Дзур
Шрифт:
«Вокруг никого, босс. Вроде сработало.»
Я сдвинул берет на самые глаза и вышел, вдохнув вонючий – и все-таки освежающий – воздух Южной Адриланки. Влад Талтош, мастер перевоплощений.
«Ладно, Лойош. Вы с Ротсой держитесь сверху. Или по крайней мере в стороне от меня. Вы слишком заметны.»
«Есть, босс. Будем рядом.»
Они уже улетели, когда я вышел на улицу.
Я немного расслабился и зашагал по направлению к Шести Углам, но остановился в переулке у некогда хорошо знакомого местечка. Оно изменилось. Исчезло маленькое крыльцо с тряпьем там и сям, полуогражденное занавесями. Домишко обзавелся новой дверью, а заодно свежим слоем краски. Никаких указаний на то, кто здесь теперь обитает.
Я не сомневался – внутри или хотя бы там, где было крыльцо, я непременно почувствовал бы псионические следы деда. Он много лет жил тут, пока я не убедил его поселиться в месте, которого никогда не видел сам. Возможно, его утомляет одиночество, оторванность от сородичей. А может, он развлекается, играя во владетельного господина. Трудно делать добро кому-либо: никогда тольком не знаешь, а добро ли это.
«Босс, что ты, собственно, тут делаешь?»
«Предаюсь сантиментам.»
«А. Ладно. И как долго ты намерен этим заниматься?»
«Ты никогда не скучаешь по тем временам, когда сам погружался в ностальгию?»
«Чего?»
«Неважно.»
Я развернулся, удовлетворенный, что сумел-таки разок поддеть Лойоша.
Прошагал к Шести Углам и свернул на север, на безымянную улочку. Несколько сот футов, и передо мной был двухэтажный деревянный дом с небольшой вывеской. Я прищурился. Да, пожалуй, что-то на ней все же некогда нарисовали, и возможно, это даже был рог. Или что-нибудь еще.
Я вошел. Несомненно, я легко смешался бы с посетителями, вот только их не было. Управляющий похрапывал, склонив голову на стойку, отвисшая нижняя губа чуть подрагивала. Я откашлялся. Он вздрогнул, открыл глаза, вытер слюну в углу рта и проворчал:
– Чего?
– Меня зовут Сандор. У вас найдется комната на день-другой?
– Мы не сдаем комнаты на один день.
– Повторяю, меня зовут Сандор.
– А? Ну да. Точно. – Он задумался. – И чтобы никакой музыки по ночам.
– Договорились.
– Три и три за сутки.
Я заплатил за пару дней вперед и дал понять, что добавлю, когда потребуется. Он проурчал согласие и закрыл глаза. Я откашлялся, и управляющий снова очнулся.
– Комната? – напомнил я.
– А. – Он дернул подбородком. – Задняя дверь, вверх по лестнице, вторая слева. С багажом помощь нужна?
– Нет, спасибо. Приятных сновидений.
По его указаниям я отыскал комнату, которая послужит мне домом по крайней мере несколько дней.
В комнате имелось окошко. Лойош и Ротса влетели и устроились у меня на плечах. Я осмотрелся, выясняя, что же тут еще есть.
«Кровать, босс. Уже что-то.»
«И умывальный таз. Что подразумевает наличие воды где-то неподалеку. Но хорошо бы тут еще имелась настоящая дверь.»
Ротса беспокойно шевельнулась.
«Скажи ей, Лойош, что придется привыкать.»
«Уже сказал.»
Выглянув из окошка, в трех футах от себя я обнаружил стенку соседнего дома, некогда покрашенную в красный цвет. Внизу валялись деревяшки, бывшие прежде стулом, полусгоревшие останки старого матраца и прочий хлам, который мне не захотелось исследовать вблизи. Я закрыл бы шторы, если бы они здесь висели.
«В следующий раз надо бы получше объяснить Айбину.»
«В следующий раз?»
«Но пока сойдет.»
«Сойдет?»
«Сойдет. Мы приближаемся к кульминации. А вам обоим снаружи по-прежнему надо держаться в стороне от меня.»
«Тебе просто стыдно показаться с нами в свете.»
Комнату я пока оставил в покое, а остаток дня посвятил бытовым хлопотам. Прикупил сменной одежды. Нанял пару мальчишек, чтобы они как следует прибрались в комнате. Купил на кровать колдовской амулет для изгнания мелкой живности, которая могла там пригреться. Купил дешевый стул, чтобы у Лойоша и Ротсы появился насест, столик-подставку для умывальника, точильный брусок и масло.
Помимо прочего, я хотел поработать над своим новым обликом и новой личностью. Я старался иначе ступать, иначе держать голову, а главное иначе выглядеть: безобидным, приветливым, немного застенчивым. Поболтав с соседями, я решил – поскольку услышал из собственных уст, – что работаю клерком на скотобойне. Не то чтобы я знал, чем именно заняты клерки на бойне, но они там точно были, а эта профессия не из тех, что порождают лишние расспросы. Где остановился? Пока в «Охотничьем роге», потому что в моих прежних апартаментах приключился пожар. Я или вскоре вернусь туда, или найду новую квартиру, вы, кстати, не знаете, не сдает ли кто подходящих комнат? Понимаете, мне надо, чтобы там было чисто, и не слишком далеко от бойни, потому что это просто невероятно, какую прорву денег сжирает добираться на извозчике туда и обратно каждый день, а сейчас, увы, приходится… Женат ли? Нет, пока нет, не нашел еще подходящей женщины. У вас никого нет на примете? Я всегда полагал, что человеку нужна семья, верно?
И так далее. Я всем улыбался, нося личину Сандора словно костюм.
Я купил у разносчика хлеба, пару сосисок и флягу дешевого красного вина. Когда я тащил наверх стул и прочие мелочи, управляющий (на этот раз он не спал) не обратил на меня никакого внимания. Равно как и двое выходцев с Востока, с которыми он разговаривал.
Стул я поставил у входа, столик – под окном.
Хлеб и сосиски я разделил с дружками, когда они влетели в окошко и устроились на стуле.
«Недурно, босс.»
«Но не сравнить с валабаровым ячменно-грибным супом.»
«Ты мне так и не дал его попробовать.»
«Тебе не понравилось бы.»
«Точно. Ячмень не еда. Ячмень – это то, что еда ест.»
«Угу.»
«Ротса со мной согласна.»
«Вот и договорились.»
«А сосиски неплохие. И хлеб мне тоже понравился.»