Чтение онлайн

Алессандро перевел мой ответ как можно убедительнее, но полицейские не успокоились и продолжали выспрашивать подробности. Это было странное противостояние: они явно очень уважали Алессандро, но в моей истории что-то не вписывалось в обычные рамки. В какой-то момент они вышли из комнаты, и я с недоумением повернулась к Алессандро:

–  Это все? Уже можно идти?

–  Вы действительно думаете, - устало сказал он, - что они отпустят вас раньше, чем вы объясните, каким образом ваша семья связана с одним из самых разыскиваемых преступников в Италии?

–  Связана?! Я только сказала, что у Пеппо было подозрение…

–  Джульетта, - наклонился ко мне Алессандро, чтобы никто больше не услышал его слова, - почему вы мне раньше это не рассказали?

Не успела я ответить, как вошли оба полицейских с распечаткой дела Бруно Карреры и попросили Алессандро задать мне пару вопросов об одном абзаце.

–  Похоже, вы были правы, - сказал он, пробежав текст.
– Бруно выполнял разовые поручения Лучано Салимбени. Один раз был арестован и рассказал какую-то историю о статуе с золотыми глазами… - Он пристально посмотрел на меня.
– Вы что-нибудь об этом знаете?

Слегка удивленная, что полиции известно о золотой статуе, пусть даже сведения у них не совсем верные, я все же собралась с духом и решительно мотнула головой:

–  Абсолютно ничего.

Дуэль взглядов длилась несколько секунд, но я не дрогнула. В конце концов, Алессандро снова уткнулся в распечатку.

–  Похоже, Лучано был причастен к гибели ваших родителей. Как раз перед своим исчезновением.

–  Исчезновением? Я думала, он умер.

Алессандро даже не взглянул на меня.

–  Осторожнее со словами. Я не стану спрашивать, откуда у вас такие сведения. Я полагаю, вы не собираетесь открыть больше того, что уже сказали?
– Он украдкой взглянул на меня и продолжил: - В таком случае я предлагаю вам прикинуться расстроенной, чтобы мы могли двигать отсюда. Они уже дважды спросили номер вашей социальной страховки.

–  Вы не забыли, - буркнула я себе под нос, - что сами меня сюда затащили?

–  А теперь я вас отсюда вытаскиваю.
– Он обнял меня и принялся гладить по волосам, словно утешая.
– Не расстраивайтесь из-за Пеппо, он поправится.

Подыгрывая, я уткнулась ему в плечо и испустила глубокий прерывистый вздох, который прозвучал почти искренне. Видя, что я убита горем, полицейские, наконец, отвязались, и через пять минут мы в обнимку вышли из отделения.

–  Хорошая работа, - похвалил Алессандро, едва мы отошли достаточно далеко.

–  Взаимно. Хотя… день у меня не задался с утра, так что салюта не ждите.

Он остановился. На лбу прорезалась маленькая хмурая морщинка.

–  По крайней мере, мы узнали личность человека, который за вами следил. Разве вы не этого хотели, когда пришли в Монте Паски?

Пока мы сидели в отделении, уже стемнело, но воздух был по-прежнему теплым, уличные фонари разливали вокруг мягкий желтый свет, и если бы не скутеры, проносившиеся мимо нас во всех направлениях, пьяцца выглядела бы оперной декорацией, когда после отзвучавшей увертюры вот-вот выйдет исполнитель главной партии.

–  Что означает «ragazza»?
– спросила я.
– Что-нибудь гадкое?

Алессандро сунул руки в карманы и пошел вперед.

–  Я подумал, если сказать им, что вы моя девушка, они перестанут спрашивать номер вашей социальной страховки. А заодно и номер вашего телефона.

Я засмеялась:

–  И они не удивились, что Джульетта встречается с Салимбени?

Алессандро улыбнулся, но я видела, что мои слова его задели.

–  Боюсь, в полицейской академии Шекспира не изучают.

Некоторое время мы молча шли без цели, никуда не спеша. Строго говоря, можно было уже откланяться, но мне отчего-то не хотелось уходить - не оттого, что в номере меня поджидает Бруно Каррера, просто идти рядом с Алессандро казалось мне естественным и правильным.

–  Сейчас подходящий момент вас поблагодарить?
– спросила я.

–  Сейчас?
– Он посмотрел на часы.
– Assolutmente si [37] . Да, сейчас самое время.

–  Как насчет ужина? Я плачу.

Мое предложение его явно позабавило.

–  С удовольствием. А кто же будет стоять на балконе в ожидании Ромео?

–  Через балкон ко мне в номер вламывались, помните?

–  Понятно.
– Его глаза чуть сузились.
– Вы хотите, чтобы я вас защищал?

Я открыла рот выпалить какую-нибудь дерзость, но вдруг поняла, что у меня пропало желание это делать. После всего, что случилось и еще могло произойти, я ничего так не хотела, как Алессандро с его пистолетом в постоянные спутники на весь оставшийся срок моего пребывания в Сиене.

–  Ну, - сказала я, проглотив гордость, - пожалуй, я бы не стала возражать.

Но ты влюблен. Займи же пару крыльев

У Купидона и порхай на них!

Сиена, год 1340-й от Рождества Христова

В день Палио Сиена весело плыла по морю песен. Каждая улица превратилась в реку, каждая пьяцца стала водоворотом религиозного экстаза, и омывшиеся в потоке поднимали с мелей заполаскивавшие стяги и штандарты и шествовали по скользкому песчаному дну фортуны, поднося знамена повыше к небесной Владычице, дабы ощутить ее нежное прикосновение.

Этот благочестивый прилив давно прорвал шлюзы - городские ворота, затопив сиенские пригороды до самого Фонтебекки, что двумя милями севернее Порта-Камоллии. Здесь волновался целый океан голов, пристально следивших, как пятнадцать всадников Палио вышли из своих палаток в полном боевом облачении, готовые почтить вновь коронованную Деву удалой лихостью юношей на пороге зрелости.

Почти все утро у маэстро Амброджио ушло на то, чтобы выбраться из города, локтями прокладывая себе дорогу через плотную толпу, запрудившую улицы. Не знай художник за собой вины, он бы сто раз сдался и повернул обратно с полпути в Фонтебекки. Но он не мог. Как гнусно чувствовал себя старый маэстро в это чудесное утро! Какой роковой ошибкой стало его непрошеное вмешательство в судьбу молодых людей! Не поспеши он соединить красоту с красотой единственно ради красоты, Ромео не узнал бы, что Джульетта жива, а она бы не откликнулась всей душой на его страсть. Непостижимым образом любовь к прекрасному в одночасье превратила маэстро в преступника. Как жестоко со стороны Фортуны преподать урок старику ценой счастья молодой пары! Или он заблуждается, ища возвышенные объяснения своему проступку? Действительно ли фальшивая гуманность, а не что-то иное, соединила этот изначально обреченный союз? Возможно ли, чтобы маэстро передал собственное тайное желание прекрасному телу Ромео и что все надежды на счастливый союз молодых были всего лишь способом получить воображаемый доступ в спальню новобрачной?