Дыхание любви

Уолтер

Над городом нависли тяжелые грозовые тучи, и который день подряд шел натуральный ливень. В общем, погодка в середине сентября в Лондоне удручала. Меня все удручало в Лондоне и казалось унылым, но переехать все равно пришлось из-за нового назначения и дел клана, причем таких, которые мне, как Бете стаи оборотней, игнорировать уже было нельзя. Эти перемены не радовали совершенно. Потому что мне необходимо сделать один звонок. Набрать один единственный номер, который годами я желал добавить в черный список и не мог. И как бы не хотелось оттянуть момент, сделать его все равно нужно. Время играло против меня.

Опираясь локтем о стену и все-так же глядя на ливень, я ждал ответа, одновременно надеясь на него и нет. Хотелось еще закурить, но подобное я позволял себе только по пьяни. Хотя, наверно стоило выпить перед тем, как…

— Уолтер, что случилось? — раздался на другом конце голос бывшей. Такой обеспокоенный, слишком знакомый и близкий. Впрочем, было бы удивительно, если бы спустя семь лет знакомства, голос показался мне чужим.

— Ты нужна в Лондоне. Без вопросов.

— Один все-таки будет. — После секундного замешательства Джун Нейвос, точнее теперь уже Морен, снова заговорила. — Как скоро?

Чего и следовало ожидать от этой деловой и невероятно умной женщины, которая всегда знала, как себя вести и что спросить. И не только потому, что она — джинния.

— А как быстро сможешь? — я запоздало сообразил, что Джун может находиться где-нибудь на другом конце света, развлекаясь со своим клыкастым выродком.

— Если вызову Мэни, то хоть сейчас.

— Не надо. — Выдохнул я, потому что мне сейчас только Амэнтиуса для полного комплекта всех несчастий не хватало. Мой давний знакомый и демон по натуре и так рвет и мечет, что я переехал из Кентербери, оставив его всем «сволочам» на растерзание.

— Тогда к обеду будем. — Легко отозвалась Джун, а мне прямо по ушам ударило это «будем». Значит и кровососа своего притащит на территорию моего клана. А это лишний геморрой. Не говоря уже о том, что сам ее муженек далеко не фонтан. — Крайний случай вечером.

И мне бы сказать, что лучше бы она забыла вампира в Париже, или где они там сейчас, но какой-то частью разума я понимал, что так будет только хуже.

— Жду. — Бросил сухо и отключился.

Сколько лет прошло, а я все еще не мог отказать Джун. К тому же, сейчас мне действительно нужна ее помощь, если это можно так назвать. Нас с ней слишком многое связывает. И черт возьми, я когда-то любил ее по-настоящему.

Я покосился в другой конец комнаты, где на постели подключенный к медицинским аппаратам мирно лежал Джон Бойл — Альфа нашей стаи — и больше напоминал живого мертвеца.

Вот ведь как сложилось. Почти всю мою жизнь я чувствовал его призрение и ненависть, потому что родился более сильным и рациональным, нежели его единственный родной сын, которому Джон желал передать власть и который его же и довел до инфаркта на пару с инсультом. А в итоге, именно меня Джон выдернул из привычной рутины сидеть у его постели в последние дни жизни. Это меня он умолял исправить свои ошибки, едва ворочая языком, и, черт побери, именно меня просил возглавить клан, хотя тот мне уже лет семь как не сдался и даром. Я бы даже уступил эту должность своему напарнику в обход всех правил и оставался бы Бетой до скончания веков с превеликой радостью. Если бы вообще не бросил все к чертям собачьим, став свободным. Но нет. Бойл и Патриксон сумели меня уговорить.

— Ты куда? — осведомился Уильям, заметив, что я собрался уходить.

Беспокойство напарника было понятно. Еще чуть-чуть и мое место станет его, как и все обязанности, а он как бы пока не готов и не отвык от своей главной задачи в нашей иерархии — следить, чтобы я не натворил очередных бед и не ввязался в неприятности. Тем более накануне предстоящих перемен. Большинству отбросов стаи только повод нужен, чтобы меня подвинуть. А все чего хотел я — насладиться остатками свободы от своих собственных оборотней. Потому что их окружение душило, и требовался отдых перед тем, как взяться за волков со всей серьезностью. Потом у меня вряд ли будет хотя бы минута свободного времени.

— В паб. — Сухо отозвался я. — Приготовь все на завтра. — Я ничуть не сомневался в отсутствии смысла пересказывать разговор с Джун, ведь у оборотней сногсшибательный слух, и Патриксон все слышал. — Свободную комнату, охрану, особенно здесь, отбери самых преданных и проверенных, объяви, что семейка Моренов наши почетные гости. Короче, учись быть мной. — Бросил я и покинул главный дом стаи, куда все прибывали и прибывали оборотни со всех уголков Англии. Скоро здесь вообще станет не продохнуть. И не важно, сначала Джон откинет копыта или все-таки общим голосованием меня выберут вожаком.

Ночь пережил на грани бессознательности. Было много выпивки и сигаретного дыма, что мешал мне думать. И далеко не о стае, а о Джун. О женщине, что вошла в мою жизнь семь лет назад, если не больше, и никак не могла из нее уйти. Вроде бы все точки мы расставили, но встреча с ней месяц назад у общих знакомых и осознание, что она вышла замуж за Алессандро Морена — весьма кровожадного вампира, причинили мне боль. Но даже если забыть об этом, то джинния так до конца и не ушла. Она все еще находилась под покровительством и защитой оборотней. И в том, что будет помогать всегда, сомнений не было.

Следующий день показался невероятно долгим, хотя почти весь я провел в кабинете особняка, глядя в одну точку и ничего хорошего не ожидая. Пока ближе к вечеру не потревожил Уилл. Напарник стал моей тенью в последние месяцы, если не год, и уже начинал раздражать.

— Приехали. — Только и сорвалось с его губ.

Пока шел навстречу джиннии и вампиру, каждой клеточкой кожи ощущал напряжение в воздухе. Гнетущее, натянутое, как струна. Причем до предела. И когда струна лопнет, все закрутится в безумном водовороте.

— Привет. — Джун поприветствовала меня теплой улыбкой.

— Псина, у нас вообще-то медовый месяц. — Морен лишний раз напомнил о своем существовании, чем изрядно взбесил.

— Ну так соболезную! — Не выдержал я.

— Что все-таки случилось? — Джинния прервала назревающую перепалку.

А я смотрел на нее, на вампира рядом с ней, и вдруг понял, что мне безразлично. Никаких былых чувств к этой женщине больше не осталось. Просто перегорело. Осталась только пустота, и может быть немного грусти по прошедшему времени. Хотя и несколько удивляло, что Джун не в курсе дел стаи, но у нее сейчас новая жизнь с клыкастым во Франции. Там, наверно, своих заморочек хватает.