Чтение онлайн

Выбравшись на сушу, мы упали без сил на песок и очнулись только утром, правда, могу говорить только за себя. Потому что когда я открыла глаза, почувствовав, как что-то обжигает щеку, моя Акиса уже сидела рядом у горящего костра.

– Это я для тебя постаралась, о человеческое существо, у тебя же нет внутреннего огня, давай грейся!

Я хотела возразить, что огонь у меня есть, но она бы не захотела понять, эта шовинистка до сих пор считает, что раса джиннов выше людей, и относится к нам с высокомерной снисходительностью. Но все равно, спасибо за заботу…

Подсаживаясь к огню, я увидела мой эпилятор. Тихонько жужжа, он жался поближе к Акисе, как будто тоже замерз. Значит, тоже спасся, молодец…

– Я нашла его среди обломков нашего корабля вон там. Его выбросило на берег вместе с нужными вещами, за которые он уцепился.

Только сейчас я увидела, что берег усеян всяким мусором с нашей багхалы. В глаза в первую очередь бросался, конечно, ОЧЕНЬ нужный нам телевизор!

– Ты что, не рада?

– Да нет, рада, настолько, насколько может быть рад человек вдруг ожившей машинке с непредсказуемым поведением. Кстати, ты быстро оправилась. Провести столько времени в воде. Я боялась, что ты вообще не выживешь, – старательно беспечным тоном заметила я, прикидывая, как половчее поймать прячущийся эпилятор. Все равно он будет мой!

– Сон целителен не только для людей. Мы спим редко и мало, но с великой пользой, – сказала джинния так важно, будто такая физиология была ее личной заслугой.

– А покушать у нас ничего нет? Кроме просоленных морской водой бутербродов в целлофане, но их есть невозможно, – доложила я с намеком на то, чтобы Акиса наколдовала.

– Нет, о взыскательная, огонь высечь было нетрудно. – Она щелкнула пальцами, демонстрируя водопады искр. – Этого добра у меня еще много. Но еду я достать не могу, моя магия здесь бессильна, как это было в мире Гаруды.

Гаруда – это птица-великан, которая помогла нам избавить Ирем (тот, что сравнительно хороший, Белым, что ли, его теперь называть, когда оказалось, что есть еще и Черный Ирем?!) от самовластно захватившего город дракона. Помните, она его попросту проглотила.

– Жаль, но ничего, прорвемся, – бодрясь, сказала я, жалея, что не запаслась солониной и консервированной селедкой, с ними морская вода ничего бы не смогла сделать. Правда, консервы бы первыми утопли, потянув за собой и солонину, но ведь можно помечтать. Изредка, немножко, о самом лучшем друге каждой девушки – холодильнике, набитом продуктами…

Оглядевшись и приметив растущие вдоль берега пальмы, я представила себе преследующую меня в гневе обезьяну после попытки украсть у нее банан, пока джинния танцевальными движениями, а попросту крутя попой отвлекала ее внимание на себя. Ну и что, главное – добыча! Но мои фантазии на этот счет рассеялись: подойдя к пальмам, мы увидели, что сразу за ними открывается бескрайняя пустыня. И мы должны будем пересечь ее, что на голодный желудок практически невозможно. Глянув еще раз с жадностью на пальмы, я заозиралась в поисках обезьяны…

– Кокосы еще не созрели, – проследив за моим взглядом, сообщила Акиса и пояснила: – Это кокосовые деревья, а не банановые.

– Тогда, может, останемся умирать здесь на берегу? Тут хотя бы воздух свежий, а там раскаленная пустыня. – Я вздохнула, чувствуя, что вера в себя упала по шкале до самой нижней отметки.

– Да-а, раскаленная пустыня, как дома… – с любовью глядя на обожженный солнцем безжизненный песок, нежно протянула джинния и кокетливо поправила усыпанный бисером и монетами лифчик, более подходящий к костюму для танцев живота. Хотя кокетничать тут не перед кем, кроме варанов, кобр и скорпионов. Но они вряд ли поймут и уж тем более оценят.

Поудобней перекинув рюкзак за плечо, я последовала за Акисой, которая уверенно вышагивала по струящемуся песку с гордым эпилятором на плече. Я же с каждым шагом еле вытаскивала ноги.

– Скажи-ка мне, откуда ты знаешь дорогу? Значит, ты раньше уже ходила в Черный Ирем?

– Ай, о недоверчивейшая, джинны никогда не ошибаются в направлениях, – буркнула Акиса, как мне показалось слишком поспешно. Я посмотрела на нее пристальнее…

– А ты не могла перенестись в Черный Ирем вместе с демонами, которые забрали Мишу? – спросила я и поджала губы, сдерживая подкатившие к горлу слезы. Бедный мой Мишка в плену у демонов, да еще у самых безжалостных и жестоких, если верить Акисе, а причин ей не верить у меня не было.

– Каким образом?

– Ну, схватив кого-нибудь из них за конечность, например.

– Я встретилась с ними в пустыне недалеко от моего Ирема. Они ослепили меня огненной вспышкой и отбросили в сторону. Конечно, я хотела помешать им! Но, увы, злодеи исчезли в мгновение ока… И больше я не могла вызвать их своей магией, они вне зоны доступа, – досадливо пояснила она.

– А как у тебя в первый раз получилось? Может, я смогла бы тебе помочь? Подать жертвенный нож, разжечь огонь, помешать колдовское варево, кровью девственницы тоже поделиться могу…

Акиса смерила меня взглядом:

– Джинну в таких делах помощники не нужны. Появись мы перед демонами Черного Ирема, они бы убили тебя на месте. А мы должны попасть туда живыми и незамеченными. Потерпи, путь уже недолог, к ночи дойдем, хотя там вечная ночь…

Утешила, а я даже фонарик не взяла.

Мы шли уже, наверное, часа четыре; присев на свой рюкзак, чтобы не обжечься на раскаленном песке, я съела последний просоленный морской водой бутерброд. Хорошо, что джинны в еде не нуждаются и не пришлось делить его на две части. Акиса, подозрительно посмотрев на меня, предупредила, чтобы потом я не просила пить, я рассеянно обещала. Мы пошли дальше, через полчаса волнами проползающие под песком кобры здорово напоминали моменты из фильма «Дрожь земли», не говоря уже о «Дюне»….

А через час дал о себе знать и соленый бутерброд с маринованным огурцом, в горле осела полная засуха, начала трескаться кожа на руках, и загар уже не спасал от солнечных ожогов. Вроде бы хождение по утекающему и проваливающемуся песку отлично тренирует ноги, и все бы хорошо, но не хочу превратиться в сушеную мумию раньше времени.

– Пи-и-и-ть…

Джинния воззрилась на меня с ужасом. Что я такого сказала? Ой, я же обещала и забыла. Не просить пить, но я и не просила, это так просто мысли вслух.