деактивировал «стальную рубашку» направил оружие на уже пострадавшее предплечье, после чего нажал на спуск.

БАХ!

— ВРААААААА! — взревел я раненым бизоном и повалился на пол.

Боль была просто адская. Разум просто застилало. Рядом что-то кричало Женя, но не это было главным — я почувствовал, как Лебен взбесился и закипел во мне. Чем сильнее боль или повреждение — тем сильнее начинает кипеть Лебен в моём теле. Лебен, та сила, которая позволяет аристократам творить их красивые потоки пламени или ходить по воздуху, та сила, которая отказывается покидать моё тело и не даёт творить этого.

Инстинктивно я применил Анестезию, и разогнавшейся Лебен подействовал так, что боль исчезла мгновенно, а осталось только адреналиновое опьянение. Идиот. Надо было сразу активировать Анестезию, а потом ранить себя.

— Егор! — взревела Милославская.

— Я в порядке, — отозвался я.

— Егор! Лестница!

Я обернулся и увидел, как псы уже несутся к нам и разрядил оставшиеся четыре красных патрона в них. Перезарядка удалась мне всего за две секунды.

— А теперь наверх! — скомандовал я хватая Женю и выбегая на крышу. — Женя, ракету!

Хлопнуло и яркий огонёк устремился вверх. В свете «звездочки» стали видны коробки зданий, кучи строительных материалов, и орда псов…. Не то! Вот оно! Паркинг был рядом — в ста пятидесяти метрах. Я выстрелил несколько раз в низ по псам малиновыми патронами. Картечь диаметром девять миллиметров. Выкусите это твари! После этого прыгнул вниз на кучу гравия.

На спине сдавленно крикнула Женя, я плюхнулся на задницу и съехал вниз, после чего снова за рекордное время поменял обойму-звёздочку, выстрелил пару раз и снова закинул Женю себе на спину обхватив руками её бёдра. Осталось около двадцати четырёх секунд — ракета ударившись о купол не погасла, и не рухнула вниз, но зависла на небольшом парашютике продолжая давать свет.

Накачав ноги взбесившимся Лебеном я рванул вперёд. Стометровку я пробегал примерно за десять-одиннадцать секунд, а сейчас под ускорением нёсся в несколько раз быстрее. Только бы не споткнуться. Сзади неслась рыча и воя стая, что-то кричала Женя, а я бежал так, как никогда не бегал, вокруг всё смазывалось.

В очередной раз свернув я увидел псов перегородивших дорогу.

— Егор, влево! — закричала Женя. — Влево, там свободно!

Я рванул влево. Затем вправо — снова показались псы, а потом замер — псы были со всех сторон.

— Нас загнали Егор! — выкрикнула Женя.

— Женя… Держись покрепче, — сказал я. — Сейчас может немного тряхнуть. Сколько у нас осталось времени?

— Пятнадцать секунд!

Я коротко разогнался, и прыгнул. Когда я тренировался с Соном на крыше, то делал прыжки по пять-шесть метров в высоту. Сделал и теперь. Перелетев через четыре ряда ошалевших псов и укрепив тело для перегрузки, которое вызовет падение, я приземлился на ноги, слегка подогнул их, но устоял.

— Егор, — потрясённо выдохнула Женя. — Егор, семь секунд!

Я рванул снова отрываясь от собак, на повороте пришлось замедлиться, чтобы не упасть, а потом рвануть к паркингу.

— Четыре секунды… Три… Я вижу центр купола. Егор… Я выпускаю вторую ракету.

Первая ракета догорела и на миг снова стало темно, а затем хлопнуло, и Женя выпустила вторую. Мы замерли. Ракета стукнулась о вершину купола и ничего не произошло. Рухнув вниз она повисла на парашютике и продолжила освещать пространство.

— Вот и всё, — только и выдохнула Женя.

— Не всё. — прорычал я и рванул к ближайшей лестнице паркинга.

С ногами запитанными под завязку Лебеном я взлетел на крышу пятого этажа за рекордное время. Адские псы пока отставали. Я глянул вверх. Над нами в пять метрах был угольно-чёрный купол, тут же горела звёздочка ракетницы, а внизу бесновались собаки, врываясь в здание.

Всего пять метров. Я прислушался к своим ощущениям. Лебен выделенный клетками кипел, а по ощущениям его количество уменьшилось только на четверть.

Я аккуратно положил Женю на крышу и, встав под наивысшую точку, взял поудобнее подобранный тут же кирпич.

Прыжок вышел идеально, а после рука, накачанная Лебеном, ударила кирпичом. На мгновение ничего не изменилась, а потом раздался трек, звук лопающегося льда, купол пошёл трещинами и начал разваливаться, а псы стали исчезать один за другим. Я обессилено опустился на крышу.

— Не говори никому, — сказал я. — Пожалуйста.

Женя посмотрела на меня, на ясное светлое небо вокруг, после чего встала и пошла по мне.

— Полежи пока, — сказал я. — Ты вся изранена.

— Да ладно, — Женя шатаясь подошла ко мне и легла рядом, после чего приобняла одной рукой и положила голову мне на плечо. — Ты тоже не в лучшем виде.

Я замолчал, слабо улыбаясь, и только сейчас заметил, как она красива — светло-русые волосы до плеч, карие глаза. Улыбка…

— Спасибо Женя, — только и сказал я.

Девушка только хмыкнула и поцеловала меня в щёку.

— Тебе спасибо. Всё… Покрашу волосы в светло-розовый. Сделаю татуировку или даже две… Временные… Одену юбку выше колен или шорты. — бормотала она уткнувшись мне в плечо. — И по хер на всех. А потом… Ты говорил, что мы могли бы стать друзьями в других обстоятельствах? Они у нас будут. Я тебя не отпущу.

Я лежал, слушал её, ни о чём не думая и глупо улыбался. Это было здорово.

Внизу раздался шум, крики, вопли, топот кучи ног, а над нами разом зажужжали все дроны.

— Хм, да, — сказала Женя. — Очень хочу сейчас кое-что сделать.

С этими словами она вытянула одну руку вверх и показала на камеру «фак». Я улыбнулся и повторил её жест. Пусть Берг-Дичевский знает, что я о нём думаю.

___________________________________

Всех с Пасхой! Следующая глава будет уже завтра, 3 мая. В 13.00 по Москве.