Чтение онлайн

— Папа?

Я подхожу к дивану и вижу, что его глаза закрыты. Должно быть, он заснул во время просмотра телевизора. Я выключаю его и вздыхаю. Несмотря на то, что мне отчаянно нужно поговорить с ним, я думаю, придется обойтись завтрашним днем.

— Папа. — Шепчу я, слегка встряхивая его за плечо. — Папа, ты уснул, — говорю я, указывая на очевидное. — Давай, старина. Давай вернем тебя в твою комнату.

Мои брови складываются в глубокую V-образную складку, свидетельствующую о том, что он не двигается ни на дюйм, даже когда я настойчиво трясу его за плечо.

— Папа? — Говорю я чуть громче, встряхивая его с чуть большей силой. — Проснись, папа.

Но все равно, ничего.

— Папа, если это одна из твоих дурацких шуток, то это не смешно, — хриплю я, на этот раз тряся его за оба плеча. Но опять же, никакого движения.

Без дыхания.

Ничего.

Неконтролируемый всхлип вырывается из моего горла, когда я зажимаю рот обеими руками. Я начинаю сильно трясти головой, не желая принимать то, что вижу прямо у себя на глазах.

— Проснись! — Кричу я, мои колени ударяются об пол рядом с диваном, когда я колочу его в грудь. — Проснись!!!

Я трясу его и трясу, и по-прежнему ничего. Не слышно ни нежного храпа, ни нежной улыбки в мой адрес.

Ничего.

Мои слезы больше не беззвучны. Это реки отчаяния и душевной боли с душераздирающими воплями, которые разносятся по всему нашему дому.

— Пожалуйста! Пожалуйста, папа! Не бросай меня. Пожалуйста! Ты все, что у меня есть! — Кричу я. — Ты мне нужен папочка! Я не могу сделать это без тебя. Пожалуйста. Вернись. Пожалуйста! — Я плачу, держась за него, мои слезы смачивают его рубашку.

Приложив ухо к его груди, я подтверждаю, что его сердце больше не бьется, заставляя мое разбиться на миллион маленьких кусочков. Я достаю телефон из сумочки и набираю 911, но знаю, что уже слишком поздно. Сейчас никто ничего не может для него сделать.

Он ушел.

Единственный мужчина, который безоговорочно любил меня с самого рождения, ушел.

И все, о чем я могу думать, это… Мне следует пойти за ним.

ГЛАВА 11

СЕЙЧАС

ВАЛЕНТИНА

Я безнадежно соскучилась по любви. Я застряла на прошлой ночи, вспоминая сладкий и грязный ненасытный аппетит Картера, как только мы вернулись с пляжа. Как будто он чувствовал, как мало времени у нас осталось.

Этот мужчина может делать невероятные вещи: быстро и долго, прислонившись к стене, в душе, на кровати и склонившись над диваном, как будто это никого не касается. Мы мало спали, и к тому времени, когда солнце выглянуло из-за горизонта, мои ноги ослабли, а внутренности дрожали, как желе.

Я кутаюсь в одеяло с чашкой кофе и смотрю на восход солнца, голова Картера лежит у меня на коленях, он дремлет, когда выходит Логан. Он с обнаженной грудью, капли воды стекают по его идеальному прессу к тому месту на его теле, которое, я знаю, не дает ничего, кроме счастливого конца. Несмотря на ночной секс-праздник, в котором я только что участвовала, я немедленно хочу его с той же неистовой страстью, которую чувствовала всю ночь с Картером, но сейчас я вялая, и от одного его вида мне хочется плакать, несмотря на охватившее меня вожделение.

— Доброе утро, милая, — говорит он с душераздирающей улыбкой. Я не уверена, как все мои любимые вещи оказались упакованы в этих трех мужчинах, но я, конечно, не жалуюсь.

— Доброе утро, — шепчу я, медленно выбираясь из-под Картера и подсовывая подушку ему под голову, чтобы он мог продолжать спать.

Я тоже должна спать. Видит бог, мое тело едва держится на ногах. Но после нескольких судорожных попыток я сдалась.

— Как прошла прошлая ночь? — Спрашивает он, его брови поднимаются вверх и опускаются. — Я знал, что ты сможешь приручить дракона.

Мои щеки краснеют от интонации в его голосе. Это, в сочетании с образами всего того, как я укрощала прошлой ночью, только заставляет меня краснеть еще сильнее.

— Ты в порядке? — Спрашиваю я, думая о том, что произошло после той первой ночи с Логаном.

— Я просто хочу, чтобы ты была счастлива. И я хочу, чтобы были счастливы мои лучшие друзья. Со всем остальным мы справимся.

— Я не заслуживаю тебя, Логан Купер, — говорю я ему, притягивая его в самые крепкие объятия, какие только возможны. Мои руки наслаждаются ощущением его обнаженной кожи на моей.

— Ты просто не видишь себя такой, какая ты есть, милая, — шепчет он, оставляя поцелуй на моей макушке. — Ты бы оставила нас и никогда не оглядывалась назад, если бы могла ясно видеть, насколько мы тебя не заслуживаем. — Он вздыхает и сжимает меня крепче. — Ты спасла меня, детка. Каждый день ты спасаешь меня.

— Мы спасаем друг друга, — шепчу я, обводя линию его мышц на спине.

Я просто хотела бы, чтобы это было правдой.

Счастье не может длиться вечно.

Это уродливый факт жизни.

Для меня счастье, которое я обрела с Картером, Логаном и Куэйдом, закончилось в Праге. Это закончилось, потому что я больше не могла скрывать, что умираю.

В Праге у меня началось кровотечение из носа, и оно не прекращалось. Точно так же, как дождь, который не перестает лить на нас. Я пытаюсь скрыть это от них, говоря, что я обо что-то ударился носом, а затем обвиняю в этом сухой воздух, из-за которого оно не прекращается. Мои руки дрожат сильнее, чем когда-либо, и чертова чашка, которую я держу, дребезжит, когда я пытаюсь держать ее достаточно долго, чтобы сделать глоток.